Эксперимент (AU (я надеюсь)
Предупреждение: контент не 18+, но он вас задавит и сожрёт. Читайте на свой страх и риск.
Вот уже который час Шедоу упрямо смотрел на красного, как варёный рак, Минору, делавшего вид, что переводит какие-то записи, и просил:
— Минору, ну можешь же ты мне довериться — знаешь же, что я никогда не сделаю тебе особенно больно и неприятно! Ну давай попробуем!
— Шедоу, я знаю, но достаточно и того, что у меня вся шея в твоих укусах, — напомнил обернувшийся Кибо, указывая взглядом на тоналку. — Да и зачем тебе это нужно?
На этих словах Малфой потупился, точно испытывал какие-то смущение и неловкость от возможного ответа, и наконец выпалил, глядя в пол:
— Я бы хотел сделать тебе приятно. Я ведь тебя кусаю, потому что нам обоим это нравится. Или скажешь, что я ошибаюсь? Давай, я перестану.
Покраснев ещё сильнее, японец прикусил губу. Крыть было нечем, ему действительно нравилось ощущение зубов Малфоя на шее, тёплое дыхание, прежде чем плоть приятно пронзит лёгкая боль. Почему ему самому это нравилось? Впрочем, трудно ответить, почему может нравится подобное...
— Только в качестве эксперимента, не на постоянной основе, — вздохнув, пробубнил блондин, не зная, куда спрятать взгляд.
— Ты не пожалеешь, — довольно и с некоторым коварством ухмыляясь, оповестил его Шедоу.
***
Лёжа на кровати, Минору, как его и попросили, не шевелился. Что вообще задумал его любимый? Ответить на этот вопрос было невозможно, потому что в любой момент этот скромный и смущающийся парень мог вдруг страстно укусить или засыпать комплиментами, какими только опытные ловеласы пользуются.
Сам Малфой скоро тоже вошёл в комнату. Кибо уже приготовился услышать от парня, что тот его разыграл, простить и сказать, что шутка действительно удалась. Вот только, когда тот подошёл, блондин понял, что парень-то не шутил!
Нежно проведя ладонью по щеке возлюбленного, химик в итоге быстро и легко пробежался пальцами по ней, вызывая мурашки и лёгкую дрожь по телу Кибо. Что он, чёрт возьми, задумал?
Быстро коснувшись губ парня для короткого поцелуя — это было уже привычно, они ведь в отношениях, — Малфой тем временем осторожно отодвинул ткань любимой футболки Минору в сторону, обнажая плечо Кибо. Прервав поцелуй, Шедоу опустился к нему, принявшись слегка покусывать кожу плеча, а после полноценно впившись в неё зубами, точно вампир. Японец чуть не выдохнул от облегчения — так он просто хотел опробовать укусить в другое место, а не что-то новое? Ну слава небу!
Облегчение блондина прошло так же быстро, как и появилось — пальцы немца стянули с волос резинку, распуская пушистые белые волосы, и рука парня тут же зарылась в них, пока тот приблизился к худощавым ключицам и предупредил с доброй улыбкой:
— Может быть немного больно. Но, уверяю, тебе понравится. Просто доверяй мне.
Не успел Кибо ничего понять, как губы Малфоя коснулись кожи на ключицах, слегка посасывая и прикусывая её зубами. Поспорить было трудно: боль оказалась несильной, а вот ощущение — вполне себе приятным. Правда, потом появится гематома, похожая на рассеянный синяк, но сожалеть о произошедшем поздно, он сам согласился. Тем более что...
Рука продолжала ласково теребить волосы, губы переходили с места на место, оставляя на коже всё новые и новые метки, будто бы кричащие: "Этот парень мой, так что можешь даже не заглядываться на него! И ему со мной очень даже хорошо!". Наконец немец прекратил своё занятие и вдруг попросил Кибо, счастливо улыбаясь:
— Можешь перевернуться?
Тот даже представить не мог, что химику взбрело в голову, однако уговор есть уговор, так что он молча послушался парня. Как в итоге оказалось, тот присел рядом, осторожно запустив руки под футболку и принявшись растирать и разминать кожу Минору, то поглаживая её, то царапая ногтями, то слегка пощипывая и проводя по ней пальцами. Минору даже расслабился: пусть и необычный, но всего лишь массаж. Касаясь таким образом то боков, то спины японца, Шедоу наслаждался сложившейся ситуацией. Сейчас блондин был таким хрупким, слабым и беззащитным, химик полностью контролировал его.
К слову, юноша вполне был доволен результатом: он понимал, насколько хорошо всё это время было Абсолютному по его лёгкой дрожи тела, по сбившемуся дыханию, что тот так пытался скрыть, по прикушенной губе, точно он пытался сдержать рвущийся из груди стон. Признаться, ему и самому нравился процесс.
Губы коснулись покрасневшего ушка, оставляя на нём поцелуй. Шёпотом попросив Минору снова перевернуться обратно, Малфой подхватил лежавший рядом шарф и завязал ему глаза, после чего воспользовался той самой вишнёвой губной помадой с их первого свидания и коснулся губами шеи, оставляя на ней ещё и поцелуй. Шея, ключицы, щека, красное от смущения ухо, плечо — ничего из этого не осталось без яркого алого следа, пока пальцы осторожно касались пресса, легонько щекоча его, поскрёбывая и поглаживая. Сейчас, когда Минору не мог видеть происходящего, его остальные чувства были обострены до предела.
Нагнувшись к самому ушку блондина, Шедоу прошептал на него, довольно ухмыляясь:
— Ты такой миленький, когда беззащитный. Кто бы мог подумать, что мне достанется настолько очаровательный субъект, которого я сам бы украл, не будь он моим. Ты сейчас словно детектив, пойманный влюблённым в тебя преступником.
Губы снова касаются шеи, легко, мимолётно и нежно целуя, будто бы в уверенности, что возлюбленный никуда уже не пропадёт и, как в качестве развязки, Малфой примкнул губами к стоящей на тумбочке принесённой недавно колбе, после чего коснулся в поцелуе губами с парнем, делясь с ним незнакомым субстратом.
Сняв повязку с глаз японца, химик, невинно, точно ничего не произошло, улыбаясь, спросил:
— Ну что, тебе понравилось?
— Да, — тяжело дыша и ещё сильнее краснея, прошептал Минору, понимая, что не может солгать. Вот чёрт... — Сыворотка правды, значит?
— Да, но всё честно, я тоже не могу солгать, — насмешливо ответил немец, ласково гладя по щеке блондина. — И знаешь что? Мне тоже понравилось, пусть я и уверен, что с прошлым парнем никогда бы на такое не решился.
Не зная, что на это ответить, Минору только принялся рассматривать стену.