Выбор профессии
В бликах салюта её румянец сливался с другими красками. Кристально чистые глаза блестели удивлённо, а тонкие пальчики прижимались к чуть припухшим губам, к которым он только что прикоснулся. Его подарок, цветок-заколка, тоже сверкал в полутьме огней.
- А-Аманэ-кун, - прошептала она, но он услышал, несмотря на шум толпы...
Он открыл глаза под звук раскрывающихся штор. Цукаса что-то напевал под нос, но в его голове до сих пор звучал смущенный голос Яширо. Аманэ потёр лоб в замешательстве.
- Доброе утро, Аманэ. Папа уже ушёл на работу, так что пора готовить завтрак, - бодро провозгласил брат, упирая руки в бока и улыбаясь.
- Доброе, - буркнул Аманэ, вставая с кровати и идя сначала в ванную. Очередной день начался.
С того дня прошёл месяц. Февраль был неожиданно тёплым, снега практически не было, а в куртке даже было немного жарковато. По крайней мере, так было на взгляд Аманэ. Другие, наверное, считали по-другому.
Приготовив завтрак на двоих, Аманэ протяжно зевнул. В его руке дымилась кружка с чаем. Цукаса уже оделся и сел напротив. Выглядел мелкий в последнее время довольным, как кот, объевшийся сметаны. Случилось, что ль, чего хорошего?
- Аманэ, ты снова завис, - не отрываясь от телефона, подметил Цукаса. Он поднял взгляд на брата и усмехнулся. - Опять странный сон? И почему тебе снится такая лабурда? Неужели дальше поцелуя вы никак не зайдёте?
Аманэ вспыхнул и с громким стуком поставил опустевшую кружку на стол. Встав изо стола, он тоже пошёл собираться. Он ничего не ответил Цукасе не потому что не хотел - нечего отвечать. Просто после того поцелуя ему начало казаться, что лучше бы он тогда сдержал свои чувства.
Месяц назад... Аманэ застегивает рубашку, глядя в зеркало. Они с Яширо ведут себя как обычно, как лучшие друзья. Будто и не было ничего... Но напряжение висит над ними, ожидая своего часа. Скоро разразится эта буря, которая либо снесёт их отношения, их шансы быть вместе напрочь, либо... Спасёт их, возведя новый уровень на старом.
Аманэ много раз задумывался, могут ли друзья стать кем-то большим? Многие отвечают, что да. Некоторые считают, что дружбы между мужчинами и женщинами не бывает, потому что обязательно кто-то из них будет чувствовать романтические чувства по отношению к "другу". Но Аманэ видел, как Яширо относится к Коу - они друзья с головы до пят, это точно. Правда, Коу Нэнэ нравилась на первом году обучения, но позже это превратилось в крепкую дружбу. Аманэ был рад, что соперник самоликвидировался. Тогда был рад.
Идеально ровный узел галстука, и он вздохнул, беря свою сумку. Пора выходить.
Он никому не говорил о том поцелуе. Что если он только испортит все? Нет, он будет ждать, пока Яширо не соберётся с мыслями и не ответит ему либо отказом, либо... Аманэ сглотнул ком в горле. Согласие. Что будет потом? Они начнут встречаться? Что изменится в их жизни? Они будут держаться за руки, целоваться, ходить на свидания? Фантазия подкидывала ему разные варианты, но он мотает головой, понимая, что до этого ещё нужно дойти. Он не думал, что это будет так сложно.
По факту, он так и не признался. Он просто поцеловал её, и это не считается признанием... Верно? Яширо наверняка нужны слова, как другим девушкам её возраста. И он вполне готов их произнести, но молчание Нэнэ коробит его. Он не знает, как поступить. Что если признание ещё больше усугубит положение?
Он мучился с вопросами, не решаясь получить ответы на них. И он догадывался, что не один задаёт эти вопросы. Яширо тоже не понимает, что происходит. И они вместе качаются в этой хрупкой лодке недопонимания, из которой есть только два выхода. Или доплыть до другого берега, или... Потонуть.
***
Яширо смотрела на плывущие облака за окном. Февраль мокрый и тёплый. Он ей не нравился. Грязь, слякоть, постоянная чистка обуви и одежды. Погода непонятная: то ветер, то снег, то дождь, то солнце. И не нравилась она девушке потому, что напоминала её саму.
Нэнэ не знала, что делать. Они общались, как раньше, но она всем телом чувствовала, как на некоторых местах они заедают, словно пластинки, повторяя одно и то же. Напряжение сковывало их в своих сетях, и ей иногда хочется кричать, чтобы он услышал. Она хочет вернуться в тот момент, когда он поцеловал её, ответить ему. Сказать, что она слышала его беззвучные слова. Признаться...
Это не в её характере, вести себя так... Закрыто. Она всегда была застенчивой в романтических делах, но никогда не отворачивалась от друзей. Аманэ был её другом, лучшим другом, с которым они прошли многое. И сейчас они оказались в такой ситуации, когда притворство - не самый лучший вариант, но кажется единственно-верным. Да, это отсрочка перед её ответом, которую она сама мысленно попросила у кого-то зачем-то. Она же и так уверена в своих чувствах! Но почему на сердце так тяжело?
- Нэнэ-чан, тебя там зовут, - положила руку ей на плечо, отвлекая от невесёлых дум, Аой, указывая на дверь. Знакомая светловолосая макушка показалась там.
Яширо подошла к нежданному гостю. Коу выглядел слегка смущенно, прося о разговоре. Девушка наклонила голову, но пошла за ним.
- Ты что-то хотел, Коу-кун? - спросила она, когда они дошли в менее людную часть школы. Это была большая перемена и Нэнэ уже поела, так что торопиться было некуда.
- Ах, это... - он почесал затылок, словно бы не решаясь начать разговор. - Понимаешь, семпай, я заметил, что в последнее время вы оба ведёте себя странно. Ну, вы с Аманэ...
Ну конечно, кто как не их общий друг первым распознает их фальшь? Яширо улыбнулась, понимая, о чем говорит Коу.
- Я просто хотел спросить, что случилось. Вы же раньше такими дружными были, а сейчас... Словно отдалились.
Минамото было неловко. Он действительно первым заметил, что с друзьями что-то не так. Это их молчание, иногда возникавшее из ниоткуда, заставляло его нервно вздрагивать и начинать какую-то тему. А ещё их взгляды друг на друга... Кто-то из них что-то сделал другому, понял он в какой-то миг. Иначе какое объяснение тогда будет логичнее?
Аманэ вряд ли расскажет - умеет закрываться. А вот семпай...
Яширо сейчас подтверждала его теорию о том, что между ними что-то произошло. Она сжала край юбки сарафана и слабо улыбалась, пытаясь сдержать эмоции или подбирая слова. Ну точно, яростно подумал Коу. Этот Юги что-то снова учудил..!
- Понимаешь, Коу-кун, Аманэ-кун и я... Н-ну, - она покраснела, а он неожиданно все понял. До него обычно плохо доходят такие вещи, но, когда речь идёт о семпае, он будто просыпается и видит все насквозь. Интуиция работает на двести процентов, и он уже видит, что произошло. По крайней мере, его предположения верны. - М-мы п-поцеловались...
Это не было громом. Камнем, свалившимся на его плечи, придавливая своим весом, это тоже не было. Просто сокрушительный шок, обращающий в этот самый камень. Где он умудрился встретить Медузу Горгону?
- С-семпай... - неверяще прошептал он, глядя на неё.
- Понимаю, в это сложно поверить, но так оно и было. Это случилось в Новый Год, - пролепетала Яширо, смущаясь и отводя взгляд. - И с тех пор... Мы ни разу об этом не поговорили... Коу-кун?
- Прибью, - прорычал Минамото и сделал шаг в сторону классов, но был вовремя схвачен цепкими пальчиками девушки. Повернувшись к ней, он увидел, как она улыбается. Это была не слабая улыбка, а мягкая, успокаивающая, которая может быть только у Яширо. Коу вздохнул, снова трепля волосы пятерней.
- Коу-кун, он мне тоже нравится. Просто... Я не знаю, что мне делать, - она прижала руки к груди. - Спасибо, что волнуешься за нас, но...
- Да, в этом деле я не советчик. Думаю, вам, ребята, нужно разобраться в этом самим, - сдался Коу с досадой в голосе. - Прости, если влез не в свое дело.
Она удивлённо посмотрела на него. Коу-кун признал поражение, пусть и не очень этого желая... Это было невероятно, но приятно. Его бы действия точно усугубили и без того тяжёлую ситуацию.
- Ничего страшного. Спасибо тебе за волнение, ты хороший друг, Коу-кун, - она ярко улыбнулась ему и пошла вперёд. - Ох, уже звонок. Пора на занятие.
Яширо убежала. И Коу почему-то показалось, что она ещё не знает ответа. Показалось ли?
***
Это молчание между ними напрягает. Привычные сообщения, пожелания удачи или спокойной ночи. Они могли все также разговаривать о мелочах, но стоит только коснуться темы романтики, как слова замирают в горле, не вылетая из рта. Всё снова становится словно темнее, светло-розовый разбавляется серым.
Яширо не хочет больше этого. Она хочет, чтобы они снова говорили абсолютно на любую тему. Чтобы вновь встречались в разных местах и гуляли вместе. Она хочет... Держаться за руки. Она краснеет, прижимая колени к груди. Ходить на свидания, а не на просто встречи. Пряча лицо в тени коленок и сжимая кожу на руках, она признается, что хочет целоваться с Аманэ. Делать все, что делают все парочки. Это будет нормально, не странно... Но как решить их недопонимание?
Одна рука потянулась к телефону. Аманэ, наверное, уже спит, ведь последними сообщениями они обменивались почти сорок минут назад. Она находит в списке контактов букву "Б" и нажимает на первый и единственный номер в этом отделе.
Долгие гудки, которые вдруг обрываются мягким "алло". Яширо хочется расплакаться, пожаловаться, но она понимает, что бабушка не будет слушать её нытье. Звонок этот по делу. Очень важному, почти жизненно-важному делу.
- Нэнэ? Что такое, девочка моя? - обеспокоенно спрашивала бабушка.
- Бабуль, мне снова нужен твой совет, - чуть хрипло от долгого молчания сказала она. К счастью, голос не дрогнул.
- Снова Аманэ-кун? - усмехнулись в трубке.
- Да, но это другое, - она неуверенно прикусила губу. Может зря она это затеяла? Нет, качнула она головой. Ничего не зря! Бабушка поможет. Всегда ведь помогала в трудной переделке. Она мудрая и умная женщина! - Бабуль, он меня... П-поцеловал, - на другом конце повисло молчание. Яширо сжала пальцы ног в волнении. У бабушки ведь всегда было крепкое здоровье и сердце, но... - Бабушка?
- Когда это случилось?
- Месяц назад, в Новый Год, - быстро и чётко ответила она, переживая, что бабушка сейчас начнёт возмущаться, как это было с Коу. - Я была не против! Я хотела признаться ему... Он тоже мне нравится, бабуль. Но... Мне кажется, что этот поцелуй...
- Поторопил события? - продолжила женщина за неё.
- Да. Я не уверена, что это было: признание или просто так. Я чувствую, что, возможно, это было все-таки признанием, но все ещё не уверена, что это не моя фантазия, - поспешила объяснить свои чувства по этому поводу Яширо, чтобы бабушка все поняла.
- Всё хорошо, Нэнэ. Такое бывает со всеми. Сейчас вы, скорее всего, ведёте себя также, как раньше, но между вами возникла невидимая стена, так?
- Да.
- Дорогая, это нормально. Аманэ-кун действительно поторопился, ввёл тебя в ступор и теперь тоже мучается, потому что ты не отвечаешь ему взаимностью. В конце концов это может привести либо к окончательному разладу, либо к вашим новым отношениям, - успокаивала её бабушка. - Если ты хочешь первое, то продолжай ничего не делать и тогда вы вообще перестанете говорить...
- Я не хочу!
-... А если второе, то вам нужно поговорить. Просто взять и сказать главные слова, Нэнэ. Если ты чувствуешь, что он тебе действительно нравится, не как друг, то ты скажешь ему все как есть. Тут главное уверенность в своих чувствах. К тому же, я думаю, что он ответит взаимностью, - по голосу было понятно, что бабушка улыбалась.
- С чего ты это взяла? - нахмурила бровки Нэнэ.
- Ох, милая, - бабуля усмехнулась, подпирая рукой подбородок. Яширо представила эту картину, ведь бабушка всегда так делала, когда ухмылялась. - Видишь ли, мальчики не целуют не нравящихся им девочек.
Яширо густо покраснела. Поблагодарив бабушку за совет, она спросила, как у нее дела, и была отпущена спать со словами "Знаю я, что звонила ты только чтобы спросить совета".
Нэнэ прижала телефон к груди, смотря в темный от отсутствия освещения потолок. Бабушка всегда умела успокаивать её. Сейчас с её плеч свалился огромный груз неизвестности. И вот она уже знает, как быть.
Она должна поговорить с Аманэ. Осталось только выкроить время на этот важный для них разговор.
***
Но разговор отложился на неопределенный срок.
Спустя несколько дней в классах начали раздавать листочки с выбором профессии. Три строчки, которые нужно заполнить уже вполне чётко и ясно. В первый раз их раздавали на первом году обучения. Яширо уже тогда знала, что пойдёт в медицинскую или иностранную сферу деятельности. Медицинскую, потому что всегда думала о чем-то подобном, а иностранный, потому что она неплохо знает английский и вообще расположена к языкам. К тому же, в этом круге крутится мама, которая поможет подтянуть какой-либо язык. Так что у неё уже было все решено.
Листок она сдала одной из первых. С улыбкой отдав его старосте, девушка вышла из класса, надеясь найти друга. Может, сегодня удастся поговорить? Аманэ, насколько ей помнится, тоже сдал в числе первых лист с профессиями.
Яширо давно знала, что он мечтал о профессии космонавта с самого детства. Он сам рассказывал об этом. И как блестели его глаза, когда он говорил о разных планетах. Жаль, конечно, что он прошлым летом попал в больницу перед тем, как они посмотрели на звезды. А ведь планировали! Может, в этом году?
Нэнэ заглянула в класс к Аманэ, но его там не оказалось. Лемон, который стоял неподалёку, заметил её и крикнул:
- Аманэ вышел, Яширо.
Она чуть смутилась под смешки его одноклассников. Все уже знали, что она приходит к одному другу, и скорее всего делали ставки, когда они начнут встречаться. Хотя.. По их классам давно гуляет слушок, что они встречаются уже два года. И Яширо сейчас хотела бы, чтобы так и было. Но... Для начала разговор.
И где он может быть в большую перемену? Почему-то она сомневалась, что он в школе. По крайней мере, точно не в этом здании. Она взглядом наткнулась на старое здание. А может..?
Она прибежала в старую школу, ловя себя на чувстве дежавю. Будто такое уже было когда-то давно. Она тоже тогда искала Аманэ, а оказался он в кабинете астрономии. Наверняка он и сейчас там. Чем он занимается? Опять чинит телескоп или может пролистывает с мечтательным взглядом непонятные для неё книжки по его любимой науке? Яширо улыбнулась, вспоминая, как он взахлёб рассказывал о созвездиях и планетах Солнечной системы. А как много он знает о Чёрных дырах!
Девушка хихикнула, приближаясь к знакомой двери. Открыв её, она уже готова была с улыбкой поприветствовать друга, - все-таки с утра не виделись, - но слова застряли в её мыслях, так и не высказанные вслух.
По полу разбросаны порванные и едва целые книги, бумаги с рисунками и расчётами. В углу валяется старый глобус, а стул опрокинут набок. И посреди этого бардака тяжело дышащий Аманэ с лохматыми волосами и слезящимися глазами.
Она боялась сделать шаг вперёд. Когда она в последний раз видела друга в таком состоянии? Она уже и не помнит. В воздухе витало отчаяние и предзнаменование бури. По её коже пробежали мурашки.
- Яширо, пожалуйста, уходи, - сказал он тихо, не смотря на нее. Бумаги прошелестели под его шагами - парень отошёл к шкафу, где ещё остались книги.
Она не сдвинулась ни на миллиметр. В груди росла тревога. Похожее состояние уже было... Когда?
- Аманэ-кун...
- Уходи, прошу! Уйди! - он в ярости откинул книгу в стену совсем рядом с дверью. Он по-прежнему не смотрел на неё.
Яширо поджала губы. Сердце колотилось как бешеное, будто не знало, какой постоянный ритм выбрать. Она не хотела оставлять его. Она не бросит его, когда он в таком состоянии!
Она прошла вперёд, медленно подходя к нему. Его руки тряслись, пока он выбрасывал книги на деревянный пол. Они падали со слишком громким стуком... Или это ей так кажется? Сейчас даже её сердце было слишком громким.
- Аманэ-кун, - она коснулась его плеча, аккуратно и не пытаясь ничего сделать, кроме как утешить или хотя бы заставить его посмотреть на неё.
Хлоп! Яширо удивлённо расширила глаза. Легкая боль прошлась сначала по руке, а потом, как отдача, по всему телу. Но она не замечала этого, она видела только его отчаянно-злой взгляд на себе. Такой, которым он никогда не смотрел на неё.
- Уходи! - закричал он, отворачиваясь и опираясь руками на полку.
Ноги сами понесли её оттуда. Слезы жгли глаза, а в груди будто стало пусто. Такое уже было... Но тогда все кончилось по-другому.
Аманэ сжал до хруста собственных пальцев древесину полки и резко опустился на колени. В его груди тоже давно разверзлась дыра, сравнимая с Чёрной, но пустая, абсолютно пустая. Он не ощущал ничего, кроме злости на себя, свое слабое тело, которое не прошло по параметрам на диспансеризации. Черт-черт-черт!
Он закричал в отчаянии, понимая, что потерял только что все, чего добивался долгое время. Мечта, порушенная к чертям собачьим, будущее, которое было так близко, но теперь отдалилось на такое расстояние, которое он никогда не достигнет. Да, до Луны ему теперь не добраться. От этого горечь хотелось выплюнуть с отравляющим его изнутри ядом. Рана на сердце кровоточила и вряд ли когда-нибудь заживёт полностью, оставив болезненный шрам.
Аманэ протянул руку к листу с профессиями. К черту это! К черту все! Как он ненавидит это все! Этот чёртов мир! Черт-черт-черт..!
И Яширо ещё так не вовремя. Слезы скатились по щекам, плечи судорожно затряслись. Кричать хотелось ещё больше, до хрипоты, до полной потери голоса. Было так больно и он выплеснул свою боль, причинив её дорогому человеку. Что теперь?
А плевать. Он прижал колени к груди, смотря на пустой книжный шкаф. Теперь они похожи, он и этот шкаф. Он такой же пустой, хотя раньше был переполнен разными книгами. Также и он был наполнен мечтами и о светлом будущем. Теперь этого всего нет.
***
Яширо тяжело дышала. Её изнутри душила боль, то отчаяние, которое она получила там. Её чувства, все без исключения померкли, оставляя только грусть и обиду. Руку, которую он отбил, жгло как огнём. На бледной коже вырисовывался красный след. Слезы скатывались одна за другой по её щекам.
Она снова не знала, что делать. Она хотела вернуться и высказать другу все, что она думает о нем и его поступке, но понимала краем обиженного сознания, что произошло. Он снова закрылся от неё. Снова заперся в своём, несомненно, разрушенном мире и страдает в одиночку. Поэтому и сказал уходить. Она не послушала и он сорвался. Но даже так...
Девушка потерла горящее место на тыльной стороне ладони. Удар не был сильным, почти невесомым, но обида добавляла красок в эту боль, делая её сильнее в два раза.
Яширо вернулась в класс только для того, чтобы отпроситься в медпункт и пожаловаться на плохое самочувствие. Видимо, медсестра увидела её бледное лицо, раз выписала ей справку для выхода из школы посреди учебного дня.
Она шла домой. Какое счастье, что родители сейчас ещё на работе...
Она не понимала. Почему? Почему он так поступил? Почему отверг её? Ведь все было нормально, все налаживалось постепенно! Так почему сейчас все так переменилось в противоположную сторону?
Нэнэ споткнулась о порог собственной комнаты, падая всем телом на пол. Боль в ногах заставила её заплакать ещё больше. Хотя плакала она скорее от душевной боли, чем от физической. Сжавшись в комочек, девушка аккуратным ноготками зацепила ткань колготок. Прикусив губу до крови, она тихонько завыла.
Непонимание смешалось с картинами его поведения. Она не хотела видеть это снова. Видеть его ненавидящий взгляд на себе... Нет, пожалуйста, нет! Она отцепилась от колготок и закрыла ладонями уши. Она не хочет слышать то, что звучит в её голове - пронзительное и отчаянное "уходи!". Замолчи-замолчи!
Потолок потемнел с наступлением сумерек. Внизу появился шум - вернулся папа. Он звал её, но она не откликалась. Дверь её комнаты была закрыта, а сама она преувеличенно бодрым голосом сказала, что не хочет есть и уже ложится спать. Да, несмотря на столь раннее время, да, она не голодна, да-да-да...
Яширо прижала к груди морского котика. Слезы снова закапали на мягкую игрушку...
***
- Аманэ, ужин стынет, - позвал притворяющегося спящим сына Юги-старший. В полумраке комнаты, он видел, как сын сжался ещё сильнее. Он точно не спит, вздохнул мужчина, проходя в комнату.
На самом деле отец понимал, почему сын себя так ведёт. Все-таки Аманэ пошёл в него характером и у них схожие мечты. Только если Аманэ хотел стать космонавтом и полететь в космос, то Юги-старший хотел менее амбициозного - семью. Нормальную, без ссор, с счастливым смехом и теплом заботы. Но его мечта рухнула, когда ему пришлось уйти из отчего дома, когда он лично подавал бумаги на развод с женой. Остались только два мальчика - практически его копии. Аманэ вот почти вылитый он в подростковом возрасте. У него уже броня, несмотря на юность.
Мужчина сел на кровать сына, не зная, что сказать. Он никогда особо не поддерживал сыновей, только теперь понимая, как им этого не хватало. А сейчас, когда Аманэ в глубокой депрессии от результатов прошедшего медосмотра, это нужнее всего.
- Аманэ, я понимаю, что тебе больно, - начал он. Во рту пересохло, жутко захотелось курить. - Мечта, к которой ты так долго шёл, разрушена, а будущее снова стало туманным... Мне это знакомо, - Аманэ слушал, хоть и не желал этого. - Когда-то у меня тоже была мечта. Я хотел большую и крепкую семью. У меня было непростое детство, нелёгкая юность... Я ушёл из дома, как только достиг совершеннолетия. Встретив вашу маму, я верил, что вот оно - исполнение мечты. У нас появилась семья, вы... А потом все рухнуло. Моя мечта тоже, - он нервно хохотнул, не ощущая облегчения от высказанного. Словно он говорит все неправильно. Слова ненужные, рассказ, который просто обращен впустую. - Я говорю это не просто так. Я хочу тебе помочь...
- Это не помогает, пап, - промолвил Аманэ, поднимаясь на кровати. Он прятал красные глаза от отца, боясь его осуждения. - Я... Так долго ждал этого момента. Я твёрдо решил, что поступлю, что преодолею все, чтобы стать тем, кем желаю. Н-но... Не вышло. Чёртово здоровье подвело. Я все потерял! Мечту, профессию и даже... Её, - на последнем слове его голос сорвался на всхлип. Аманэ сжал руки в замок. Юги-старший не смотрел на него, пытаясь не стеснять сына. - Я не знаю, что делать дальше, пап. Словно смысл жизни потерял. Я ненавижу неизвестность! Я хочу просто знать, как и куда мне идти дальше! Я не хочу чувствовать эту пустоту в груди, - юношеская рука сжала ткань футболки на сердце. - Я не вижу смысла теперь в своём существовании! Для чего все это было, если все разрушено?!
Отец повернулся к нему так резко, что Аманэ зажмурился, боясь, что он ударит. Мужчина же поджал губы, в который раз осознавая, что наделала их мать.
Парня обняли тёплые руки, удивляя его. В груди дыра приостановила свой рост, появилось внутреннее тепло. Рыдания вырвались из грудной клетки, и сын прижался к отцу. Тот гладил его по голове.
- Аманэ, у тебя есть смысл. В этом всем, что ты делал до этого, был смысл. Просто теперь он изменился. Тебе нужно снова его найти. Я нашёл его в вас, тебе и Цукасе, - улыбнулся Юги-старший. - А ты найдёшь его, не сомневайся. Будь уверен в себе...
- К-как? Как быть уверенным, если не знаешь даже, какую профессию выбрать? - чуть заикаясь и вытирая сопли рукой, спрашивал Аманэ.
- Рассмотрим другие варианты. Да, сейчас тебе кажется, что без профессии космонавта ты жить не сможешь, но ведь есть профессии, связанные с космосом. Тот же инженер. Или лётчик, - предлагал отец. Аманэ чувствовал, как в душе растёт сопротивление к предлагаемым вариантам, но молчал. - Можно любую другую профессию выбрать, связанную с твоим хобби. Со временем ты привыкнешь. Да, поначалу будет больно, возможно, ты будешь ощущать себя не в своей тарелке, но тебе просто нужно принять эту мысль, Аманэ, - папа похлопал его по голове легонько. - Подумай над этим. Смысл ты всегда успеешь найти. Может, он уже где-то рядом, кто знает? К тому же, у тебя ещё целый год впереди. Ты успеешь выбрать свое будущее. Запомни, Аманэ: ты и только ты решаешь, кем ты станешь, - мужчина ткнул пальцем в грудь сына с ободряющей улыбкой. - Кем ты будешь: парнем с разбитыми надеждами или ищущим себя человеком?
Аманэ опустил голову, не зная, что на это ответить. Он чувствовал сейчас, что отец прав. Во всем прав. Что весь этот разговор был не зря. На душе расслабились чутка тиски безнадежных веревок и стало легче дышать.
Да, сейчас в его душе ничего, кроме пыли, но... Он падал уже много раз в этой жизни, падал, но вставал. Да, с помощью других, но он держался твёрдо на ногах. В его внутреннем мире всегда был то ли ураган, то ли спокойное море. Все переменчиво, и он тоже. Но одно оставалось неизменным в его жизни: рядом с ним всегда были люди, которые направляли его, помогали советом. Сейчас это был отец, а раньше была... Яширо.
Он вспомнил, как обидел её. На душе заскребли кошки. Совесть съела уже с потрохами его эмоции, но он все ещё ощущал жуткую вину перед любимой подругой.
- Спасибо, пап, - старший близнец неуверенно сжал кулак. - И ещё...
- Да?
- Я... Обидел свою подругу из-за этого. Я тогда был в слегка невменяемом состоянии. Я прогнал её, хотя раньше никогда так не делал, и боюсь, что... Я её потерял, - он ещё шмыгал носом, но плакать больше не хотелось. Отец внимательно слушал его сбивчивые объяснения. - Не знаю, что делать. Она мне нравится и я не хочу...
- Аманэ, тебе нужно извиниться перед ней. Искренне и объяснив ситуацию. Твоя подруга, наверное, тоже волнуется за тебя, хоть и будет обижена. Подойди и извинись перед ней. Не тяни с этим, - посоветовал отец и потрепал сына по макушке. - Чем больше вы будете молчать, тем больше между вами будет расти пропасть.
С этими словами он пошёл к выходу. Аманэ тронул свою голову на том месте, где была его рука. Мысленно он поблагодарил отца ещё раз. И ещё, ещё... Пока в голове не созрела мысль, что нужно поговорить с Яширо. Не по телефону, нет. Лично.
Лист с профессиями лежал на столе, так и не тронутый. Он подождёт.
***
На следующий день Аманэ пришёл с более свежим взглядом в школу. И каково же было его удивление, когда он увидел почти у всех парней коробки с шоколадом и прочими сладостями. Даже Лемону досталось. А ведь ещё только утро!
- О, Аманэ! Ты припозднился, - помахал рукой одноклассник. Юги махнул в ответ, садясь на свое место. Как он мог забыть о Дне Святого Валентина?
- Кажется, твой подарок будет позже, - подметил Ямабуки, подходя ближе. - Девчонки опять носятся с подарками.
- Ага, - заторможенно кивнул он, все ещё не осознавая, что происходит. Нет, он понимал, что вокруг него творится, но что-то непонятное было в его голове. Он просто не мог поверить, что пропустил такое важное событие из виду. Как так вышло?
Ах да, он же был в депрессии. Незаполненный бланк все ещё давил на него, даже просто находясь в его сумке.
Прозвенел звонок. Аманэ посмотрел в окно. Серые тучи нависали над городом. Кажется, сегодня будет дождь. К счастью, отец, бывший сегодня дома, сказал им взять зонтики. Предусмотрительно, однако.
Но задача сейчас стоит другая. Нужно найти Яширо и извиниться перед ней. Это будет непросто, но он справится. Должен справиться...
***
После своей истерики Яширо немного остыла. Она понимала, что обида немного отступила, выдвигая на передний план те вопросы, которые она задавала ещё в старом здании, в кабинете астрономии. Почему он так поступил? Почему были разбросаны книги и бумаги, которые он так ценил и любил?
Нэнэ не была глупой. Да, немного наивности в ней было, всегда будет, но друга она уже знала. Он не будет так просто причинять другим боль. Тем более ей. Он был в отчаянии, не обращал внимания на неё. Он просил её уйти... Почему? Наверное, потому что не хотел, чтобы она видела крайнюю степень его внутреннего состояния. И тот ненавидящий взгляд... Он ненавидел себя? Что произошло, что он снова вернулся к исходной точке?
Она задавалась этим вопросом все выходные. Она даже и думать забыла о надвигающемся празднике Дня Влюблённых. Поэтому ничего и не приготовила.
- Нэнэ-чан, как ты? Ты так внезапно ушла в пятницу, - обеспокоенно спросила Аой, подходя к её парте. Яширо в это время смотрела в окно на тучи. Она как назло забыла зонт!
- Всё уже хорошо. Переболела за эти выходные, - улыбнулась Нэнэ. - Но я совсем забыла про подарки.
- Ничего страшного, думаю, мальчики поймут, - качнула головой Аой. - А что насчёт Аманэ-куна..? Ты ему что-нибудь подаришь в этом году?
Хороший вопрос. Она не знала, будет ли он с ней разговаривать после той их неудачной встречи в кабинете астрономии. Вполне вероятно, что их молчание снова затянется. Как много времени они потеряют в этот раз?
Аой заметила, как погрустнела подруга, и замолчала. Она уже поняла, что тема лучшего друга закрыта и не стоит давить на новую мозоль. Поэтому в течение всего дня она пыталась отвлечь Яширо от мыслей.
Дождь капелью отзывался в лужах собирающихся у школьного крыльца. Яширо с тоской смотрела то на свою обувь, которой суждено промокнуть, то на куртку, которую тоже потом сушить, и, разумеется, на свою сумку, где лежали учебники с тетрадями. И ведь даже нет никого, кто пошёл бы в её направлении...
Вздохнув в очередной раз, девушка смирилась с тем, что придётся бежать под дождём и шагнула вперёд. Наступив в лужу, она нахмурилась и поджала губы. Все нормально. Она уже привыкла их сушить.
Не успела она пройти и метра, как над её уже немного промокшей головой нависла тень. Яширо изумленно повернулась к тому, кто предложил ей этот зонт, натыкаясь на родные янтарные глаза, полные вины. Открыв рот, она не находила слов, чтобы начать разговор.
- Я провожу тебя, - приподнял уголки губ Аманэ, сжав ручку зонта. Она кивнула и пошла дальше.
Молчание тянулось между ними нитью, леской. Эта леска может порезать, если что-то не предпринять, знали оба. Яширо не знала, что говорить и стоит ли вообще. Нет, по факту, она должна извиниться за то, что вмешалась в его какой-то внутренний конфликт, но... Что-то мешало сказать одно слово.
- Прости, - первым начал он, смотря в асфальт. Они остановились на светофоре и Яширо повернула голову к нему. - Прости, что тогда... Отверг твою помощь. Я был не в себе из-за кое-чего, - он вздохнул, собираясь с мыслями. - Врачи сказали, что мое здоровье не позволит полететь мне в космос, - Яширо шокированно замерла. В голове проносились воспоминания, где она видела порванные бумаги, тетради и книги по астрономии на полу кабинета. Ну, конечно, вот почему он страдал. Как иначе? Разве может быть сейчас другая причина? - Я... Сильно расстроился. Ещё и этот выбор профессии. Я не знал, что делать дальше. Мне казалось, что я потерял смысл жизни. Я не хотел, чтобы ты видела меня таким... Сломанным, - он усмехнулся, горько и печально, но в этот раз его чувства не касались её. Словно это было пережитком прошлого, а не предыдущей недели. - Я не хотел обидеть тебя. Поэтому прости.
Красный сменился зелёным и они пошли дальше. Яширо размышляла над его словами. Её обида окончательно сошла на нет, а на душе стало спокойнее. Но оставался один нерешенный нюанс.
- Аманэ-кун, - она взяла его за рукав куртки, останавливая. Пальцы дергались мелкой дрожью. - Честно говоря, когда ты это сделал, я была сильно обижена на тебя, - Аманэ опустил голову, признавая свою вину. - Но я уже не злюсь. Я понимаю, как тебе было трудно. Просто... Больше не отталкивай меня, ладно? - казалось, она выплакала все ещё в пятницу и субботу, но теперь снова полил солёный дождь из глаз. - Ты мне дорог, и я хочу, чтобы ты мне доверял. Я хочу, чтобы ты говорил мне о своих проблемах, даже если они слишком сложны, чтобы решить их даже вдвоём... Я хочу помогать тебе, - она подняла взгляд на него, не видя ничего, кроме расплывающегося силуэта. - Хочу стать той, кто тоже дорог тебе и кому ты можешь доверять безоговорочно...
Он не выдержал - поджав губы, он порывисто обнял её, гладя по мокрым волосам.
- Ты уже дорога мне. Давно. И я доверяю тебе. Я не хочу казаться тебе слабым нытиком, который вечно ищет помощи, - пробормотал он так, чтобы слышала только она. Яширо прикрыла глаза, цепляясь за него.
- Я никогда не считала тебя слабым "нытиком". Наоборот. Я всегда думала, что ты сильный, раз смог пережить так много, - прошептала она. Даже сквозь дождь он слышал её и от её слов у него сжималось сердце. Яширо никогда не врала. И сейчас тоже. - Поэтому прошу, не отвергай меня.
- Ни за что, - прошептал он, сжимая её крепче и незаметно целуя в макушку.
Они стояли под дождём, обнимаясь и наконец решив ещё одну проблему с пониманием друг друга. У обоих было чувство, словно они перешли на новый, чуть более высокий, но не совсем, уровень доверия...
А на следующий день Яширо не пришла в школу из-за простуды...