-придурок с номером 15. || Анхель Диас

На школьном футбольном поле, где линии разметки уже стерлись от тысяч шагов кроссовок, снова собирались знакомые лица. Парни и девчонки, обожающие футбол, заполняли пространство смехом, свистом и криками: кто-то делал растяжку, кто-то гонял мяч в паре, кто-то спорил о последнем матче.

И, конечно же, были там они.

Номер 15 — Анхель Диас.
И номер 14 — Миллерa Мадзини.

— "Ну что, Барса опять споткнулась об свои понты?" — проговорил Анхель с ленивой ухмылкой, наблюдая, как Миллерa шнурует бутсы.
— "Ага, так же как Реал об твои кривые передачи." — не глядя на него, отрезала она, затянув шнурок так, что он лопнул.
— "Ты так нервничаешь рядом со мной, что даже шнурки не выдерживают." — хмыкнул он.
— "Нет, это просто знак: сейчас кому-то лицо сломаю."

Тренер, высокий лысеющий мужчина с хронической головной болью и вечным стаканом кофе в руках, стоял в стороне и наблюдал за этой перебранкой, как за старым сериалом, который уже и надоел, и затягивает одновременно.

— "Диас, Мадзини. На лавку. Оба." — устало бросил он, указывая рукой.
— "Чего?" — одновременно возмутились оба, потом переглянулись и хором пробормотали:
— "Из-за него/неё, как всегда."

— "Я не собираюсь слушать ваши препирательства всё занятие. Хотите выйти на поле — сначала научитесь не рычать друг на друга, как кошка с собакой." — строго сказал тренер, отходя. — "Пока не помиритесь — сидите."

Они плюхнулись на лавку.
Миллерa упрямо скрестила руки на груди, резко отвернув голову в противоположную сторону.
Анхель закатил глаза, оперся подбородком о ладонь и уставился в поле, будто искал вдохновение на травинках. Он молчал. Не потому что нечего сказать, а потому что знал — каждый звук с его стороны будет расценён как новая атака.

Но тишина между ними была даже напряженней, чем их перепалки.

Прошло минуты три. Может, четыре. Тренировка шла, а они сидели как наказанные первоклашки. Анхель перевёл взгляд на Миллеру. Она выглядела раздражённой, но при этом упрямо красивой. Щёки чуть разрумянились, губы сжаты в линию. Он вздохнул, будто сдался.

— "Слушай..." — начал он, потирая затылок.
— "Нет." — отрезала она.
— "Я даже не сказал ничего ещё!"
— "А мне и не надо. Я чувствую твоё 'прости, только пустите меня поиграть' сквозь твой взгляд."

Он закатил глаза.
— "Ладно, да. Прости. Я был не прав."
— "Ты всегда не прав."
— "Так ты прощаешь или хочешь, чтобы я тут состарился?"

Миллерa, немного подумав, фыркнула, затем сдала:

— "Идём уже. Пока ты тут философствуешь, они уже забили два гола."

⸻

Вернувшись на поле, они будто сбросили броню — не потому что примирились по-настоящему, а потому что мяч всё-таки был важнее споров.

Миллерa с азартом гоняла мяч по полю, ловко уходя от защитников. Её движения были резкими, уверенными, как будто она читала игру заранее. Вдруг мяч оказался у неё под ногами. Она сделала короткий рывок, но тут же перед ней, словно из ниоткуда, возник Анхель. Его глаза блестели вызовом.

— "А вот и я."

— "Уйди с дороги, Диас." — прошипела она.

Он попытался отобрать мяч, но Миллерa резко провернулась, сделала резкий финт влево, потом назад — и мяч уже у её партнёрши.
— "Учись, кудряш."

Пас вернулся к ней буквально через три секунды. Она была готова. Один чёткий удар — и мяч влетает в сетку ворот. Трибуна (из пары одноклассников и тренера) оживает: кто-то хлопает, кто-то присвистывает.

Анхель, глядя на Миллеру, прикусил щёку.
Она обернулась, встретилась с ним взглядом — и подмигнула. Улыбка на её лице была не злой, не снисходительной. Просто самодовольная. И бесконечно раздражающая.

Он отвернулся, но уголки его губ дрогнули. Хоть и бесила — но как же играла. И как двигалась. А этот взгляд...

В следующем моменте Миллерa снова бросилась в атаку. В подкате — фирменном, почти безумном — она отбила мяч у одного из игроков, проскользив по траве так, что на локте тут же образовалась красная ссадина. Она отряхнулась, как будто ничего не произошло. Адреналин и азарт — вот её топливо.

— "Мадзини! Сколько раз я говорил! Без подкатов!" — взревел тренер.
— "Зато мяч у нас, тренер!" — выкрикнула она, поправляя волосы.

— "Ещё один — и лавка до конца тренировки!"

Анхель подошёл к ней, слегка задыхаясь.

— "Тебе нравится ощущение боли или ты просто хочешь, чтобы все знали, какая ты бешеная?"

— "А тебе нравится быть занозой? Или ты просто скучаешь без меня?"

Они стояли на расстоянии метра. Дышали часто. Смотрели в глаза друг другу. Тишина между ними снова стала плотной, но теперь в ней было что-то другое. Нечто, что ни один из них не хотел бы называть.

— "Следующий гол — мой." — прошептал Анхель.
— "Попробуй отобрать мяч. Если сможешь." — бросила Миллерa.

И снова матч начался, и снова столкновения, взгляды, вызовы.
На поле были не просто футболисты.
На поле было пламя, зовущие друг друга огонь и бензин.

Анхель и Миллерa.
Номер 15 и номер 14.
Противостояние века. Или начало чего-то совсем другого.