Судьба

От лица Амиры

Мы сидели в классе после ухода Ноана, и я пыталась вернуть дыхание в норму. Ладонь все еще горела от удара, но внутри было странно спокойно. Ник и Дилан перебрались поближе, и мы даже посмеялись над какой-то глупостью Дилана — нервным, снимающим напряжение смехом. Казалось, на пару минут все стало на свои места.

Но тут к нам бесшумно подкралась Каролина. Ее лицо было бледным, а глаза — огромными от страха. Она дышала прерывисто, словно пробежала марафон.

— Кар, что случилось? — мгновенно протрезвев, спросила я. — Ты видешь призрака?

Она обеспокоенно посмотрела на меня, потом на Ника, и прошептала так, чтобы слышали только мы:
— Тебе жопа. Я слышала, как в туалете гопота совещалась. Он что-то задумал против тебя и Ника. Что-то серьезное.

Легкая дрожь пробежала по моей спине. Но вместо страха внутри поднялась знакомая стальная волна решимости. Я быстро кивнула и отвернулась, делая вид, что проверяю телефон. Я все поняла. Знала, что это не пустые угрозы. Как бы пафосно это ни звучало, будто мы герои дешевого боевика, но линия фронта была проведена, и отступать было некуда.

Нужно было действовать. Переводить тревогу в действие.
— Каролинка, — сказала я, резко вставая. — Давай пойдем потренируемся. Ты же вроде брала спортивную форму?

Она улыбнулась, и напряжение в ее глазах немного спало.
— Да, конечно. Только давай поставим номер на нас двоих. Я не выдержу этих пластмассовых кукол из чирлидерш, они смотрят на нас, как на муравьев.

— Ахахах, да, окей, — согласилась я.

Прозвенел звонок. Мы с подругой за оставшееся время доделали творческую часть проекта — оставалась лишь информационная работа, за которую отвечали мальчишки. Учительница, видя наш энтузиазм (или просто желая поскорее от нас избавиться), без проблем отпустила нас. Повезло, что у физрука в спортзале было два свободных часа. Он, поколебавшись секунду, все же кивнул: «Только инвентарь не сломайте!»

Мы размялись, и началось самое сложное — выбор музыки. После долгих споров остановились на бодрящем «Circus» Бритни Спирс. Работа закипела. Движения складывались в танец, отточенный и резкий, выплескивающий всю накопившуюся злость.

И вот, в паузе между связками, я снова почувствовала его. Тот самый тяжелый, ползучий взгляд. Я подняла глаза на балкон, откуда обычно наблюдали за тренировками сборной.

Там стоял он. Ноан. Рядом с ним — его верный пес, Роман. И в руках Ноана, который он демонстративно перебирал пальцами, как трофей, была моя футболка. Та самая которую я оставила в раздевалке перед уроком физры. Теперь она была изрезана в клочья.

— ТВОЮ МАТЬ, НОАН! ГОРИ В АДУ! — крик вырвался из меня сам собой, эхом раскатившись по пустому залу.

Он злорадно засмеялся, и разжал пальцы. Клочья ткани медленно поплыли вниз, как жалкие опавшие листья. Но он не рассчитал одного — сейчас я репетировала в спортивном топе, и его жалкая попытка меня унизить провалилась с треском.

Тренировка после этого продолжалась на автомате. Злость придавала моим движениям резкости и силы. Когда мы закончили, я молча подошла, подобрала свои изрезанные вещи и, скомкав, засунула в самый низ рюкзака. Это был уже не просто кусок ткани. Это была объявление войны.

Пока я поднималась с -1 этажа на первый, мне встречались ученики. Некоторые отводили глаза, другие смотли с нескрываемым любопытством.

В раздевалке я столкнулась с Ником. Он только переоделся после своей тренировки.
— Амирка, а где футболку потеряла? — по-дружески подтрунил он, заметив, что я в топе.

Я вскинула бровь и, недолго думая, вытащила из рюкзака «останки» своей одежды.
— Да этот конченный Ноан ее порезал. Но не учел, что я сегодня занимаюсь в топе. Короче, хотел поднасрать, но забыл снять штаны, ахахахах! — я фальшиво рассмеялась, пытаясь сквозь браваду скрыть дрожь в голосе.

Он был в шоке. На его лице смешались недоверие и ярость. Он издал короткий, нервный смешок, скорее от непонимания, как на такое реагировать. Я помахала ему рукой и быстро ретировалась, не в силах больше держать маску безразличия.

---

От лица Ника

«Что этот дегенерат творит?!» — эта мысль стучала в висках, как отбойный молоток. Я нашел Дилана в раздевалке и вкратце, сквозь зубы, рассказал ему про футболку. Его лицо исказилось от возмущения.

— Да он совсем охренел? — прошипел Дилан. — Это уже за гранью!

Яростная волна накрыла меня с головой. Я не мог это просто так оставить. Я начал искать Ноана. Кто-то из младших сказал, что видел, как он пошел в подвал, под лестницу — их излюбленное место для тусовок.

И вот он, сидит там, развалясь, как паук в центре своей паутины. Вокруг — его гоповатая свита. Рядом крутятся пара «вертихвосток», смотрящих на него с подобострастием. В воздухе витал сладковатый запах вейпа.

— ГРЕБАННЫЙ НОАН! — мой крик грохнул эхом по каменным стенам подвала. — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ, МАТЬ ТВОЮ!

Он аж подпрыгнул от неожиданности, потом ленино оторвался от своего вейпа и выпустил облако пара.
— Че тебе? — произнес он с нарочитой расслабленностью.

Я подошел вплотную, не обращая внимания на его дружков, которые тут же насторожились.
— Я сказал, оставь Амиру в покое! — рыкнул я.

Он лишь усмехнулся. И этого было достаточно. Я не сдержался. Правый хук пришелся ему точно в челюсть. Меня учили не бить без причины, но защита девушки от такого психопата — более чем веская причина. Он отлетел к стене, а его «друзья» разом подорвались с мест, готовые накинуться.

Но в этот момент сзади меня раздались голоса. Я обернулся. В проеме стояли Дилан, Марк и еще пара ребят из нашей команды. Они молча выстроились как стена. Неужели... они решили мне помочь? Поддержать?

Сердце сжалось от неожиданной благодарности.
— Ноан, — сказал я, глядя на него, потирающего челюсть. — Давай, если хочешь по-взрослому, разберемся вдвоем? Никого не втягивая. Ты и я.

Он ухмыльнулся, плюнул на пол розоватой слюной и жестом велел своим отступить.
— Ник, — сипел он, — ты сам встал на тропу войны. Ты же знаешь, я первый не отступлю. Кто-то должен выйти победителем. И это буду Я.

Я рассмеялся. Смех был горьким и усталым.
— Ты можешь воевать со мной сколько угодно. Я не испугаюсь. Но запомни раз и навсегда: не трогай Амиру и Каролину. Это должно остаться между нами. УЯСНИЛ?

Он кивнул, но в его глазах была не договоренность, а звериная злоба. Он встал, подошел ко мне так близко, что наши носы почти соприкоснулись.
— Пока, неудачник, — прошипел он.

Я не стал ждать, пока он нанесет удар. Резко, почти инстинктивно, я всадил ему коленом в живот. Он согнулся, захватывая воздух.
— Пока-пока, отродье, — холодно бросил я, разворачиваясь к выходу.

Мы вышли из подвала — я, Дилан, Марк. Мы гуляли по улице еще почти час, обсуждая эту ситуацию, школу, жизнь. И впервые за долгое время я почувствовал, что я не один. Что за моей спиной есть те, кто готов подставить плечо. И это придавало сил. Война только начиналась, но я уже не был на ней одиноким солдатом.