Глава 29
Даниил
Юля. В голове Юля. Рядом Юля, и везде только Юля.
Я, кажется, совсем двинулся, но даже дышать не могу, когда она уходит. Хочется ходить по пятам, как тень, и быть рядом каждую секунду. Я чувствую себя больным на голову, повернутым на одной навязчивой идее маньяком. Такое ощущение, что тщательно подавляемые мной чувства и желания, что копились все два года, в эти выходные напрочь снесли плотину внутри. И сшибающим с ног потоком понеслись наружу.
Вчерашний нереальный день, что мы провели вместе, напомнил мне о том, что с женщиной может быть приятно не только спать. Но и ходить, говорить, да даже просто касаться в детских, простых и до зубного скрежета невинных жестах. А крышесносная ночь стала финальной точкой в моих метаниях. Многое в моей голове разложилось по полочкам. Я понял наконец-то окончательно, чего хочу и что мне нужно. И остается только надеяться, что нашим с Юлей желаниям окажется по пути. Жизненном. Что она согласится. На что? Да провести со мной весь остаток жизни. И ни днем меньше. Как чертовы Ромео и Джульетта.
Еще гребок руками, и, упираясь в борта бассейна, выныриваю, тут же открывая глаз и нащупывая стройные ножки Гаврилиной, что болтаются в воде. Машинально, уже плохо контролируя себя и забив на все это дело, целую в коленку, а потом и вообще подтягиваюсь и припадаю к ее сногсшибательным губам. Щедро обливая ручьями текущей с меня водой.
— Даня! – возмущенно вопит Юля и тут же смеется.
Пацан. Ей богу, чувствую себя пацаном! Но кто бы знал, как мне чертовски мало!
— Я соскучился.
— Пять, – округляет свои невероятные глаза Юля. – Пять минут тебя не было… – обвиваются вокруг моих бедер загорелые ножки.
— Целых пять.
— Ох, кого-то крепко приручили, – встревает со своим замечанием загорающая на шезлонге неподалеку сестренка с довольной улыбкой.
— А кто-то слишком много болтает, – парирую, усмехаясь. Вот только знала бы мелкая задира, как она права! Я еще и выть послушным псом скоро начну от поселившегося внутри постоянного голода.
Приезд Инны с мужем стал для нас настоящим сюрпризом. Так как все дружно ждали их в городе завтра, в пятницу. И сестренка сразу же очаровала Гаврилину, кинув шпильку в адрес “матери и ко”. И весь час, что мы торчим у бассейна, Юля с Инной увлеченно болтают о своем, о девичьем. Уж в эти темы я точно стараюсь не влезать. И кажется, впервые за все время моя Юля чувствует себя в этом доме вполне комфортно и очень даже в своей тарелке.
— Эх, люди не меняются, братишка, – многозначительно хмыкает сестренка, а Юля закатывает глаза:
— Вы друг друга стоите, ребят, – вызывая наши с сестрой смешки.
Однозначно, стоим. Хоть и разница в приличные шесть лет, но мы с Инной всегда были на особой, одним нам понятной волне. Друг за друга горой, даже несмотря на то, что время и жизнь в последние годы отдалили.
— Мама, смотри как я научилась! – с визгом вылетает в надувных нарукавниках из дома Каролина и, забавно мельтеша хвостиками, с разбегу ныряет в бассейн, с головой уходя под воду.
После приезда наш домашний “ежик” поутих и ходит за матерью хвостиком, уверенно заявляя, что наотдыхалась в этом году и поедет с предками домой.
Иногда мне кажется, что именно для этого коварная сестренка отправляет дочурку к любимой бабушке. Чтобы проказница начала ценить ту, другую жизнь в городе.
— Класс, да, мам? – оборачиваюсь на племяшку, чувствуя, как по плечам ползут нежные пальчики, чуть пощипывая и выводя причудливые узоры.
Ох, черт, Юля. Что ты творишь! Стискиваю челюсти до хруста, сдерживая стон, в ответ ущипнув свою соблазнительную провокаторшу за ногу.
— Упс… – дергает ногой Гаврилина.
— Класс! А как я умею, показать? – смеется сестренка, подскакивая с шезлонга и скидывая шляпу, следом ныряет за дочуркой в спасительную прохладу бассейна. Подхватывая свою егозу и устраивая в воде догонялки с хохотом, писками, визгами и брызгами во все стороны.
— Давай к нам, – подмигиваю и тяну на себя Юлю, забираясь руками под легкую хлопковую рубашку, накинутую на плечи от солнца, и обхватывая ладонями за талию. Худенькая, стройная и такая маленькая Юля кажется рядом со мной пушинкой. Чуть сильней схвати – сломаешь. И откуда она такая взялась на мою голову и отхватила себе самую большую часть моего сердца?
— Нет-нет-нет, – машет головой и упирается руками вредина, – мой порыв искупаться утонул в тот вечер! – смеется, активно вырываясь, – Даня… Даня, нет… а-а-а-а!
Я оказываюсь проворней и, потянув на себя, ловлю съехавшую с мокрого бортика прямо ко мне на руки Гаврилина, которая с визгом и писком вцепляется в мою шею до невозможности близко. Сдавливая так, что еще немного и перекроет кислород.
— Даня! – возмущенно стучит по груди ладошкой, когда я усаживаю ее себе на бедра и, пока сестренка увлечена игрой с племяшкой, срываю поцелуй с улыбающихся губ. Долгий и жадный.
Не могу! Не касаться ее не могу! Мне, похоже, уже стало это так же жизненно необходимо, как дышать и говорить.
— Знаете, что я тут подумала, – вклинивается в наше уютное купание Инна. Беспардонно так и настойчиво. И это она умеет просто на отлично.
— Ну-ка, просвети, – со вздохом отрываюсь от желанных губ и оглядываюсь на сестренку. – Нам именно в этот момент так хочется узнать, о чем ты подумала…
— Знаешь, ты стареешь, – парирует моментально Инна.
— Ничего подобного!
— Да-да, ворчишь, бурчишь, бубнишь…
— Ну, все-все-все! – машу головой, когда сидящая у меня на руках Гаврилина начинает хохотать. – Так с чего ты там начинала?
— Давайте вечерком в ресторан, а? Леша сегодня весь день по делам мотается… кхм… – поджимает губы Инна, – не приедет, в общем. А так мы бы отлично посидели парочками, а, ребят? – пожимает плечами сестренка.
Вот только я прекрасно знаю, что никаких дел у Лехи нет. Здесь мать, и она мужа сестры не переваривает совершенно. Поэтому-то парень подчеркнуто старается держаться как можно дальше от этого дома.
Интересно, Юля у меня будет такая же? В том смысле, что когда поженимся, сможет ли она переступить через свою неприязнь и приезжать сюда со мной? А в том, что мы поженимся, теперь даже сомнений нет. И я по-прежнему готов сделать для этого все и даже больше.
— Почему бы нет, – улыбается Юля, поглядывая на меня. – Ты как?
— Как скажешь, так и будет, – целую в щечку, – с вас, дорогая сестренка, выбор места и заказанный столик.
— А с вас? – округляет глаза Инна нарочито обиженно.
— А с нас выделить на ужин с вами свое драгоценное время, – подмигиваю и получаю фонтан брызг в лицо.
И так бы мы и препирались, проводя время в своей небольшой, уютной компании, если бы не появление гостей, которых здесь совершенно сегодня не ждали.
— О, вы уже вернулись? – бросает Анжела, недовольно поглядывая в нашу сторону, выходя из дома в сопровождении нашей матери. – Добрейшего дня.
— О, а вы разве еще не съехали? – в том девушке отвечает Инна. – Вот теперь я не уверена, что день добрейший, – не улыбка, оскал.
— Инна! – осаждает сестренку мать. – Даня, Юля, рада, что вы наконец-то дома.
— Спасибо. Тоже рады, – отвечает Юля и даже улыбается в ответ.
— Какие планы на день?
— Загорать и купаться, – улыбается сестренка.
— Купаться и загорать, – вторит матери племяшка, снова ныряя карасиком в бассейн.
— Солнце палит, не сгорите? – фыркает Анжела, напоминая о своем присутствии.
— Только если от обжигающих волн страсти этих двоих, – кивает Инна в нашу с Юлей сторону. – А так, вообще-то существуют крема против загара, дорогая, – с достоинством держит удар Инна. Да и более того, явно переигрывает побагровевшую от злости Анжелу, пыхтящую, как паровоз.
— Так, ладно! – останавливает пикировку мать.
Мы же с Юлей, тихо посмеиваясь в сторонке, стараемся в этот бой не лезть со своими замечаниями. А они есть. Много их. Но чтобы ничего не ляпнуть, я выбираю лучший способ заткнуть себе рот. Снова тянусь с поцелуем к Гаврилиной, которая стыдливо прикрывает нас своей шляпкой.
— Мы идем пить чай, если желаете, присоединяйтесь, – кидает мама. – И да, – таким тоном, что вольно-невольно приходится обратить внимание на Эмму Константиновну. – Завтра, как планировали, вечером устроим прием. Отец пригласил своих партнеров, и Лукреция будет с семьей. И, Инна… надеюсь, хоть на завтра у твоего Алексея не будет столько дел, и он почтит нас своим присутствием.
— Прием? – шепчет Юля, округлив в испуге свои и без того большие глаза. – Это же когда… очень-очень много народу?
— Я с тобой, Гаврилина, – целую в висок, желая успокоить, а то буквально чувствую, как затряслись ее руки.
— Я это говорю потому, что надеюсь, вы хотя бы на день отложите все свои неотложные дела. А сейчас, чай, – многозначительная пауза, и женщины, решившие долго нас своим присутствием не “радовать”, удаляются.
Ну, тут понятно и без слов, что желание пить чай ни у кого из нас не появилось. Совершенно. А вот гнетущих мыслей по поводу завтрашнего вечера у девчонок явно добавилось.
Солнце сегодня жарит во всю мощь. Слегка освежившись в бассейне, приношу девчонкам по бокалу с безалкогольными коктейлями, а Каролинке сок, и пока они загорают, я, накинув на плечи полотенце, устраиваюсь с ноутбуком неподалеку и с головой ухожу в работу. Изредка поглядывая на довольную, расслабленную и улыбчивую сегодня Юлю, могу наконец-то выдохнуть спокойно и заняться отчетами, который Вадик скинул еще вчера и которые я просто-напросто проигнорировал. Честно пытаюсь работать и настроить мозг на цифры, но он, гад, сопротивляется, подкидывая мне образы Гаврилиной.
Тело и все внутренние органы точно взбунтовались против меня!
Чувствую, что с этой “любовью” мне еще предстоит учиться совмещать личную жизнь и бизнес, на который в моменты уединения с Гаврилиной совершенно нет ни желания, ни времени.
Обстановку спасает друг и коллега, который за эту неделю там уже выполнил годовой объем работы и без которого фиг бы у меня получилось так с головой уйти в свою жизнь на этой неделе.
Проторчав у бассейна почти до вечера, Юля уходит собираться к ужину в ресторане, а мы с Инной и Каролиной еще какое-то время бесимся в бассейне, пока мобильный не напоминает, что еще не вся работа доделана, а время поджимает.
— Так, ладно, девчонки, я пойду. Ты отсюда с нами в ресторан или… – машу рукой сестренке.
— Нет, через пару минут Леша подъедет, заберет нас с Каролинкой в город.
— Ладно, тогда до встречи там.
— Даня… – останавливает почти на пороге, схватив за руку, девушка и заставляет обернуться.
— М-м-м?
— Я правда, рада, что ты наконец-то нашел ту единственную, – улыбается сестренка, а родные глаза светятся от счастья. За меня, за нее и вообще, Инна всегда была чересчур сентиментальна. – Она классная, братишка, правда! На вас не насмотреться, – подмигивает хитрюга. – И не слушай никого. Договорились? Упустишь ее, уши оторву.
— Только уши? – ухмыляюсь в ответ.
— Я серьезно! – бьет кулачком в грудь сестренка. – Только попробуй.
— Понял, понял. Иди сюда, – улыбаюсь и раскрываю руки, сгребая родную женщину в объятия. – Я жутко по тебе соскучился, Инн…
— Знаю, Милохин, – смеется куда-то мне в плечо сестренка, тяжело вздыхая. – И я. Надеюсь, теперь твоя жизнь поменяется и ты станешь жить дома, а не в офисе, и чаще приезжать в гости.
— Думаешь? – спрашиваю, и сам предвкушая колоссальные перемены в жизни.
Как “до” отпуска уже точно не будет никогда. Хотим мы того или нет, этот уикенд нас с Гаврилиной обоих очень сильно встряхнул и изменил.
— Знаю. Уверена! У меня теперь есть на тебя рычаг влияния.
— Дай угадаю: Юля?
— Зришь в корень, братишка.