*КУКЛА*

Неожиданно внимание девушки привлек шум чуть в стороне. Аня опустила глаза и увидела невдалеке от лавочки, где сидела, старушку, которая, кряхтя, пыталась подняться на ноги. Рядом валялась тяжелая по виду сумка, которая видимо и свалила бабушку с ног. Мимо нее равнодушно проходили люди, не торопясь помочь, будто и не замечая вовсе человека под ногами.
Аня, не раздумывая, встала с лавочки и подошла к бабушке. Потихоньку помогла ей встать с коленей и подала палку, что отлетела в сторону.
- Спасибо тебе, деточка, - искренне произнесла старушка, на вид лет семидесяти пяти. - Сама бы я не справилась.
- Не за что, - пожала плечами Аня, поднимая тяжелую сумку с земли.
То ли она слишком ослабла, то ли сумка и вправду была очень тяжела, но девушку буквально повело под ее весом.
- Как же вы такую тяжесть потянете? - спросила Аня.
- Сама о том же думаю, - вздохнула бабулька. - Меня баба Таня зовут.
- Аня, - представилась девушка.
- Анна. Красивое имя, - улыбнулась беззубо старушка. - Мою маму Анной звали.
Девушка выдавила из себя улыбку.
- Вы далеко живете? Может помочь донести? - спросила Аня, в глубине души надеясь на то, что возможно доброе дело аукнется чем-то хорошим для нее.
Вдруг по дороге к дому бабы Тани она найдет место, где смогла бы сегодня прикорнуть? Мало ли лавочек во дворах домов.
Баба Таня безумно обрадовалась предложению помочь и потихоньку пошла в сторону дома. Дорога была не длинной, но из-за медлительности старушки и тяжести сумки они шли около получаса. Ане показалось, что за это время она ослабла еще больше. Живот уже давно не просил еды, видимо понимал, что бесполезно, а ноги заплетались. Всю дорогу бабулька жаловалось на то, какой 'нынче народ злой' и какие люди безразличные. Девочка лишь в нужное время кивала головой - большего и не требовалось.
Возле нужного дома баба Таня повернула в сторону своего подъезда.
- Почти пришли. Я на втором этаже живу.

Сначала она отнесла на площадку сумку, а потом вернулась помочь женщине, заслужив улыбку на лице и слезы в глазах от старушки.
- Спасибо тебе, деточка.
- Не за что, - вымученно улыбнулась Аня и, пожелав спокойной ночи, повернулась, чтобы уйти.

- Погоди, - остановила ее баба Таня. - Заходи. Я тебя хоть чаем напою.
У девочки даже слюни потекли, живот сразу заурчал. И предложение было столь манящим, что она не нашла в себе сил отказаться, хотя делала все это не для того, чтобы напроситься на подобную благодарность.
На маленькой кухне бабы Тани, Аня очень медленно пила горячий чай и так же медленно жевала печенье, чтобы желудок не взбунтовался после долгого перерыва. Тепло кружки в руках и сладость на языке казались сейчас истинным благословением.
А пока девушка пила чай, Татьяна Игоревна внимательно рассматривала свою спасительницу и гостью. И снова слезы на глаза наворачивались. Девушку явно жизнь не баловала. Грязная, истощенная и с потухшими, но по-прежнему красивыми зелеными глазами. Старушка видела, как трепетно она делает каждый глоток и как жадно смотрит на тарелку с галетными печеньями, не решаясь взять еще одно. У женщины сердце сжималось от тоски и боли за девочку. А потому она не выдержала, села напротив и сказала:
- Рассказывай.
Аня сразу поняла, чего от нее хочет бабулька. Она никогда в жизни ни разу никому не жаловалась на судьбу и несправедливость. Но сейчас было так трудно, что держать в себе все это больше не было сил. Девочка выложила как на духу всю свою жизнь. А под конец рассказа уже рыдала на плече доброй женщины, а та, в свою очередь, тоже тихонько плакала, поглаживая девочку по волосам.
- Вы не подумайте, что я жалость пытаюсь вызвать или еще что, - всхлипывала Аня, - просто...
- Прекрати, - осадила ее Татьяна Игоревна. - Хватит с тебя на сегодня слов. Давай-ка лучше иди, прими ванну, а я тебе на диване постелю. Сегодня у меня останешься.
- Нет, - затрясла девушка головой. - Я не могу.
Ей было жутко стыдно. Казалось, что она рассказала все это в надежде получить подобное предложение. Но ведь это было не так, и девушка стремилась это доказать. Вот только старушка все это и так знала. Видела, что не будет Аня врать и изворачиваться. Не такая она.
С огромным трудом Татьяна Игоревна убедила Аню принять предложение. А обессиленная девушка, в конце концов, согласилась.
Лежа в горячей воде, Аня была почти счастлива. Она жестко соскребала с тела грязь и смывала с волос пыль, впервые за долгое время наслаждаясь чистотой. Зимой в приюте это было редким явлением - горячая ванна. А летом и подавно. Все, что имели воспитанники,- это речка, где и купались. В воде, в которой Аня искупалась, она постирала все свои грязные вещи, надеясь, что к утру они высохнут.                                                

Когда гостья вышла из ванной комнаты, Татьяна Игоревна и не узнала бы в этой девушке Аню, если бы ни глаза. Чистая, умытая, с расчесанными, как оказалось, длинными и густыми, русыми волосами, Аня не походила на ту оборванку, что встретилась ей на улице. Девушка была невысокого роста, излишне худа и смущена. С дрожащих губ без перерыва срывались слова благодарности, а у старушки сердце сжималось от жалости к этому несчастному созданию.
Прервав благодарственный лепет, баба Таня отвела ее в комнату, где рядом со своей кроватью разложила хлипенький диван и застелила его чистым бельем. Стоило голове Ани коснуться подушки, как она тут же уснула. А женщина, постояв над изможденной девушкой еще минуту, легла к себе.

Проснулась Аня только к вечеру следующего дня. Она так сильно устала, что проспала почти сутки, и от этого чувствовала себя неловко перед Татьяной Игоревной. Старушка отмахнулась от смущенного извинения девушки и позвала ее за стол. Это был первый нормальный ужин за последнее время, который съела Аня. И это притом, что на столе только и были макароны с жареным яйцом.
- Сама понимаешь, пенсия у меня не большая, поэтому, чем могу...
Аня неловко прервала теперь уже смущенную старушку. В молчании они доели нехитрый ужин, а потом баба Таня спросила:
- И что собираешься делать?
- Не знаю, - тихо ответила Аня. - Попробую работу найти.
- Да куда ж тебя такую возьмут, - сочувствующе вздохнула старушка.
Аня даже не хотела думать об этом. Да, она привела себя в порядок, но вряд ли чистота такой уж большой критерий для приема на работу.
Неожиданно Татьяна Игоревна встрепенулась.
- Вот я старая карга! - хлопнула себя по лбу женщина, почти счастливо глядя на ничего не понимающую Аню. - Сиди, сейчас приду.
Аня проводила удивленным взглядом бабу Таню до двери из квартиры. Через пару минут старушка вернулась с еще одной гостьей.
- Анечка, это Тамара, моя соседка.
- Очень приятно, - вымолвила девушка, разглядывая женщину.
Тамаре на вид было около сорока. Высокая, крепкая, даже мужеподобная женщина, с суровым лицом, но добрыми глазами.
- Анечка, - закряхтела баба Таня, - Тома работает на Центральном продовольственном рынке. И она может помочь тебе найти работу.
- Правда?! - неверяще воскликнула Аня, вскакивая на ноги и нервно сжимая руки.
Ее и без того огромные глаза стали еще больше, а в них сверкала дикая радость и почти счастье.
- Правда, - улыбнулась Тамара. - Нужен продавец на овощи. Только у нас полный рабочий день, без выходных.
- Я согласна! - тут же выпалила девушка.
- Вот и хорошо. Завтра утром я тебя забираю с собой и все покажу и расскажу.

Аня как болванчик закивала головой в знак согласия. Соседка напоследок улыбнулась не менее довольной бабе Тане и, пожелав спокойной ночи, ушла к себе.
- И как я раньше не вспомнила о Томе, - причитала бабулька, сидя на стуле, пока Аня убирала со стола.
- Спасибо вам большое, - не в силах сдержать слез, снова начала благодарить Аня.
Она не знала, что еще говорить, но что-то сказать было необходимо. Эта женщина стала буквально благословением на ее пути. А она даже отблагодарить ее никак не могла.