Заколка

Одним летним утром к ней в комнату постучалась служанка: она оставила на полу широкий плоский короб, тут же удалившись. Сакура уже давно привыкла к молчаливости служанок дома Учиха (то ли дело ее личная ассистентка - Харуно морщилась до сих пор, а Мадара продолжал называть ее исключительно так).

Она тут же поддалась любопытству, развязывая ленту и открывая крышку. Специальная, сильно шуршащая бумага в два слоя покрывала яркую ткань.

В этот же момент фусума вновь отворились.

Мадара зашел без стука, тут же переступив порог и закрыв створки.

- А если бы я была не одета? - полувозмущенно вопрошает Сакура, сидя на коленях прямо рядом с ним.

- Я знаю твой распорядок дня лучше, чем ты можешь себе представить.

Сакура удерживается от вопроса «в каких целях?», но все же фыркает. Она одним движением убирает шуршащую бумагу - ее догадки подтвердились. Белое с синими птицами строгое кимоно, из-под которого можно было разглядеть черный, расшитый серебряными нитями, пояс-оби.

- Нравится? - спрашивает Мадара, нарочно подчеркивая незаинтересованный тон.

- Как это может не понравиться? - отвечает вопросом на вопрос Сакура с улыбкой, потому что кимоно и вправду красивое. Но, к сожалению, не то, что она стала бы носить. Это было ее второе кимоно в жизни: первое ей прислали родители на четырнадцатилетие. Оно было в меру скромным, приятного желтого цвета с розовыми гортензиями и их нежно-зелеными стебелькамилепестками, как бы напоминая о волосах и глазах Сакуры. К нему прилагалась меховая накидка: из последнего письма родители узнали, что официальную одежду она надевает только в Новый год.

Она злилась на родителей: они не голодали, но кусок шелка стоил им целое состояние, она не сомневалась. А кимоно ей сейчас и не надо было особенно.

Второй вещью «на выход» была юката, подаренная Изуной. Старую она с чистой душой убрала подальше в шкаф и забыла. Сакура ценила в его подарке совсем не дизайн (также далеко не по ее вкусу), а удобство и комфорт. И в пир и в мир, как часто говорила Касуми. Юката была отличного качества, с дорогими, но не бросающимися в глаза элементами декора. Надев ее, Сакура сливалась с толпой и чувствовала себя полностью в своей тарелке.

Сакура хотела, чтобы следующее кимоно стало началом чего-то нового - чего угодно. Она не желала сотни нарядов, как многие жены знатных людей, ей было достаточно одной юкаты и одного кимоно, но которые она любила бы всей душой.

Подарок Мадары был действительно красивым: таким же строгим и сдержанным, как юката от Изуны. Поэтому Сакура и давилась благодарностями.

- Не утруждайся: я сам знаю, что тебе пошло бы лучше, - выгибает бровь Мадара, замечая все ее жалкие попытки выглядеть взрослой. - Это для сегодняшнего выхода.

Он присел рядом с ней, скрестив ноги.

- Сегодня я и Хаширама встречаемся с феодалом соседних земель. Разговор предстоит нелегкий, ведь он с чего-то решил, что мы не заметим его людей на территории наших лесов.

- Ты собираешься взять меня с собой? Разве это не разозлит его еще больше?

- Чтобы хоть как-то сгладить встречу, он предложил встретиться в компании жен. - Сакура протянула понимающее «ааа». - Сначала я думал взять когонибудь другого, но затем решил, что ты справишься. К тому же, там будет Мито, а она тебя точно не подставит.

Сакура кивнула, анализируя его слова. Она прикоснулась к шелку в коробке.

- Мне надо что-то выяснить?

Мадара улыбнулся.

- Я рассчитываю на тебя. Мито умная женщина, но она может утаить что-то, если спросить напрямик. От Хаширамы она ничего не скроет, но и сам он может промолчать. - Мадара потер большим пальцем подбородок. - Ты ведь еще не знакома с ней?

- Видела на улицах деревни, но подойти не решилась. - Сакура тактично промолчала о том, что до сих пор пытается скрыть свое положение в клане. Хотя иногда ей казалось, что и скрывать не от кого - все уже давно все знают.

- Я жду, что вы наладите общение: она мастер фуиндзюцу из Страны Волн. Тебе должно быть интересно. - И, не дожидаясь ее ответа, Мадара встает и идет к выходу. - Мои люди зайдут за тобой сегодня вечером.

Служанка помогла ей одеться: около полутора часов она собиралась, то роняя что-то, то портя в своем образе. Минимум косметики, заколка Мадары в волосах, кунаи под складками шелка. Прислуга ничего не сказала на плотно прилегающую к груди портупею: видимо, и не такое видала.

Сакура не хотела показаться невежливой, но она впервые встречалась с кем-то не из деревни по рабочим вопросам. Она прекрасно понимала, что Мадара оказал ей честь, и оплошать не хотелось. Смешно, правда: кого же она собралась защищать?

Мадара предупредил об охране, которая будет незаметно следовать за ними. Уже стемнело и зажглись огни. Они направлялись в довольно знаменитый чайный дом недалеко от центра. Он настоял на том, чтобы они вышли через главные ворота: никто даже не пытался спрятать любопытный взгляд. «Глава наконец-то появился на людях со своей невестой». Сакура нарочно смотрела прямо перед собой, чтобы не потерять лицо куноичи.

Чтобы она испугалась чьих-то взглядов, ха.

Он сбавил шаг, чувствуя, что плотно завязанный оби на запахнутом кимоно сковал ее движения. В центре на них было направлено не меньше внимания, но хотя бы не так откровенно-нагло. Сакура прижимала пальцами к ладоням края длинных рукавов, которые все норовили сползти и помешать движению рук.

- Не дергайся. - Мадара на секунду остановился и дернул рукава вниз. - Ты же не служанка, чтобы подвязывать рукава.

- Они мешают, - обреченно пожаловалась Сакура, смотря на то, как ткань вновь скрыла ее ладони, оставив лишь кончики пальцев.

Мадара вздохнул. Он согнул в локте руку, и Сакура подняла к ней свою: рукав скользнул чуть назад, освобождая ладонь. Вторую ладонь она прижала к груди ввиду отсутствия аксессуара или подола. Он не обременял ее лишними вопросами о самочувствии или готовности, чему она была несказанно благодарна. Все, о чем она могла думать - это как бы не споткнуться о песок под гэта.

- Я попросил сшить хомонги, но они, видимо, решили подчеркнуть идею нашей помолвки*, - пробормотал Мадара, когда они были совсем рядом с местом назначения.

Сакура ничего не ответила, лишь приняла его руку, когда освобождалась от гэта на пороге.

Она придумала себе ритм дыхания и пару раз повторила его, пока шла за помощницей хозяйки чайного дома: Мадару проводили в противоположную сторону, где, как оказывается, его уже ждали.

Сакура ненавидела опаздывать, а то, что они задержались из-за нее, нервировало только больше.

Девушки чуть старше нее уже сидели за накрытым столом. В углу гейша играла на кото, майко поворачивалась вокруг себя в танце. Сакура неслышно опустилась лицом к сцене, по обе стороны от нее оказались жены собеседников Мадары.

Она сразу узнала Мито: рыжие волосы и скромный наряд, такой же, как и у Харуно. В меру праздничный, но строгий. Она со сложенными на коленях ладонями наблюдала за нежным танцем юной майко, вытащившей веера.

Другая же, в красном кимоно (оно что, свадебное?) удостоила Сакуру прищуренным взглядом, прежде чем натянуто улыбнуться и вернуться к происходящему на сцене.

Майко поклонилась и мелкими шажками подошла к приоткрытой двери, где уже сидела служанка с принесенным саке.

Сакура поздоровалась с Мито и другой женщиной, вежливо поклонившись головой. Незнакомка представилась и вдруг рассмеялась:

- Мы с Мито-сан тут совсем заскучали без тебя, - как будто они были старыми подружками. Сакура сдержанно улыбнулась: она знала, как себя вести. Краем глаза она заметила такую же сдержанную улыбку Мито. - Даже позволили Мисаки станцевать. Мы с Тоидзиро-саном привезли это представление как подарок из наших родных мест.

Женщина позволила майко Мисаки налить ей и всем присутствующим выпить, а затем попросила поджечь ей сигарету.

Перед Сакурой оказалась керамическая чашка, почти до краев наполненная алкогольным напитком. Харуно не нуждалась в подсказках, но все же взглянула на Мито: по все еще сложенным на коленях ладонях было понятно, что пить она не собирается.

- Ну же, Сакура-сан, а то я совсем заскучаю! - воскликнула Сакико-сан, выпуская струю дыма в воздух.

Харуно поморщилась и виновато улыбнулась:

- Прошу прощения, я еще несовершеннолетняя. Уверяю Вас, в следующую нашу встречу я обязательно разделю с Вами этот кувшин.

Сакико-сан рассмеялась. Ей удалось перевести этот разговор в безопасную шутку. Мито тут же начала традиционный светский разговор, спасая Сакуру. О природе, о погоде, об увлечениях жены феодала стихами. Прошло полчаса, и Сакура успела успокоиться. Если повезет, всю оставшуюся встречу она так и просидит, а потом расскажет Мадаре увлекательную историю об избытке масла в ее рыбе.

- Сакура-сан, - вот черт, - Вы все время молчите. Может быть расскажете, каково это, жить с самым жестоким шиноби в стране Огня?

Сакура слегка растерялась. Точнее, у нее в голове сразу всплыли резкие слова, которые озвучивать нельзя было ни в коем случае. Поэтому в воздухе расплылась тягостная тишина, которая дала Мито повод прийти ей на помощь:

- Уверена, Харуно-сан чувствует себя просто...

- Нет-нет, Мито, постой, - перебила ее Сакико-сан, перейдя также на неформальный тон. - Об Учихах ходит много слухов. И о цветке вишни, что разросся в их владениях. Как же столь дикий клан с подобным главой вдруг обзавелся таким ирьенином?

Сакура почувствовала, как ярость застилает ей глаза. Она видела, как Мито вновь вдохнула, чтобы попытаться вежливо урегулировать вопрос, но Харуно знала: если сейчас она сама не даст отпор, в дальнейшем с ней считаться уже никогда не будут.

Сакура сложила ладони на коленях.

- Сакико-сан, попрошу Вас соблюдать формальности. - Ее голос был спокоен и холоден. - Клан, о котором Вы выражаетесь как о «диком», один из сильнейших среди всех скрытых деревень. Его «подобный» глава - Мадара Учиха, один из основателей Конохагакуре, справедливый и преданный правитель. Как мой жених, он ни разу не проявил неуважения, соблюдая мои границы и помогая освоиться в новом доме. И как часть дома Учиха, я не позволю Вам говорить в подобном тоне о моей семье или ее главе.

Наступившая пауза была намного более напряженной, чем предыдущая. Сначала подстегнутая адреналином Сакура чувствовала полную победу прежде всего над собой, а затем она заметила слегка изумленный взгляд Мито.

Сакико натянуто рассмеялась, Мито точно в такой же манере улыбнулась. Они быстро перевели тему на какую-то чепуху. К Сакуре обращались время от времени за мнением в каком-то вопросе.

Харуно сидела побледневшая. «Лучше бы Мадара все-таки приказал мне не бояться».

Сакура чувствовала, как потеет спина. Они уже довольно продолжительное время находились в комнате, а встреча глав все не заканчивалась. Как шиноби она могла вытерпеть и не такую нагрузку, но поменять позу уже хотелось.

Когда надежда уже практически оставила ее, в дверях появилась хозяйка чайного дома и сообщила, что встреча глав закончена и феодал пожелал уйти вместе со своей супругой. Как только куноичи и Сакико обменялись любезностями и она ушла со своими майко и гейшей в сопровождении служанки, хозяйка сказала девушкам:

- Хаширама-сама и Мадара-сама изъявили желание задержаться еще на некоторое время. Если молодые госпожи пожелают, они могут отправиться домой.

Мито на вопросительный взгляд Сакуры улыбнулась и ответила:

- Мы подождем их.

Хозяйка откланялась.

- Сакура-сан, ты можешь сесть, как удобно, - голос Мито был полон теплоты и внимания. - Я рада наконец-то познакомиться с невестой Мадары. Он, знаешь ли, старается прятать тебя от лишних глаз.

Сакура опустилась на бедра и облегченно выдохнула.

- Спасибо, что не дали меня в обиду.

- Не стоит благодарить, я ничего не сделала. - Мито, придерживая рукав кимоно, разлила по чашкам принесенный хозяйкой чай. - Я не первый раз вижусь с Сакико. С нашей последней встречи она так и не научилась следить за языком. А вот твоим ответом я могу лишь восхититься.

Получить похвалу от этой женщины Сакура не ожидала, позволяя вместе с тем смущению завладеть собой.

- Я слышала, Мито-сан, Вы мастер фуиндзюцу.

- Как и все в моем родном клане, - кивнула Сенджу, отпивая из чашки. - Хотела что-то спросить? - с лукавой улыбкой.

Мито уговорила ее на две чашки саке в середине разговора: у них оказалось много общих тем и идей. Мито была настоящей принцессой клана Узумаки, вот уж кто удостоился чести по праву рождения выйти замуж за Бога Шиноби. Сакура не ошиблась, когда решила, что Мито ей откровенно симпатизирует: чтото похожее случилось у нее с Касуми когда-то давно.

Когда хозяйка постучалась в их комнату, Харуно с ужасом поняла, что она провела за оживленной беседой не меньше двух часов. Она потрогала свои раскрасневшиеся от алкоголя щеки - он был слишком крепким, и даже от двух чашек Сакура почувствовала покалывание в губах. Как же она в таком виде покажется перед Мадарой?

Мито коснулась ее руки - всего на миг, но сознание Сакуры частично вновь вернулось в норму.

- Ты научишь меня этому? - спросила она, когда они (обе) абсолютно в сознании возвращались к выходу.

- Чему? - знакомой лукавой улыбкой одарила ее Мито. - Это ненадолго, так что поторопись домой. Я лишь настроила по-другому циркуляцию чакры, скоро твой разум вновь затуманится.

Как в тумане Сакура поздоровалась с Хаширамой, который едва ли не икал от количества выпитого. Он настаивал на совместной прогулке, опираясь рукой на вполне вменяемого Мадару, который осыпал друга проклятиями и отказами. Мито улыбнулась ей на прощание и подошла к мужу, замаскировав свою несложную технику под жест поддержки. У Сенджу тут же прояснилось в глазах, и он быстро попрощался с Мадарой, уходя с Мито в противоположную от них сторону.

- Ты улыбаешься, - сказал ей Мадара. Сакура обернулась на него с тем же выражением полного удовлетворения от своего нового знакомства и только сейчас заметила: его глаза совсем немного затянулись дымкой.

- Мне очень понравилась Мито.

- Уверен, как и ты ей.

Даже если ее щеки все еще горели, как в комнате, вряд ли бы он заметил. Она задалась вопросом, как часто Хаширама и Мито видят его таким, и испытала чтото наподобие зависти.

Мадара молча предложил ей свою руку, и Сакура взяла его под нее, едва касаясь локтя. Он шел без каких-либо проблем. Ему и близко не нужна была помощь Мито, в отличие от нее и Хаширамы.

- Какое-то время мы не могли прийти к общему решению, - тихо заговорил он, пребывая явно в хорошем настроении. - А затем я ощутил резкий выброс твоей чакры. Мы пока решили частично уступить, но это пока. Я начинал уже закипать, поэтому Хаширама оставил этот вопрос до следующего раза. - Он скосил взгляд в ее сторону. - Так что у вас там произошло?

Сакура отвела взгляд, борясь с собой. Она ощутила, как чакра вновь начинает двигаться по привычной сети, и голова потихоньку вновь набивается ватой.

В конце концов, убеждала себя она, лучше пусть он узнает о произошедшем от нее, чем по сарафанному радио.

- Я нагрубила жене феодала, если вкратце.

К изумлению Сакуры, Мадара улыбнулся.

- Ты не злишься?

- Если честно, мне скорее интересно, почему вы повздорили. Мито наверняка осведомила тебя, что с Сакико сложно сдержаться в выражениях.

Сакура покачала головой, не испытывая никакого облегчения от услышанного.

- Нет смысла жалеть о волосах, отрубивши голову. Сакура, я жду.

К ее сожалению, он даже остановился: легкое опьянение с каждой секундой возвращалось все быстрее.

- Хорошо, только давай продолжим идти. - Она не могла ускориться, но могла хотя бы продолжать путь. - Сакико-сан выразила нездоровый интерес к моей жизни в клане.

Мадара хмыкнул.

- Она обо мне не лучшего мнения.

- Мягко сказано, - вырвалось у Сакуры, и она поспешила продолжить: - Мито пыталась замять разговор, но Сакико настаивала. Я в корректной - искренне надеюсь, что в корректной - форме попросила ее не фамильярничать в отношении моей семьи и главы. - Внезапно Сакура вновь начала закипать. - Кто она такая, чтобы говорить всякие гадости об Учиха.

Сакура замолчала и внутренне сжалась в клубочек, потому что Мадара молчал. Она проследила за его глазами: он рассматривал погасшие в наступившей ночи фонарики на крышах домов вокруг. И шиноби, и гражданские уже давно разбрелись по постелям: они уже были довольно далеко от увеселительных кварталов и чайных домов.

Они шли все также медленно. Техника Мито окончательно рассеялась, и ее тело стало в большей степени зависеть от поддерживающей его руки мужчины рядом.

- Мадара, - неуверенно позвала Сакура, ожидая хоть какой-то реакции.

- О чем вы говорили с Мито? - отстраненно спросил Мадара, будто и не было этого разговора о жене феодала.

Сакура сглотнула.

- О фуиндзюцу. О госпитале. О деревне. Она спрашивала меня о жизни в Конохе. - Сакура опустила слишком личные вопросы, а также ее собственные о стране Волн. - Мадара, ты злишься?

Он остановился и повернулся к ней. Ничего, похожее на злость, на его лице не отражалось, поэтому она немного успокоилась.

Мадара поднял руку и прикоснулся ладонью к щеке, отводя выбившуюся из прически прядь. Сакура неподвижно ждала от него ответа, не прижимаясь, но и не отстраняясь. Она могла бы соврать, что чувствовала себя неуютно, смотря ему в глаза, но это была бы откровенная ложь: за прошедшие неполные пять лет в Конохе Сакура пришла к осознанию, что Мадара последний, кого она должна бояться.

Сакура знала, что он видел перед собой: полные неопределенности перед ним зеленые глаза, которым достаточно было отсвета Луны и далеких огней, чтобы красиво отражать изумрудный оттенок. Он видел выбивающие из заколки розовые пряди и покрасневшие от прилившей к коже крови щеки.

- Злюсь ли я на тебя? - повторил он ее вопрос. - Сакура, ты знаешь, скольким людям, кроме тебя, я позволяю называть себя по имени? - Она не ответила. - Двум. Хашираме, потому что он никогда не удосуживался спросить разрешения, и Изуне, потому что он мой брат.

У Сакуры забилось быстрее сердце, разгоняя сожаление и обиду в крови.

- Прости, если это раздражало тебя.

- Сакура, ты назвала себя частью клана. Ты бросилась защищать меня и мою репутацию от заносчивой девицы с завышенным эго. Ты искренне считаешь дом Учиха своим несмотря на то, что именно я отдал приказ оторвать тебя от родительского дома. - Мадара смягчился в тоне. - За что мне злиться на тебя?

Был ли виной тому алкоголь или нервы, Сакура, едва он замолчал, выпалила:

- Могу я обнять тебя?

По губам Мадары расползлась кривая улыбка; он шагнул к ней.

- Позволь спросить это мне: если Вы не смущены охраной по углам, Сакурасама, могу ли я обнять Вас?

Сакура подняла руки, утонувшие в рукавах кимоно, и обняла его за спину. А затем нырнула в его большие руки, будто оградившие ее от всего остального мира. Они стояли почти неподвижно на безлюдной улице, и Сакура будто плыла на волнах спокойствия посреди океана волнений и суеты. Теперь, когда ближе уже было не подойти, она ощутила его запах: чистой одежды, немного вспотевшей вымытой кожи, запах чайного дома и чуть-чуть - саке. Он пах взрослым мужчиной, отчего ее голова только сильнее пошла кругом. Под синей рубашкой Сакура щекой чувствовала его горячие мышцы груди, которая мерно вздымалась с каждым вдохом.

В ее животе мгновенно свернулся клубок нервов и стек вниз: она лишь позволила новым ощущениям так близко с Мадарой захлестнуть ее.

Они еще какое-то время постояли молча, когда в голове у Сакуры от свежего воздуха начало проясняться.

- У тебя тоже рыба была в тонне масла? - тихо пробурчала Сакура ему в плечо.

- Ох, значит, мне не показалось. Больше в этот чайный дом ни ногой. Она засмеялась, отстраняясь и вновь беря его под руку.

*Хомонги - переводится как «одежда для приёмов». На нём рисунок присутствует вдоль плеч и рукавов, довольно высокого стиля. Носят его как замужние, так и незамужние женщины.

У незамужних женщин рукава кимоно обычно длиннее, чем у замужних.