Прости и забудь
Вот уже несколько дней Кристина пыталась заставить Минору нормально поесть. Нет, не так. Хотя бы поесть.
Блондин вот уже который день сидел на кровати в пыльном доме, бледный и худой. Обычно сияющие, точно искры, зелёные глаза потускнели и помутнели, волосы, аккуратно расчёсанные всегда, свалялись и спутались, губы были искусаны в кровь. Протягивая парню ложку супа, Фишер настаивала:
— Минору, тебе нужно хоть немного поесть. Ты ведь умрёшь, если будешь продолжать такими темпами.
— Мне всё равно, — глухо отозвался тот, не предпринимая ни малейшей попытки поесть.
Руки уже не слушались от слабости, ноги не держали от постоянного нахождения в одной позе, глаза слипались от желания поспать. Однако Кибо продолжал сидеть в таком положении, явно не стремясь вернуться к прежнему состоянию.
Вот уже несколько дней как Шедоу оставил его, в один прекрасный день утром оставив все свои вещи и тихо покинув дом. Первой мыслью Минору было то, что парень мог снова быть похищен кем-то или просто тихо спать в другой комнате, однако она тут же исчезла, когда блондин заметил на столе записку, написанную столь родным и дорогим сердцу почерком. Взяв листок в руки, японец присел на диван и принялся читать послание, быстро пробегая глазами по строкам:
"Облачко... Хотя, наверное, слишком лицемерно называть тебя этим милым прозвищем, когда собираюсь сообщить тебе подобное. Как оказалось, у моей семьи были недоброжелатели, и сейчас они почти вышли на мой след. Вынужден оставить всё и бежать. Уверен, что мы больше не увидимся никогда, о чём очень жалею — мне тоже грустно от этой мысли. Сейчас ты не видишь, но я не могу сдержать слёзы. Глупо, да?
Знаю, ты сейчас сердишься и думаешь: "Мы бы вполне справились и с твоими преследователями, это не повод сбегать". Прости, но я знаю, насколько они опасны, поэтому не могу этого допустить. Ты слишком дорог мне, поэтому я точно не могу допустить твоей смерти. Никогда не говорил напрямую, но я люблю тебя, поэтому прошу: прости меня и забудь. Шедоу".
Это письмо совершенно разбило Минору, так что он не мог продолжать жить так, как жил до этого. Если Шедоу не было рядом, всё не имело смысла.
— Минору, Шедоу не был бы рад, если бы узнал, что ты сломался! — неожиданно привёл его в себя голос подруги.
Посмотрев на брюнетку, он неожиданно понял: а ведь она права. Если он сдастся сейчас, он точно не сможет посмотреть Шедоу при встрече. Даже если на том свете.
Взяв у Кристины миску с супом и ложку, парень пробормотал:
— Ты права. Нужно жить дальше.