Правда
Эмма Свон любит обеденные перерывы. В это время дня она, в основном, ест, так что с чего бы ей их не любить?
Она с наслаждением поглощает уже второй сандвич с сыром-гриль, положив на стол скрещенные в лодыжках ноги и сосредоточенно обдумывая варианты меню на ужин, когда до ее слуха доносится знакомый стук королевских каблучков, цокающих по кафельной плитке полицейского участка.
Это вызывает у нее улыбку.
Между ней и Реджиной сейчас… крепкая дружба. С тех пор как брюнетка порвала с Робином, она, похоже, обрела внутреннюю гармонию, и ей стало легче общаться с окружающими.
Жизнь в Зачарованном Лесу в амплуа Злой Королевы теперь официально осталась в прошлом, она закрыла эту главу: жажда мести за потерянную любовь, Дэниела, уступила место воспоминаниям, и она нашла в себе силы действовать иначе.
Ее манера поведения заметно изменилась, и теперь они с Эммой стали близки как никогда.
Эти короткие визиты были для Эммы не в новинку, но каждый раз неизменно заставляли блондинку чувствовать себя особенной.
- Хук рассказал мне, что ты его избегаешь, - первое, что говорит Реджина, войдя в офис.
- Этот парень такой проницательный, - язвит Эмма, не меняя своей удобной позы.
- Эмма. – Старшая женщина упирает руки в бока, предупреждая свою младшую подругу.
- Реджина, - вздыхает Эмма.
- Почему ты его избегаешь? – В ее голосе слышится определенная мягкость, что говорит об искренности ее беспокойства. Эмма это понимает, но все равно не может сдержать стон.
- Да я не то чтобы его избегаю, - жалобно хнычет она и поджимает губы. Ее ноги опускаются на пол. Она могла бы в два укуса доесть свой остывший сырный сандвич, но аппетит у нее пропал, и она откладывает его в сторону. Зарывшись лицом в ладони и уперев локти в колени, Эмма сгибается на стуле.
- Угу. – Реджина скрещивает руки на груди и склоняет голову в ожидании дальнейших объяснений.
- Я нас избегаю. – Эмма медленно поднимает глаза, чтобы встретиться взглядом с Реджиной.
Ну, и чтобы попутно полюбоваться ей. Она замечает три расстегнутых пуговицы и то, насколько идеально облегает бедра брюнетки темная юбка.
Вышеупомянутая брюнетка несколько секунд пребывает в замешательстве, не совсем понимая, что Эмма хочет этим сказать.
- Нас? – уточняет она.
- Ну… Нас – меня и его. Я больше не хочу в этом участвовать. – Младшая женщина теперь действительно смотрит Реджине в глаза.
- Ты решила с ним порвать? – Темные брови вопросительно хмурятся.
- Но разве можно порвать с тем, с кем ты, в общем-то, никогда и не была вместе? – Эмма качает головой и слегка улыбается. Вероятно, стараясь казаться остроумной.
- Я уверена, он считает себя твоим бойфрендом, - медленно произносит Реджина, затем подходит к столу блондинки и усаживается на него, пытаясь устроиться поудобнее для такого разговора.
- Правда? Ну, что ж, он действительно склонен к самонадеянности. Я не виновата.
Эмма пожимает плечами и отводит взгляд от ног женщины, элегантно согнутых в коленях и закинутых одна на другую. В попытке прийти в себя и отвлечься от них, она грубо трет лицо левой рукой.
Для Реджины это должно выглядеть так, словно она устала.
- Эмма, - вздыхает брюнетка, уже не в первый раз.
- Что?
Они снова встречаются глазами.
Старшая женщина делает медленный вдох и слегка качает головой, прежде чем сказать:
- Тебе нужно поговорить с ним. – Она упирается ладонями в стол по обе стороны от своих бедер.
- И что сказать? – Эмма прищуривается, начиная уставать от всего этого.
- Что ты не хочешь быть с ним, – пожимает плечами Реджина, как будто это так просто и очевидно.
- Я ему это говорила. И то, что я не провожу с ним время, как прежде, также должно служить неплохим подтверждением данному факту.
Блондинка закатывает глаза, потому что, если честно, как до него до сих пор не дошло?!
- Тогда почему он так настойчив? – Теперь Реджина действительно запуталась.
«Как мило, что она так сильно переживает», - думает Эмма, прикусив губу и почесав сзади шею, прежде чем ответить:
- Он считает, что я прячусь от собственных чувств. Что я боюсь любить. - Она тоже скрещивает ноги, чувствуя возрастающую нервозность.
- А это так? – нерешительно спрашивает Реджина.
- Нет. – Эмма издает сухой смешок. – Он меня просто не привлекает.
Реджина мгновение изучает лицо Эммы. Отчего-то ее младшая подруга кажется довольной собственными словами, и это… немного смущает.
Но если это действительно так… Реджина прочищает горло и склоняет голову на бок, не отводя от Эммы внимательного взгляда.
- И что же тебя в нем не привлекает?
Эмма слегка улыбается. Ее щеки вспыхивают, и она отводит взгляд, прежде чем озвучить ответ:
- Всё.
- Вот так вдруг, ни с того ни с сего? – спрашивает Реджина, хмуря брови.
- Нет, не вдруг. Он меня никогда по-настоящему не привлекал. – Теперь Эмма говорит громко и отчетливо. Слова вылетают быстро, но звучат взвешенно и однозначно.
Слова блондинки с трудом укладываются в голове у Реджины – она не понимает, почему Эмма так долго терпела того, кого не…
- Тогда почему?
- Потому что я думала, так будет проще, - быстро отвечает Эмма.
- Проще, чем что? – так же быстро «выстреливает» она в ответ.
Эмма говорит загадками, и Реджине это не нравится.
- Ничего, - бормочет блондинка.
- Эмма. – Голос Реджины звучит низко и угрожающе.
- Проще, чем правда.
- Какая правда? – В ее голосе снова бархатистые нотки, и, если честно, они могли бы успокоить Эмму. Но все же…
- «Что происходит?» в двадцати вопросах? – бросает она.
- Что происходит: ты избегаешь вопросов? Я начинаю думать, что ты пытаешься что-то скрыть.
- Не пытаюсь.
- Какая правда?
- Я не…
- Правду.
Их перепалка уже становится нелепой. Эта игра в пинг-понг ни к чему не приведет.
- По большому счету, правда не имеет никакого значения... И она не касается никого, кроме меня. Всё, что нужно знать Киллиану, - это то, что у нас с ним ничего не получится.
- Он попытается снова завоевать тебя.
- На самом деле, я никогда ему не принадлежала.
- Он все равно попытается вернуть тебя.
- Не сможет.
- Но попытается.
- Ты замолчишь когда-нибудь? – стонет Эмма, потом вздыхает, шумно сглатывает и пристально смотрит в темно-карие глаза. Как бы ей хотелось, чтобы их взгляд не заставлял комнату кружиться так чертовски быстро.
- А ты хоть иногда говоришь прямо?
На этот раз в голосе Реджины нет раздражения или угрозы... Кажется, ей на самом деле больно. Почему Эмма не может просто поговорить с ней? Сказать ей уже эту гребанную правду.
И тогда она это делает.
- Меня не привлекают мужчины, - не моргнув, говорит она. Она не моргает, даже когда несколько долгих секунд выдерживает смущенный взгляд шоколадных глаз Реджины.
- Ох, - выдыхает старшая женщина. Она открывает рот, чтобы сказать что-то еще… но не произносит ни слова. В конце концов она становится похожей на выброшенную на берег рыбу, и, хотя это выглядит довольно мило… это также медленно убивает Эмму изнутри, и она пытается разрядить обстановку.
- Ага. Вот так вот. – Эмма закатывает глаза и краснеет. Теперь она смотрит в сторону.
- Ты лесбиянка? – спрашивает затем Реджина, и голос ее звучит на удивление нормально.
- Привет. – Эмма неуклюже поднимает слегка дрожащую руку и морщится, как от боли, потому что… ну кто, в самом деле, так делает? Потом с трудом сглатывает – всё, правда раскрыта.
Реджина все знает, и теперь их отношения будут странными, и все пойдет наперекосяк. Отлично.
- Но Генри… - медленно произносит брюнетка.
- Об ЭТОМ я, разумеется, никогда не пожалею. И в благодарность внесу водку Эристофф в свое завещание. – Эмма, конечно, шутит, но в каждой шутке… Фыркнув, она думает о том, как хорошо все обернулось. В конечном итоге. Может, ей действительно стоит внести компанию Эристофф в свое завещание.
-Хм… - Брюнетка кивает, похоже, над чем-то усиленно размышляя.
- Что?
- Почему ты мне никогда об этом не рассказывала?
Эмма не знает, стоило ли ей ожидать этого вопроса или вовсе нет. Она делает медленный и глубокий вдох.
- Не уверена, какой момент был для этого подходящим… Когда я впервые оказалась у тебя на пороге? Когда было разрушено проклятие и я осознала, что Прекрасный принц и Белоснежка – мои родители? Когда Пэн похитил Генри? И потом… я ведь поддерживала видимость с Киллианом.
- Ты могла рассказать мне в любое время, - абсолютно спокойно говорит Реджина и внимательно вглядывается в лицо своей младшей подруги.
- Точно, - бормочет Эмма с некоторым сарказмом.
- Ну, не… в любой момент… разумеется… но мы ведь уже какое-то время дружим, так?
- Да, ну… наверное, я не знала, с какой стороны к этому подойти.
Они снова встречаются взглядами.
- Я понимаю, что тебе непросто было произнести это вслух. Но тебе не о чем беспокоиться. Насчет меня.
И, о боги, каких усилий стоит Эмме не смотреть на губы Реджины.
Реджина бы это заметила, и почувствовала бы себя оскорбленной, и с этого момента их отношения стали бы слишком запутанными.
- Спасибо, - с трудом произносит она вместо этого.
Есть еще кое-что, чего блондинка старается не замечать: как красиво поднимается и опускается грудь Реджины при каждом вдохе.
Брюнетка мило улыбается, качая головой, шумно вздыхает и отводит взгляд.
- Так ты скажи мне, из всех женщин в городе, какую бы ты назвала наиболее подходящей для себя?
Тонкие пальцы поглаживают серую столешницу, пока она терпеливо дожидается ответа младшей подруги. Эмма в абсолютном шоке: она определенно не ожидала услышать этот вопрос в свой адрес… когда-либо. Но, тем не менее… это случилось.
- Я… господи, я не знаю, Реджина. Мне кажется, «подходящая» - не совсем верное определение. – Она запинается, чувствуя, что уже на взводе, хотя по ее голосу этого не скажешь – так, легкая нервозность.
Брови Реджины взлетают вверх, чуть не до линии роста волос, и ей приходится прикусить язык, чтобы удержаться от резкого ответа. Она проводит ногтями по столешнице, на которой сидит, царапая ее. Эмма это замечает, но ничего не говорит.
- О, так ты не заинтересована в чем-то серьезном? Ты просто хочешь… поразвлечься? – Последнее слово она выплевывает, тем самым четко обозначая свою позицию по данному вопросу.
- Ну… - Эмма раздумывает над своим ответом, но чувствует себя сбитой с толку. – Что? Ты думаешь, я… нет! Боже, меня не интересует секс! Ну, то есть… интересует, конечно, но это не всё, что мне нужно. Я… бля, это дурацкая тема для разговора. Мы можем ее сменить и притвориться, что ничего этого не было?
Она морщит нос – ей сейчас очень неуютно. Не такого разговора с Реджиной Миллс она ожидала. Они прекрасно ладили, и надо же было этому случиться…
- Мы бы могли, но, если честно, я не хочу. Эмма, как ты могла держать это в тайне? Предполагается, что каждый из нас получит свой «счастливый конец»… Но ты, оказывается, утаила такую жизненно-важную информацию о себе. Что ты планировала делать дальше? Наладить здесь всё и уехать в Бостон, чтобы зажить там счастливой гейской жизнью? Или остаться в городе, продолжая скрывать свою сексуальную ориентацию и чувствуя себя одинокой и несчастной? – В гневе Реджина слегка повышает голос.
- Я не несчастна, благодарю, - резко возражает Эмма.
Реджина снова прочищает горло и кусает верхнюю губу.
- Прости, я не хотела… Эмма, я не намекаю, что тебе нужен кто-то, чтобы быть счастливой. Но в конце концов тебе захочется разделить с кем-то свою жизнь.
- Наверное… Не знаю, Реджина. Если честно, я не так уж и часто об этом думаю.
- Вот как? И я должна в это поверить? – Бывшая королева фыркает и смотрит на младшую женщину, вздернув брови.
- Я не вижу причины, по которой ты не должна мне верить, - цедит Эмма сквозь стиснутые зубы.
- Ты только что буквально сказала мне, что заинтересована в сексе и… в чем-то большем, - напоминает ей Реджина, заставляя блондинку болезненно поморщиться. - Вы действительно думаете об этом, мисс Свон. Наверное, это Ваше личное дело, и я не хочу, чтобы Вам было неловко, но я чувствую, что Вы над этим совсем не работаете.
- Как? – Эмма в отчаянии воздевает руки к небу. – Каким образом я должна над этим работать? Мне в личной жизни абсолютно ничего не светит. Я знаю это и смирилась с этим, так что я просто живу, радуясь общению с друзьями и сыном. Я ценю твое беспокойство, Реджина. Правда. Но со мной всё будет в порядке. Я в порядке.
- Как ты можешь так говорить? Почему это звучит так, словно ты оставила всякую надежду на счастливый конец? – Брюнетка смотрит с прищуром, приоткрыв рот.
Эмма с болью осознает, что это действительно так.
- Может, перестанешь мне уже напоминать про счастливый конец? – шепчет она.
- Эмма.
- Нет. Извини. Я не пытаюсь раздуть из мухи слона, и мне претит излишний драматизм и всё такое, но…
- Эмма, не надо! – прерывает ее Реджина.
- Пожалуйста, позволь мне высказаться, - настаивает блондинка.
- Окей.
- Послушай. – Она вздыхает, а затем продолжает: - Я определенно дитя этого мира. И я не вижу, чтобы принцессы из Зачарованного леса находили свою настоящую любовь с другими принцессами, или принцы с принцами, или рыцарями, или… не важно, суть ты уловила.
Я не собираюсь наладить все здесь, а потом просто уехать в Бостон. Я никогда не смогу оставить Генри, и тебя… и остальных. Я этого не сделаю. Просто так сложилось. И, кто знает, может, найдется парень, который вскружит мне голову. В этих местах порой происходят безумные и, казалось бы, невозможные вещи. – Последняя часть речи произносится более легкомысленным тоном. Не то чтобы кому-то из них стало от этого легче.
Несколько мгновений в помещении царит тишина. Несколько бесконечно долгих мгновений.
- Тебе кто-нибудь нравится?
- Нет. – Ответ Эммы достаточно быстрый, чтобы казаться поспешным.
- Эмма, то, что ты считаешь это невозможным, не значит, что ты не можешь говорить со мной о своих чувствах. Мы теперь друзья, и ты можешь излить мне душу. Разве не в этом прелесть дружбы? Или я все неправильно поняла?
- Это невозможно, - тихо бормочет Эмма, скорее как болезненное напоминание самой себе.
- Так, значит, кто-то есть.
Младшая женщина откашливается, распрямляется, облизывает губы.
- Как я сказала… Нет. – Она натянуто улыбается.
- Окей. – Реджина понимает, что битва проиграна. На данный момент. И решает перестать давить на Эмму. Прямо сейчас.
- Мне нужно работать. – Бледные пальцы зарываются в золотистые волосы, собирая спутанные локоны в конский хвост.
Реджина немедленно отводит взгляд. Что? Это очаровательно.
- Может, придешь вечером на ужин? – небрежно предлагает она.
Небрежно или нет, но Эмма подозрительно прищуривается.
- Зачем? - Она поворачивает голову, чтобы взглянуть на Реджину.
- Этот разговор не окончен, мисс Свон, и Вы это знаете. – Она поднимает одну бровь и поджимает губы.
- У меня планы, - с ухмылкой лжет Эмма.
- Отмени их. Это важнее, - невозмутимо отвечает Реджина, не довольная попыткой Эммы так легко от нее отделаться.
-Но… - Она даже не знает, что собирается сказать, когда подруга вновь перебивает ее.
- В семь часов. Не опаздывай. Я сделаю спагетти.
Блондинка сдается, вздыхая. Она знает, где будет ужинать. Хотя бы ради офигенных спагетти, которые готовит эта женщина.
- Может, мне?..
- Шардоне подойдет.
- Договорились, - послушно кивает Эмма.
Миллс, ну ты и штучка.
***
-Серьезно, Реджина, мне не нужна девушка. Ты только что сделала меня спагетти-сексуальной. Возьму с собой тарелку в Вегас, женюсь на ней и буду жить счастливо. – Эмма довольно вздыхает, прикончив третью и последнюю тарелку вкуснятины.
- Гадость какая. Даже не хочу представлять первую брачную ночь. – Реджина морщится, но с трудом скрывает улыбку, потому что – да, она польщена, а развязная Эмма Свон даже мила. Типа того.
- Очевидно, я ее просто вылижу. – Блондинка небрежно пожимает плечами и хмыкает, наблюдая за Реджиной из-под прикрытых ресниц.
- Как я и сказала… гадость. – Брюнетка намеренно делает упор на последнее слово, затем встает и быстро собирает со стола тарелки.
Эмма бездумно следует за Реджиной на кухню, недовольно надув губы.
- А еще это грустно, потому что потом ее не станет.
- Ах, а план-то казался идеальным.
- Он таким и был, не считая этой маленькой лазейки.
- Разумеется. – Реджина возвращается в гостиную, решив, что посуда может подождать. Эмма снова следует за ней по пятам.
- Хмм.
- Итак… - начинает старшая женщина, удобно устроившись на кушетке.
- Ага.
- Я составила список... – Реджина решительно снимает блокировку с айпада.
- Поздравляю! – Эмма широко и абюсолютно фальшиво улыбается.
- …всех одиноких женщин города. Которые, как мне кажется, могли бы… ну, ты знаешь… как-то привлечь тебя. – Реджина поднимает взгляд от экрана и подмигивает сидящей напротив женщине – предположительно, заговорщицки, - что вызывает у Эммы лишь очень влажные фантазии. Чёрт.
- Фу… Реджина, давай не будем, - стонет она.
- Мы пройдемся по списку и определим, являются ли они стопроцентными натуралками или, возможно, немножко любят женщин, - с большим энтузиазмом объясняет брюнетка. И это так очаровательно.
То, как она искренне пытается помочь Эмме… вызывает у младшей женщины желание плакать и смеяться одновременно.
Потому что видеть Реджину такой, свободной и игривой, - это, однозначно, охуенно огромная привилегия.
Если бы только сердце Эммы болезненно не разрывалось оттого, что Реджина с таким воодушевлением пытается свести ее с кем-то другим… не с Реджиной Миллс.
Младшая женщина громко сглатывает и решает упрятать подальше свои негативные чувства, прямо сейчас. Она с ними позже разберется. А пока просто будет наслаждаться каждым моментом, проведенным с Реджиной.
- Погоди… а это вообще было в Зачарованном лесу? – озвучивает она внезапно пришедшую в голову мысль.
- Что?
- Ну, ты знаешь… геи? Я просто решила, что не было, - слишком уж… гетеросексуально все выглядят.
- Не было.
Эмма кивает и хмурит брови. Тогда зачем они тратят время на эти бесполезные разговоры?
- Такой практики не было. Это мне известно. Послушай, Зачарованный лес был совсем другим местом. Если живущие там люди испытывали подобные чувства, они, вероятно, не делились ими со всеми… или хоть с кем-нибудь. Может, это и существовало, но для этого точно не было названия, - медленно и мягко объясняет Реджина, очевидно, заметив, как приуныла Эмма.
- Хмм, - мычит Эмма, смиренно кивая, - слова Реджины ее ничуть не убедили.
- Эмма? – Брюнетка побуждает ее поделиться своими мыслями… и, если на то пошло, сомнениями.
- Думаешь, здесь могут быть девушки… женщины… не считая меня, конечно… которые… испытывают подобные чувства?
- Такая вероятность определенно существует, - выдыхает Реджина, а потом зачем-то прочищает горло.
- Но тогда… почему они до сих пор не вышли из шкафа? Ведь они уже давно живут в этом мире.
- Ну… а почему ты не сделала этого? – вопросом на вопрос отвечает Реджина.
- Это другое.
- Неужели? – При этом вопросе ослепительные карие глаза прищуриваются, и она совсем немного наклоняется вперед… на секунду выбивая Эмму из колеи, потому что, если честно… это невероятно сексуально.
Эмма прилагает титанические усилия, чтобы не пялиться в декольте брюнетки, но ведь оно само громко зовет ее по имени, разве нет?
Она трясет головой – до нее внезапно доходит, что Реджина, похоже, ждет ответа.
- Я не рассказывала о своей ориентации, потому что… я думала, это лишь приведет меня к разочарованию, - оправдывается блондинка.
- Может быть, они испытывают тот же страх.
- Это не страх, - быстро отвечает Эмма в защиту себя и всех себе подобных.
- Конечно. – Тонкие руки поднимаются в сомнительном согласии, а Реджина дважды кивает, при этом в голосе ее сквозит неприкрытый сарказм, не позволяя Эмме даже допустить, что она говорит искренне.
- Это называется «быть реалистом», - невозмутимо говорит Эмма.
- Ты по-прежнему думаешь, что это не реально? – Тон Реджины вновь смягчается, заставляя смягчиться и Эмму.
И до крайности смущая ее.
- Да. Я не знаю. – Она качает головой, прежде чем продолжить: - И… - Она вновь резко замолкает.
- Что?
- Что, если здесь есть кто-то… женщина… лесбиянка? И что, если она мне не понравится? Не понравится. То, что я люблю женщин, еще не значит, что я захочу быть вместе с первой попавшейся лесбиянкой. – В этот момент ее взгляд опущен на руки. Она нервно изучает их, продолжая до крайности накручивать себя. Но ведь в этом она права, или как?
- Ладно. Это я понимаю. Но мне это не кажется достаточно веской причиной, чтобы хотя бы не попытаться. – Реджина разумно решает, что ей лучше посочувствовать блондинке, иначе они далеко не продвинутся в своих поисках единственной и неповторимой для Эммы.
- Попытаться? – Зеленые глаза с сомнением всматриваются в глаза Реджины. О, да в них определенно мелькает страх.
- Найти тебе девушку. – Реджина невероятно сладко улыбается, и Эмме сразу хочется плакать, ее тошнит, она готова тут же жениться на Реджине и, вырвав собственное сердце, стереть его в порошок, только чтобы не испытывать эту хренову тучу чувств. Каждую долбанную секунду.
Она тяжело вздыхает и с трудом сглатывает, чувствуя подступающее головокружение.
- О, мой бог, - выдыхает Эмма.
- Вообще-то, дорогая, мы ищем тебе богиню. – Дурацкий смешок, слетевший с этих роскошных губ, - последнее, что Эмме сейчас нужно. Или, наоборот, единственное, что ей действительно нужно.
- Женщину. – Она немного рассеянно качает головой.
- Ах, так тебя больше привлекают те, кто постарше.
Когда Эмма поднимает глаза, слегка встревоженная тем, что Реджина могла о чем-то догадаться, ее взгляд натыкается на взволнованную брюнетку, что-то с энтузиазмом строчащую на своем айпаде.
- Никто меня не привлекает, - быстро отвечает Эмма. Чуть громче и чуть более удивленно, чем нужно.
- Я пытаюсь определить твой типаж, дорогая. – Реджина смотрит из-под длинных густых ресниц - она слишком удобно устроилась с планшетом, чтобы даже пошевелиться. Она сидит на кушетке, поджав ноги, - вся такая уютная, мягкая и теплая. И Эмме, в самом деле, пора бы уже перестать думать о ней в таком ключе.
-У меня нет типажа. – Она смотрит в сторону, боясь выдать себя и смутиться.
- Тебе придется хоть немного посодействовать мне, Эмма. Я ведь пытаюсь помочь. – Реджина неожиданно вздыхает. Она действительно такая милашка. Эмма понимает, что никогда ей не заслужить эту женщину, даже если бы та была лесбиянкой… а она, совершенно очевидно, ей не является. Но она пытается помочь Эмме… так что…
- Я… Ладно, - сдается блондинка.
- Итак. – Насмешливо вздернутая сексуальная – ох, простите – бровь вернулась, потихоньку убивая Эмму.
- Если бы мне пришлось отвечать на этот вопрос, я бы, наверное, сказала… что меня больше тянет к тем, кто старше меня. – Это ведь прозвучало достаточно непринужденно, правда?
- Окей. Вот видишь, что здесь сложного? Это здорово, Эмма, - тут же хвалит ее Реджина за ответ.
- Неужели? – невесело усмехается Эмма.
- Это очевидно, ведь каждая первая женщина в Сторибруке намного старше тебя. – Ее губы растягиваются в неприкрытой самодовольной ухмылке, и она вновь начинает что-то печатать на экране планшета.
- Как смешно! Да ты юмористка, Реджина. И так помогла мне. – Эмма фыркает, но все-таки тоже слегка улыбается. Реджина определенно пытается поддержать легкий и веселый разговор, хотя поводов для веселья, по мнению Эммы, очень мало. Но, стоп, Реджина ведь не виновата в этом, так что придется ей подыграть.
- Именно для этого я здесь. – Брюнетка одаривает ее улыбкой, сияющей ярче, чем августовское солнце в период аномальной жары.
- Да, ну, я, в общем-то, не это имела в виду, - бормочет Эмма, краснея.
- То есть, ты хочешь сказать, тебя заводит миссис Лукас?
- Что?! Фу, нет. То есть, бабуля – прекрасная женщина… для кого-нибудь другого… Но я имела в виду «постарше», а не «старая». – Лицо Эммы тут же побледнело на несколько тонов, и теперь, когда она неотрывно смотрит на Реджину, на ее щеках играет лишь легкий румянец. И тут до нее доходит, что…
- Расслабься… Я просто шутила.
- Что ж, ты всегда была в этом сильна, - саркастически усмехается Эмма.
- Рада, что ты со мной согласна. – Но она уже вновь переключила внимание на свой «список». – Итак, давай продолжим, если ты не против. Какой рост ты предпочитаешь?
- А у меня должны быть какие-то предпочтения? – Брови Эммы взлетают вверх, пока она с ужасом обдумывает, как ей отвертеться от этого вопроса.
- Это бы помогло нам провести отбор кандидаток. К примеру, ты бы предпочла мисс Лукас или мисс Френч? – Голос Реджины звучит так по-деловому, и это… горячо. Но сейчас не время думать об этом. Эмма качает головой и вздыхает.
- Я бы не предпочла ни одну из них, потому что они обе невероятно гетеросексуальны и не… - Она замолкает. О чем она вообще собиралась сказать?
- Не что? – Реджина слегка наклоняет голову, чувствуя, что они, возможно, что-то нащупали.
- Что? – Эмма изображает недоумение. Неубедительно.
- Ты собиралась что-то сказать, - совершенно спокойно отвечает Реджина, стараясь не терять терпения.
- Не собиралась. Забудь.
- Мой мозг не так устроен.
- Очень жаль.
- Свон, - строго и с нажимом говорит Реджина. Она полагает, что у них больше не должно быть секретов друг от друга.
Не вполне уверенная в том, что собирается сказать, Эмма начинает говорить:
- Я не так ее представляю.
И с этим ничего не поделаешь.
- Ты представляешь ее. – Тон Реджины немного успокаивает ее нервы. Совсем чуть-чуть.
- Нет, - лжет она и лихорадочно краснеет.
- Всё нормально. Тебе нечего стыдиться. Это абсолютно естественно.
Реджина проводит рукой по волосам. Она чувствует неловкость Эммы и мечтает, чтобы ее подруга не была так чертовски напряжена рядом с ней.
- Хмм.
- Эмма. Посмотри на меня. Ты можешь рассказать мне о ней? – просит брюнетка.
- Ты тоже кого-то представляешь? Ну, разумеется, парня, - скорее спрашивает, чем отвечает Эмма.
- Ну…
- Так как?
И Реджина думает, что, если так она поможет Эмме полностью раскрыться, это не большая жертва с ее стороны. Может, и не жертва вовсе. На самом деле, даже приятно хоть раз впустить кого-то в свое пространство, поделиться чувствами.
- После всего… после Робина… в следующих отношениях мне просто необходимо чувствовать себя желанной, чтобы меня холили и лелеяли.
- Разумеется. – Эмма кивает и ловит каждое слово, которым брюнетка готова поделиться с ней.
- И мои чувства… они должны быть глубокими и сильными, и полностью взаимными. Следующий раз будет навсегда.
- Да, и у меня. – Эмма делает вдох и неотрывно смотрит на ее.
- Можешь рассказать мне о своих фантазиях? – осторожно спрашивает Реджина, и Эмма кивает.
- Она будет милой и заботливой, и, конечно, очень умной. Даже умнее меня. – Она еще умудряется шутить и получает в награду шикарную улыбку своей темноволосой подруги.
- Где же мы такую найдем?
- Я так и знала. Надо было мне остановиться на спагетти-браке. – Она шутливо вздыхает.
- Продолжай.
- В некоторые моменты она будет такой сильной, что при взгляде на нее меня будет переполнять восхищение. Но в другие моменты она будет нуждаться во мне, во мне одной, - говорит Эмма, затем кивает и, кажется, погружается в свои мысли.
- Хмм.
- И Генри. Он будет для нее важнее всего.
- Важнее тебя?
- Важнее себя самой.
- Хмм.
- Итак. – Эмма выдергивает их обеих из тех мест, куда их завели мысли.
- Итак, - просто повторяет за ней Реджина – на другой ответ ей не хватило вдохновения.
- Что мы имеем? Думаешь, кто-то в Сторибруке подходит под это описание?
- Уверена, кто-нибудь найдется, - кивает она и вновь опускает взгляд, пристально вглядываясь в экран айпада.
- Хмм.
- Что, дорогая?
- А что, если эта «кто-нибудь» действительно существует и она мне нравится?
- Это было бы… «Это было бы здорово, правда?»
- Но я ей не нравлюсь, - громко и отчетливо заявляет Эмма.
- Мы предполагаем, что она – любительница женщин?
- Хмм… вероятно, нет. Но допустим. – Она кивает и сосредоточенно ждет совета от брюнетки.
- Если это так, думаю, тебе особо нечего бояться...
Эмма немного сбита с толку. Что она вообще хочет этим сказать?
- Почему? – спрашивает она, но Реджина не обращает на нее внимания, продолжая рассуждать.
- …и если ты ее сразу не убедишь, нет ничего страшного в том, чтобы приложить некоторые усилия и поухаживать за ней. По-моему, всем нравится, когда за ними ухаживают. – Она пожимает плечами.
- А тебе? Понравилось бы? – тихо спрашивает ее Эмма.
- Я не за себя говорю, дорогая.
- Гипотетически. – Эмма старается не замечать, как сильно это задевает.
- Полагаю, мне бы пришлось пройти через это, чтобы знать наверняка. Но внимание, наверное, было бы в какой-то мере приятно.
- Ага.