*КУКЛА*

Мужчина даже не завел ее в гараж, а сразу заглушил двигатель. Открылась дверь и Руслан вышел из иномарки. И тут же пошатнулся, хватаясь за капот. Около минуты потребовалось ему, чтобы восстановить равновесие. При этом рядом стояли двое охранников, готовые в любой момент ему помочь, но от помощи которых, мужчина раздраженно отмахнулся. Он, шатаясь и хромая, пошел к дому.

Аня смотрела на все это непонимающе. Он что, пьян? Но если он выпил так много, что его шатает, он бы никогда в жизни не смог сесть за руль.

Девушка отложила книгу и подошла к двери. Но тут же одернула себя. Что она вообще делает? Зачем? Почему волнуется? Аня закусила губу, продолжая держаться за ручку двери и не решаясь выйти. Ну, выйдет она, и что дальше?

Вместо этого, девушка стала прислушиваться к шагам за дверью. Но там было тихо. Когда через полчаса так никто и не прошел мимо ее двери, Аня все же вышла из комнаты. Прислушиваясь к звукам, она стала спускать на первый этаж. А когда оказалась в первой гостиной, услышала громкие ругательства, доносившиеся из кухни. Опять-таки не зная зачем, Аня пошла в ту сторону. Она не решилась сразу же обозначить свое присутствие, поэтому просто заглянула туда.

Руслан сидел за кухонным столом. Один. Перед ним стояла аптечка, зеркало и бутылка водки, уже полупустая. Сам внешний вид мужчины заставил Аню испуганно округлить глаза. Он сидел за столом в одних джинсах, что позволяло рассмотреть в подробностях его великолепный торс, сейчас избитый и покрытый кровью. Костяшки пальцев на его руках были стесаны до костей, губа разбита и синят на скуле. Но хуже всего выглядела глубокая рана на брови, которую, даже на неопытный взгляд, стоило зашить как можно скорее. Чем Руслан и собирался заняться, судя по тому, что доставал из аптечки нитки и иглу.

- Чего стала на пороге? - неожиданно произнес мужчина, даже не поворачивая головы в ее сторону, чем напугал девушку до жути. - Иди сюда - поможешь.

Аня сглотнула, но послушно шагнула к нему. Вблизи он выглядел еще ужасней. Весь помятый и потрепанный.

- Что случилось? - смогла спросить девушка, останавливаясь в паре шагов от него.

Руслан в ответ только скривился. Вместо ответа он потянулся к бутылке и сделал большой глоток прямо из горлышка. Поморщился от того, как водка обожгла поврежденную губу.

- Шить умеешь? - спросил мужчина, бросив на девушку хмурый, короткий взгляд.

Аня снова невольно сглотнула. Это он сейчас намекает на то, чтобы она зашила ему бровь?!

- Ну? - потребовал ответа мужчина.

- Да, - смогла выдавить из себя девушка.

- Тогда действую, - поворачиваясь к ней лицом, сказал Руслан.

Аня молча взяла протянутую иглу с вдетой уже ниткой.

- Промыть нужно, - тихо сказала она, рассмотрев порез.

Султанов подвинул к ней бутылку с водкой. Аня достала из аптечки вату и смочила ее жидкостью из бутылки. Потом осторожно начала обрабатывать глубокую рану. Кровь текла не переставая, но все же девушке удалось кое-как обмыть вокруг, чтобы нормально видеть, куда вдевать иглу. Перед тем, как она приступила к работе, Руслан сделал еще пару глотков, как поняла Аня - для того, чтобы снизить болевой порог. Руки дрожали, и она до боли прикусила губу, чтобы не развернуться и не убежать. Уже через минуту ее пальцы были в крови, но она сделала-таки один стежок. Мужчина даже не поморщился, когда игла прокалывала кожу, только делал один глоток за другим из быстро пустеющей бутылки.

Ане казалось, что прошло пару часов, прежде чем она закончила накладывать швы. Ее всю трусило, а вот мужчина был абсолютно спокоен. Только взгляд его становился все мутнее из-за выпитого.

Девушка обработала рану еще раз и принялась за руки мужчины, хоть он и не просил этого. Она также промыла их и смазала мазью из аптечки. Ее движения были легкими и невесомыми.

Руслан смотрел на все это почти заворожено, не забывая при этом прикладываться к бутылке. Ему нравился резкий контраст его грубых и сильных рук с ее маленькими нежными дрожащими ладошками. А еще нравился запах от ее волос, которые были так близко от его лица. Хотелось зарыться руками в эти локоны и прижать ее ближе.

Голова болела нещадно от полученных во время боя ударов, но даже это не мешало думать о том, как же близко находится сейчас его девочка. Достаточно протянуть руку и взять. И выпитая почти целиком бутылка водки, плюс бешеный адреналин после боя сделали свое - он протянул руку и взял.

- Что вы делаете?! - тихо, но испуганно воскликнула Аня, когда Руслан резко привлек ее к себе, держа руками за талию и зажимая ее бедра коленями.

- "Ты"! Скажи мне "ты"! - прорычал мужчина, прижимая ее все ближе к себе, пока не уткнулся носом в ее волосы за ушком.

Аня попыталась оттолкнуть его, но тут же вспомнила о синяках на его теле, которые наверняка болели нещадно. А потому просто уперлась ладошками ему в плечи. Что никак не помешало ему притянуть ее вплотную, так, что она упиралась в его торс всем телом. Одна его рука скользнула в волосы и слегка сжала ее шею сзади, привлекая ближе ее лицо. Кожу Ани за ухом опалили горячие губы мужчины, заставляя ее как всегда замереть на месте и почти не дышать.

Девушку окутала, легкая пока, дрожь страха. А потом захлестнула целиком, от осознания того, что происходит. Господи, он же пьян! Его же ничто не остановит - ни ее мольбы, ни сопротивление. Он просто не обратит на все это внимания! Если он в трезвом виде с трудом себя сдерживал, то сейчас все рамки сняты.

Эта мысль тут же вывела Аню из ступора, и она попыталась отодвинуться. Естественно бесполезно - он был слишком силен.

- Расслабься, - прошептал мужчина ей на ухо, опаляя его своим горячим дыханием и заставляя тело Ани невольно отвечать трепетной на этот раз дрожью во всем теле.

- Не надо, - только и смогла прошептать в ответ девушка, чувствуя, как слезы бегут по щекам.

Руслан тоже заметил это, но не остановился, снимая горячие соленые капли губами и языком.

Аня терялась в своих ощущениях. Он был очень нежен и нетороплив, но при этом его руки слишком сильно и властно удерживали ее на месте. Если бы он ее сейчас отпустил - она бы ни секунды не раздумывая, воспользовалась этим шансом. Но он не отпускал. А она молча проклинала свое тело, которое млело под настойчивостью мужчины, под его губами и сильными руками.

Руслан совершенно не понимал того, что девушка по-прежнему пытается его оттолкнуть, плачет и шепчет ее отпустить. В его голове сейчас властвовали алкоголь и низменная, первобытная похоть. И эта дикая смесь не давала разуму даже шептать, не то, что кричать о том, что ему нужно немедленно остановиться и отпустить Аню. Что ее нельзя пугать и не стоит принуждать. Но не было даже отголоска этих мыслей, когда он ласкал губами ее личико, слизывая с него соленые капли.

Она была так близко, в его руках, и ее тело явственно дрожало не только от страха. Это он мог понять даже сквозь пары алкоголя. Эта чувственная, едва заметная, дрожь в ее теле выдавала с головой то, что она не только боится, но и хочет этого, пусть пока только подсознательно.

Аня без остановки просила и молила ее отпустить. До тех пор, пока нежные до сих пор губы не накрыли ее ротик далеко не нежным поцелуем. В эту ласку мужчина вложил все свое желание, силу и властность. Он жадно ласкал ее рот, не замечая того, что она не отвечает. Его язык напористо раскрыл ее губы и зубы, чтобы жадно пробраться глубже. Чтобы пробовать ее вкус и влажность. Чтобы заставить ее мольбы смолкнуть. С каждой секундой поцелуй становился все горячее, а захват его рук на ее теле крепче. Аня чувствовала во рту привкус спирта и соли от слез и крови из растревоженной лаской губы Руслана. А еще ощущала, как сама пьянеет от происходящего. И хоть разум был тверд и до сих пор противился происходящему, тело начало сдаваться.

Казалось, что только этого Руслан и ждал. Стоило Ане лишь слегка сбавить напряжение, как он тут же отпустил ее губы, чтобы начать ласкать ее шею, ключицы и подбородок. Беспрестанно его губы скользили по нежной коже, пока руки все крепче, почти до боли, сжимали хрупкое тело девушки.

Резко поднявшись на ноги, Руслан снова завладел ротиком Ани, запрокидывая рукой ее голову вверх, к своему лицу. Вторая ладонь скользнула под просторную футболку и потянула ее вверх. Ни секунду он оторвался от губ девушки, чтобы стянуть с нее эту преграду. И снова страстный поцелуй, который Аня лишь терпела, а не отвечала. Но ему, казалось, этого и не нужно. Достаточно того, что она просто сдалась.

Аня не успела даже ахнуть, как оказалась усажена на стол, а мужчина стоял между ее ног, крепко прижимая к своим бедрам ее. А еще через несколько секунд, девушка уже лежал спиной на столешнице, в то время как губы Руслана пустились в путешествие по ее телу. Он жарко ласкал губами ее шею, ключицы, спускаясь все ниже. А девушка который раз уже проклинала свое тело за то, что оно так явно отзывалось на происходящее. Ладони мужчины жадно скользили по талии, животу и ногам Ани, скользнули ей под спину и расстегнули застежку на белье, отбрасывая его в сторону. Глаза Руслана загорелись при виде идеальной небольшой и упругой груди с розовыми напряженными сосками, которые бесстыже выдавали реакцию тела девушки на его ласки. Рукой он легко сжал одно округлое полушарие, а другое накрыл ртом, вырвав из горла Ани невольный, приглушенный стон, заставивший его самого буквально зарычать от триумфа. Он яростно ласкал грудь Ани губами и языком, легонько прикусывал соски зубами, заставляя ее извиваться под собой и с удовольствием наблюдая за ее смущенным лицом.

По лицу Ани все так же текли слезы. Только теперь она не была уверена, чем это вызвано: страхом, изумлением, желанием или отвращением к себе. Но взгляд Руслана говорил ей о том, что последнее можно смело вычеркивать. Такой горячий и обожающий, каким она не видела его еще никогда. Даже в прошлые моменты близости. Сейчас в них был такой восторг от того, что он видел перед собой, что это заставляло ее забыть о том, как можно испытывать отвращение к чему-то, на что смотрят так.

Руки мужчины спустились вниз по ее животу, а ловкие пальцы в одну секунду расстегнули ее джинсы. Его губы заскользили вниз по ее животику, заставляя его вздрагивать от этих легких поцелуев. Влажным языком он обвел ее пупок и скользнул внутрь, заставляя Аню выгибаться себе навстречу.

- Какая же ты сладкая, - шептал мужчина, касаясь этим шепотом ее кожи на груди и шее, прежде чем снова жадно ее поцеловать.

И хоть Аня снова не отвечала, тем не менее немедленно распахнула губы, позволяя ему углублять и без того горячий поцелуй. Руслан снова посадил Аню и положил ее руки себе на шею. Девушка тут же невольно коснулась пальцами его темных волос, там же и оставив их. Ее глаза томно закрылись, а тело невольно льнуло навстречу его телу.

Руслан крепко прижимал к себе девушку, чувствую грудью ее соблазняющие изгибы, которые вновь хотелось покрыть поцелуями и попробовать на вкус. Но не здесь. Он хочет ее в кровати, под собой, голую и влажную. Поэтому он заставил Аню обвить ногами его бедра и легко подхватил ее под попу, двигаясь в сторону лестницы. Он забыл о боли в избитом теле, забыл о том, что сильно хромает. Сейчас он думал лишь о том, чтобы как можно скорее оказаться в спальне и овладеть, наконец, этой девушкой, что уже несколько месяцев сводит его с ума.

Не переставая касаться ее своими губами везде, куда мог дотянуться, Руслан подошел к своей спальне и распахнул ногой дверь, не желая спускать с рук Аню ни на секунду. Он опустил ее на кровать, тут же прижимая своим телом, и вновь жарко целуя ее припухший ротик. Но уже через несколько секунд он оторвался от нее, чтобы привстать и одним умелым резким движением стянуть с нее джинсы вместе с трусиками. Он, возвышаясь над ней, смотрел так жадно и с такой страстью, что Аня не только покраснела от смущения, но и задрожала еще больше. Но стоило ему потянуться руками к своим джинсам и начать расстегивать ремень, как девушка снова запаниковала. Она с возрастающим ужасом смотрела, как он раздевается перед ней. Невольно приподнялась и попыталась отползти подальше. Но тут же была перехвачена его твердой рукой на лодыжке.

- Нет, моя сладкая, - как безумный прошептал Руслан, снова нависая над ней и отбрасывая в сторону ее вновь упирающиеся ему в грудь ладошки. - Теперь я тебя никуда не отпущу.

Аня с удвоенным рвением принялась отбиваться от него, пока он не завел ее руки вверх, удерживая их одной своей, а другой скользя вниз по ее телу: по груди, мягко сжав один из холмиков, по животу, бедру и ноге к колену, чтобы сжать его и заставить ее раздвинуть ножки. Девушка задохнулась, когда почувствовала его напряженное естество напротив своего раскрытого тела.

- Не надо! Пожалуйста! - всхлипывала Аня, с трудом видя сквозь слезы лицо мужчины. - Я не хочу!

- А если я проверю? - вкрадчиво зашептал Руслан ей в губы.

Девушка даже не смогла выразить протест, как он жадно приник к ним, и одновременно скользнул свободной ладонью вверх по внутренней стороне бедра, пока не ощутил пальцами влагу ее женственности. Очень нежно он касался кончиками пальцев ее горячего, истекающего соками естества. Не это ли лучшее подтверждение того, что она хочет его не меньше, чем он ее? И это ощущение на его пальцах стало последним, что он смог вытерпеть. Все так же, не отрываясь от ее губ и удерживая ее руки над головой, мужчина резко подался вперед и одним резким, мощным движением вошел во влажное тело девушки.

Аня громко закричала ему в губы, но он не обратил на это ни малейшего внимания. Так же как не обратил внимания на то, что она очень узкая, на то, как сильно сжалось ее тело под ним от боли. На то, как слезы градом покатились по ее лицу, а ладошки сжались в кулаки, чтобы вытерпеть боль первого вторжения. Ничего этого Руслан не заметил, поглощенный триумфом и собственным наслаждением. Он не замечал того, что двигается слишком резко и грубо, что уже не целует, а кусает ее губки, что оставляет синяки на хрупких запястьях слишком сильным неконтролируемым захватом. Он мог чувствовать только собственное наслаждение и удовлетворение. Алкоголь и желание настолько заволокли его разум, что он не думал ни о чем, кроме собственного удовольствия, позволяя своему телу получать его в полной мере. Каждое его движение было сильным, резким и безжалостным. Аня только и могла, что сжимать кулаки покрепче и веки посильнее, чтобы не видеть перед собой предательски красивого лица. И хоть первая режущая боль прошла, внутри все саднило и жгло от слишком грубого проникновения раз за разом. Все отголоски удовольствия выветрились из ее тела, оставляя за собой только боль и слезы, обиду и унижение.

Ане казалось, что это никогда не закончиться. Она чувствовала себя грязной, использованной куклой, когда Руслан скатился с ее тела и уснул в одно мгновение, не сказав ни слова и даже не посмотрев на нее. Девушка лежала, не шевелясь и не пытаясь уйти, не думая о том, что стоило бы прикрыться. От кого? И зачем? Что от этого измениться? Чище она себя не почувствует. Стискивая зубы, Аня легла на бок и поджала под себя ноги, обнимая колени. Не было сил возвращаться к себе прямо сейчас. Она не боялась, что Руслан проснется и захочет продолжения - слишком пьян и вымотан он был. Поэтому она просто закрыла глаза и позволила жалости затопить себя. А потом не заметила, как уснула, продолжая обливаться слезами.

Руслан медленно приходил в себя. Голова болела - сказывалось похмелье и вчерашний бой. Болело все лицо, нога и грудь. Мужчина на ощупь прикоснулся к брови. И тут же вспомнил, кто ее зашивал. И вспомнил, что произошло потом. Он резко сел и посмотрел на кровать рядом с собой.

Аня лежала на краю широкой кровати, сжавшись в комочек. Красивое личико было заплаканным, закрытые веки напухшими, а губы искусаны в кровь. На запястьях синяки от его пальцев, а на бедрах кровь, как и на простыне. В одно мгновение перед ним всплыло все, что он вчера делал. Вспомнил, как вырывалась из его рук девушка, как просила и умоляла ее отпустить, вспомнил, как грубо овладел ее телом, не подозревая о том, что у нее это впервые. Он ведь был в полной уверенности, что у нее кто-то был. И эта уверенность добавляла ему злости, ревности, с которыми он вчера вбивался в ее покорное тело.

От всех этих воспоминаний Руслана стало тошнить. Никогда в жизни он не позволял себе подобного - принуждать девушку к близости. Никогда не считал себя способным на это. И тем более не думал о том, что Аня станет той, кто в полной мере ощутит на себе это безумие.

Мужчина протянул руку и хотел коснуться заплаканного личика. Но именно в этот момент Аня открыла глаза. И столько там было ужаса, страха и презрения - к нему или самой себе он не понял - что он невольно отдернул руку.

Аня смотрела на мужчину и не знала чего еще ждать. Но то, что она увидела в его глазах, было неожиданным - там была боль и искреннее сожаление. Но это никак не уменьшало того страха и отвращения, что она питала теперь к этому человеку. Он сделал самое ужасное из всего, что мог бы. Она готова была бы стерпеть близость с ним, но не такую как вчера - унизительную в самой крайней степени, грязную и отвратительную. А ведь она знала, каким мог быть Руслан, не смотря на свой нрав и характер - нежным и ласковым. Он мог бы заставить ее захотеть его, мог бы помочь ей захотеть себя так же сильно, как хотел сам. Но вместо этого он поддался самому низменному в себе - похоти, нетерпению и эгоизму.

И он это осознавал, что немного успокоило девушку. Она молча, как бы ни хотелось застонать от тянущей боли между ног, встала с кровати, закуталась в простынь и вышла из спальни, не глядя на мужчину. У себя в комнате Аня пошла в ванную, включила душ и села пол, позволяя каплям воды смывать с себя всю грязь сегодняшней ночи, а слезам омывать свое разочарование и унижение.

Как только за девушкой закрылась дверь, он понял в полной мере, что натворил, как сильно обидел и унизил. Он заметил, как ее испуганный взгляд сменился пустым и равнодушным. Уж лучше бы там была злость и ярость, чем ничего.

Его взгляд упал на ту сторону кровати, где спала Аня. А конкретно - на кровавое пятно - следствие его грубости и беспощадности. Руслан провел рукой по лицу и отвернулся. Встал с кровати и пошел в душ, желая смыть всю злость на себя и свое поведение. Мужчина прекрасно понимал, что то, что он сделал, навсегда изменит отношение Ани к нему. Оно и раньше не отличалось особым доверием, а теперь девочка будет шарахаться от каждого движения в ее сторону. И это полностью его вина. Он не знал, как ее искупить. Но для начала стоило попросить прощения.

Руслан оделся и вышел из спальни. Он тихо постучал в дверь спальни Ани, но не услышал ответа. Нахмурился и вошел. В комнате ее не было, но он услышал звук воды в ванной. Быстро направился в ту сторону, боясь неизвестно чего.

Он увидел девушку сидящей на полу под душем. Она равнодушно смотрела на стену, не замечая его, обхватив колени и положив на них подбородок. Руслан выключил воду и присел перед девушкой, заворачивая ее в большое полотенце. Как только он коснулся ее - она резко отпрянула от него. Он сжал зубы, матеря себя как только можно, и сделала еще одну попытку.

- Не бойся, я не обижу.

Она смотрела на него как затравленный зверек, красными от слез глазами. В них было сомнение, и даже насмешка. Руслан понимал все это и принимал. Но все же она позволила взять себя на руки. Он отнес ее в спальню, усадил на кровать и, встав рядом на колени, начал вытирать, бережно и осторожно, чтобы не испугать ее резким движением. Он с дикой злостью на себя стирал капли воды с ее рук, глядя на следы свои пальцев на тонких запястьях. Старательно отводил глаза, чтобы не смущать девушку и не прикасался ни к чему лишнему. Он тщательно вытер ее волосы, и укутал в одеяло. Он осторожно и медленно приблизил руку к ее лицу и поднял его вверх, чтобы посмотреть в настороженные глаза.

- Мне жаль.

Аня ничего не ответила на это своеобразное извинение. Но он и не ждал. Встал на ноги и двинулся к двери.

- Мой долг уплачен? - остановил его ее спокойный голос, когда он взялся за ручку двери.

Руслан застыл на месте, как вкопанный. До боли сжал зубы и зажмурил глаза.

- Да, оплачен, - сказал мужчина, как бы противно ни было это произносить.

Он никогда не собирался забирать с девушки долг, тем более таким образом, что бы он так не говорил ранее.

- Я могу уйти? - так же ровно спросила Аня.

- Нет, - резко сказал мужчина и вышел из комнаты, не заметив горькой усмешки на красивом личике.

Руслан спускался вниз и думал о том, что сказал Ане. Он не мог отпустить ее. Не хотел, а значит - не мог. Эта девочка его. И он обязательно добьется ее, искупит свою вину и загладит мерзкий поступок.

Первое, что сделал Руслан - так это избавил Аню от своего присутствия. Он не показывался ей на глаза, не заходил к ней в комнату, даже чтобы просто взглянуть на нее. Он почти не ночевал дома, занимая себя делами и развлечениями, чтобы не думать о том, что натворил. Мужчина и не подозревал, что его совесть так остра. Но то, что он сделал с Аней, не давало ему покоя ни днем, ни ночью. Он постоянно вспоминал ее запуганный и одновременно пустой взгляд. Вспоминал, как она дрожала от страха, а возможно и отвращения, к его прикосновениям. Он не мог не думать обо всем этом. Занимая себя работой и делами днем, вечером мужчина ехал в первых встречный кабак, где напивался и снимал шлюху. Вез ее в гостиницу и срывал свое раздражение и злость на ее покорном теле. А через пару часов выгонял, не в силах выносить непритворно довольный взгляд и стоны удовольствия, которые не смог подарить своей девочке, зато раздаривал направо и налево всем встречным. Он старался забываться, как мог - пил, участвовал в боях вместо своих ребят, позволяя избивать себя, а потом почти убивая в ответ своими ударами. Гонял на бешеной скорости по городу, наплевав на правила и не боясь расшибиться в лепешку.

Казалось, что злость никогда не стихнет. Но по прошествии пары недель он успокоился. И появился, наконец, дома. Его встретила встревоженная Наталья Дмитриевна, своими словами заставив его беспокоиться. Аня почти ничего не ела все это время, не выходила из своей комнаты, все время лежала на кровати и молчала.