Глава 19.
Это странно. Почему Дазай прошел мимо нас? Ему явно нужен был Ацуши. Он не просто так изначально положил на него глаз. Надо было догадаться, что его план по отводу надоедливой школьницы был очередной ловушкой.
Как хорошо, что мы сели в самом начале. Хоть Ацуши и пытался скрыть, но я заметил, что у него в руках была какая-то записка. Скорее всего, Дазай назначил встречу в одном из вагонов. Я не позволю ему заманить Ацуши в ловушку. А если я попадусь, и он приведет с собой людей... Тут полно посторонних. Придется действовать по ситуации.
Так странно. Обычно я не впрягаюсь за кого-то. Видимо, он стал для меня важнее, чем в прошлом... Нет, в детстве тоже был важен. Хотя, если бы не Гин, я бы на него и не обратил особого внимания в детстве. Просто смотрел бы издалека на его светлое наивное лицо и не думал, что есть возможность сдружиться. Наши мамы редко виделись, теперь я могу догадываться, в чем причина. Но это уже не так важно. События в прошлом уже прошли и оставили свой след. Сейчас они на нас никак не повлияют. Вот бы и Ацуши понял, что его прошлое - не гарантия плохого будущего.
Я проходил вагон за вагоном. Медленно, всматриваясь в людей. И... Как я и думал. Он сидел чуть ли не в последнем вагоне, скрестив ноги и читав свою книгу. Сколько не подмечал, он всегда читал одно и то же.
— Исповедь неполноценного человека?
— Ага. Занимательная книга. Чем чаще возвращаюсь к ней, тем больше нахожу интересных деталей. Ты знал, что к улыбающемуся человеку люди будут куда склонен, чем к грустному или злому? — он даже глаз на меня не поднял. Как всегда, не воспринимает всерьез...
— К чему этот разговор?
— Ты стоишь с кислой миной и мешаешь людям пройти. Либо проходи, либо уходи.
Я тут же подметил женщину, стоявшую возле меня, и отошёл, сев напротив Дазая.
— Чего ты хочешь?
— В плане?
— Зачем преследуешь? Не проще было убить?
— Нет, не проще. Чуя бы тогда меня убил болезненной смертью или, того хуже, обиделся бы так, что перестал бы со мной общаться. А без него будет скучновато жить. Да и Накаджима тоже забавный парнишка.
— Тогда зачем...
— Ну и ну, я же читаю.
Он недовольно вздохнул и с хлопком закрыл книгу. Тут же он глазами показал на место возле него.
— Мне и тут нормально.
— А если кто-то из тех придет? За мной тебя не особо видно будет.
— ... Они в соседнем вагоне, так?
— Кто знает. Ну так что? Сядешь?
Немного подумав, я подсел к Дазаю. От него веяло дымом, видимо курил, или, что более вероятно, курили дружки из мафии. Пиджак новый, с необычным узором и дорогой тканью. Видимо, на заказ делали. На линейке, еще в средней школе, у них обоих были похожие. Теперь ясно, почему.
— Чего так пристально смотришь? Оружие ищешь?
— Это бесполезно. Даже если найду, вряд ли смогу переиграть все в свою сторону.
— Зря ты так.
Дазай хитро улыбнулся. Скорее всего понял, что я соврал. Он много раз говорил, что хоть я и кажусь всегда невозмутимым, все же есть нюансы, выдающие во мне лжеца. Например...
— Ты опять сглотнул. Пальцы забегали, да и глаза сейчас побегут от моих слов... Эх, был бы ты таким открытым в проявлении любовных чувств. Хотя, бедный Ацуши без моих подталкивание так и топчется на месте.
— Что?
Я с непониманием посмотрел на него. Казалось, он искренне расстроен, глядя потолок. Но разве это не попытка сбить меня с толку такими внезапными вопросами.
— Что, что... И ежу понятно, что ты не ровно дышишь, но вот Ацуши далеко не ёжик.
— Что за бред?
Не хочу это слышать. Ацуши мне противен. Не так как раньше... Скорее противно от того, что он себя ненавидет. Ненавижу таких.
— Твое сердце забилось сильнее. От злости? От любви.
— Мы с ним двоюродные братья. Не смущает?
— О, так это семейное у вас.
Черт. Его самодовольная улыбка... Не хочу признавать, что его домыслы имеют под собой хороший фундамент в виде моего поведения сейчас. Я не знаю, что думать об Ацуши. Слишком много противоречий. Он точно не в моем вкусе. Однако... Порой приятно побыть рядом с ним, подразнить или поддеть, а порой и почувствовать, что кто-то помимо родственников относится к тебе с трепетом и осторожностью. Но не той навязчивой, будто искусственной, как у сталкерш. Да и воспоминания о детстве, что ещё остались, делают этого человека немного ближе, чем остальных.
— Тебе лишь бы пошутить.
— А тебе скрыть свои эмоции. Ты это... Давай уже признаешься ему? А то иначе я Чуе касарь проспорю.
— Да ты издеваешься!? О чем ты думаешь сейчас, когда такое происходит?
— Хочешь сказать, ты дашь Ацуши умереть от рук мафии? Я и так повел их по ложному следу, не сдал вас, хотя мог ещё когда вы ночевали в том заведении. Или, когда его владелец, Рин кажется, стоял с вами и ждал поезда. Может всё-таки хоть раз в жизни не будешь колебаться и обманывать себя? Странно, конечно, слышать это от своей прошлой любви, но лучше прислушайся к чувствам и иди. В том городе я не смогу уже водить их за нос.
Я молча пошел к себе. Казалось, что Дазай наговорил всего невпопад, будто отсылая к прошлому, к школе. Но как только я дошел до нашего вагона и увидел Ацуши, мое сердце пропустило удар. Нет, не может этого быть. Только не он...