19. С ней что-то не так, или наоборот всё так?
— Слушай, она какая-то... странная в последнее время, — прошептала подруга Милерры, кивая на неё.
Милерра сидела у окна, подперев щеку ладонью. Глаза у неё были где-то далеко — не в классе, не на учителе, не на задачах по геометрии. В мыслях. Причём не в абстрактных, а в очень конкретных.
— Ты про что? — откликнулась вторая подруга, коснувшись руки первой.
— Она третий день ни разу не сказала "Мадрид дно". Ни. Разу.
— Господи. Это серьёзно.
А Милерра в это время действительно сидела в своих мыслях, время от времени ловя себя на том, что машинально прокручивает фото в телефоне. Ну так, без повода. Просто... листает.
Фото, где он с мячом.
Фото, где улыбается.
Фото, где щёку украшают её губы.
Она снова чуть улыбнулась. Совсем чуть. Но подруги это заметили.
— О-о-о-о, всё, я ставлю деньги на то, что у неё влюблённость!
— Такая? Уж кого-кого, а её это не должно было коснуться.
— Ага. Её кто-то сломал. Точно.
— Да не сломал, а, кажется, подобрал ключ.
Они снова посмотрели на Милерру. А та, почуяв взгляды, вздрогнула, отключила телефон и хмуро уставилась на подруг.
— Чего?
— Ничего. Просто... интересно, кто тебя так размягчил, Мадзини.
— Никто меня не размягчил, — быстро отрезала она, но слишком поспешно, чтобы это выглядело правдоподобно.
— Ну-ну...
⸻
У Анхеля в это время была совершенно противоположная ситуация. Он не скрывал. Вообще. От слова совсем.
— Смотри, — говорил он, подходя к друзьям и тыча пальцем в экран телефона. — Это Милерра. Правда, красивая?
— Брат... мы уже знаем. Сотый раз одну и ту же фотку показываешь.
— Ну так посмотрите ещё. Красота не надоедает. Вот она здесь как посмотрела на мяч... а вот тут... — он щёлкал фото дальше, с абсолютно счастливым лицом.
Парни качали головами.
— Ты конкретно поплыл, Диас.
— Да он не поплыл, он потонул. В её глазах. И в подкатах, судя по его синяку на ноге.
Но Анхель только усмехался. Его, казалось, не смущало ничего. Ни насмешки друзей, ни то, что Милерра могла сорвать с него голову при первой возможности. Он был... влюблён. По уши. По нос. По макушку. До последнего левого бутса.
— Блин, как с ней говорить, а? — вдруг спросил он у одного из друзей. — Вот типа... о чём вообще Милерра любит говорить?
— О том, что судьи слепые, "Барса" — гении, и что парни — слабое звено футбола. И всё это с угрозой убийства в глазах.
— М-да... романтика.
— А ещё не забывай: она может тебя ударить, даже если ты ей понравишься.
— Знаю. Уже было. — Анхель усмехнулся и потер место на плече, куда Милерра однажды "мягко" ткнула после его шутки. — Но знаешь что? Мне всё равно. Мне даже нравится. Она — как ураган. И почему-то я хочу, чтобы меня этим ураганом снесло.
— Ты ненормальный, бро.
— Я влюблён, — честно ответил он.
⸻
Пока он искал повод снова подойти к ней, Милерра в коридоре оглядывалась. Сначала — просто так. Потом — как будто кого-то искала. Потом — явно уже ожидала. И, черт подери, даже улыбалась, когда на горизонте мелькал знакомый силуэт в спортивной куртке.
— Он опять с этой идиотской причёской... — бормотала она под нос.
Но всё равно смотрела.
И всё чаще переставала возражать, когда он подходил.
А главное — так и не говорила больше "Мадрид дно".
— Ты вообще здорова? — спросила одна из подруг в столовой.
— Что?
— Ты. Вчера не выругалась, когда Анхель присел рядом. Сегодня ты не сказала, что "Барса всех порвёт". А ещё улыбаешься, когда он рядом. Это уже диагноз.
Милерра фыркнула, но не ответила. Лишь вяло отмахнулась.
А в телефоне у неё был сохранён его контакт.
С ником: "идиот 🌶️".
С фотографией, где он смеётся.
И с закреплённой перепиской, которую она перечитывала чаще, чем могла признаться себе самой.
Анхель же, в это время, с важным видом произнёс перед друзьями:
— Короче, пацаны. Я либо завоюю сердце Мадзини... либо умру в процессе. В бою. С криками. В крови. С мячом в руках.
— И в бутсах на ногах, — добавил кто-то, смеясь.
Анхель кивнул.
— Пусть на моём надгробии напишут: "Он флиртовал слишком усердно... но не зря."