12. Будильник с сердцебиением
Автобус затормозил у гостиницы. Было ещё раннее утро, но для команды — уже целая вечность после долгой дороги. Кто-то потягивался, кто-то ворчал, кто-то пытался разбудить соседей по сиденью.
Анхель даже не шевелился. Он только смотрел вниз, где на его плече мирно дышала Милерра.
Он не хотел её будить. Не потому что боялся — хотя, если честно, было немного страшновато. Просто так... она казалась спокойной. Не ворчала, не швырялась словами, не делала подкатов. Просто спала, обняв его как плюшевую подушку.
— Мадзини, — тихо позвал он, но она даже не шелохнулась.
— Милеерраааа... — протянул чуть громче и аккуратно дотронулся до её плеча.
В ответ она наморщила нос и только плотнее прижалась к нему, будто хотела вжаться в его куртку. Её лицо уткнулось прямо в его шею, а дыхание щекотало кожу.
— Офигеть... даже во сне упрямая, — выдохнул Анхель с улыбкой и, вздохнув, наконец легонько потряс её за плечо.
— Просыпайся, соня. Мы приехали.
Наконец, она зашевелилась, со стоном подняла голову, нахмурилась и щурилась как кот на солнце. Волосы растрёпаны, губы поджаты, настроение на нуле.
— Если я кого-то убью — это будет ты, — проворчала она и села, зевнув.
Анхель фыркнул.
— Да я бы и гордился. Умер бы героем.
⸻
На улице уже выстраивались в полукруг. Тренер с блокнотом в руках объявлял:
— Итак! Заселение по парам. Как всегда: мальчик-девочка. Это дисциплина, дети. Учитесь существовать в одном пространстве, а не только на поле.
Он начал называть имена. Милерра стояла с полузакрытыми глазами и мечтала о кровати. До тех пор, пока не услышала:
— Мадзини и Диас — комната 208.
Стон Милерры был слышен, кажется, даже внутри гостиницы.
— Ну за что... — простонала она, закатив глаза, — мне точно кто-то делает порчу.
Анхель хлопнул её по плечу.
— Да ладно тебе. Я ещё и не храплю. Почти.
Она лишь пнула его по ноге и, схватив сумку, потащилась внутрь.
⸻
Комната была простая, с двумя кроватями, сдвинутыми чуть ближе, чем надо, одним шкафом и большим окном. Милерра кинула сумку прямо посреди пола и, не снимая кроссовок, упала лицом в подушку.
— Всё. Я умираю. Никто не трогать. Поставьте на зарядку через три дня.
Анхель, конечно же, не послушал.
Он молча подошёл, сел на край кровати... и начал щекотать её.
— ДА ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК!?! — заорала она сквозь смех, — АНХЕЛЬ, СВОЛОЧЬ, ПРЕКРАТИ!
Она брыкалась, махала руками, пыталась перекатиться — но он только смеялся и продолжал, ловя её за запястья и ребра.
Они упали с кровати — грохот на весь этаж — и покатились по полу. Кто-то бы подумал, что они дерутся насмерть. Но нет — Милерра истерически смеялась, а Анхель выглядел так, будто выиграл в лотерею.
В какой-то момент они застыли.
Анхель оказался сверху, опираясь на руки, склонившись над ней. Милерра дышала тяжело, пытаясь отдышаться после смеха. Их взгляды встретились.
В комнате стало очень тихо. Только дыхание. Он не шутил. Не дразнил. Просто смотрел.
И медленно — очень медленно — наклонился к её лицу. Его взгляд скользнул к её губам, а сердце грохотало где-то в горле.
И как только он собрался прикоснуться...
Милерра положила ладонь на его губы.
— Не надейся, Дон Жуан. — хрипло сказала она и подняла одну бровь.
Анхель застыл. Потом фыркнул и даже слегка отодвинулся. Было видно, что чуть расстроился — но не серьёзно.
— Ты разбиваешь мне сердце, Мадзини.
— Отпусти, пока ещё не разбила нос.
Он послушно отодвинулся, и она уже было встала, но в тот момент, когда её рука скользнула с его лица, он поймал её запястье... и поцеловал в лоб.
Легко. Почти незаметно. Но это был поцелуй без подколов.
Она застыла, глядя на него с прищуром.
— Ты... — начала она, но не договорила. Просто встала и прошла к своей сумке.
Анхель остался лежать на полу и довольно ухмыльнулся.
— Я всё равно выиграл. Ты не оттолкнула.
Милерра резко бросила в него подушку. Он поймал её — но всё равно остался с той же довольной, невозмутимой улыбкой.