Поддержка

И тут Стук в дверь. Влюблённые тут же нехотя отстранились.
 — Да!
Злым голосом сказала госпожа. Попутно одевая халат. Зашёл Хаджи.
 — Чего тебе?!
Не сдержавшись спросил Кеманкеш.
 — Я помешал?
Виновата склонив голову спросил Ага.
 — Да!
Опять ответил разгоряченный Паша. Госпожа одарив мужа злым но милым взглядом сказала:
 — Что-то случилось, Хаджи?
 — Госпожа, есть некоторые дела которые вы обычно делаете и…
 — И перенеси их, как минимум на завтра!
Опять влез Паша.
 — Кеманкеш!
Закричала госпожа.
 — Хаджи, отложи всё на потом. Я только вышла замуж. Какие дела?
 — Простите, госпожа. Я удаляюсь.
 — Давай, давай!
Сорвался мужчина.
 — Кеманкеш! Успокойся уже ты!
Хаджи вышел.

 — Вот теперь я спокоен.
Женщинам улыбнулась. Затем подошла к зеркалу и взялась за расчёсывания волос. Несколько минут полюбовался этой картинной, после подошёл сзади и обнял жену. Расслабилась и положила голову на грудь мужа. Так как его возбуждение ещё не прошло, он забрал шелковистые волосы с её плеч и тут же покрыл поцелуями шею и ключицы.
 — Перестань… Что ты…?
 — У нас есть одно незаконченное дело…
 — Такие дела решаются ночью ночью. А не самого утра.
Сказала и вырвалась из объятий.
 — Ну за что вы так со мной?
 — Как минимум за то что не выполнил мою просьбу.
С обидой в голосе сказала женщина.
 — Какую?
 — Ну вот уже й забыл…
 — А я не знал, что вы такая обидчивая.
 — Да пошёл ты!
 — Да ладно спокойно… Кёсем…
Женщина улыбнулась. Ведь именно этого она и ждала.
 — Госпожа, поймите меня правильно — мне сложно взять и перейти на «ты». Ведь вы Валиде Османской империи…
 — Кеманкеш, прежде всего я твоя жена.
 — Что, что, а это я ещё помню.
 — Хорошо. Давай, Кеманкеш, отворачивайся. Мне переодеться нужно.
 — Оу… Тогда я не понял зачем мне отворачиваться? Такие виды пропускать?
 — Очень смешно.

Вечер того же дня.
В покои Валиде зашла дочь. Кеманкеша вынудили уйти.
 — Ну что рассказывайте!
С интересом в глазах сказала Гевхерхан.
 — Что?
 — Ох, Валиде, как что что? Прошлую ночь! У вас что-то было с Кеманкешом?
 — Гевхерхан, разве прилично говорить о таком с дочерью?
Уже румянец покрыл её лицо.
 — Да, прилично. Я жду ответа.
С улыбкой на лице говорила девушка.
 — Гевхерхан…
 — Ну Валиде!
 — Ох! Что ты хочешь услышать?
 — У вас что-то было? Вы переспали?
Кёсем удивилась такой смелости дочери.
 — Гевхерхан…
 — Да, скажите уже!
 — Да, да! У нас была близость! Ты довольна?!
 — Ещё как! Я очень рада за вас. Ну и? Как он в постеле?
Кёсем закатила глаза.
 — Может хватит?!
 — Валиде, понимаете интерес такое дело…
 — А ты понимаешь стыд такое дело…
 — Понимаю. Но…
 — Без «но»!
 — Хорошо.
После женщины перевели тему разговора.

Прошла неделя.
Влюблённые как и полагается проводили каждую ночь в «объятьях и ласках». (Все мы знаем чем они там занимались). Только было одно «но» Кёсем всё ещё была скована и неприкасаемая. Кеманкеша это никак не напрягало, а вот госпожа смущалась. Лезли в голову дурные мысли — будто она недостойна мужчины, ему нужна другая жена и так далее. Однажды после очередной близости, султанша рассказала о своих страхах Паше:

 — Госпожа моя, вы… ты же знаешь это глупости. Кёсем, я люблю тебя и это главное!
 — Кеманкеш, но я как бревно в постели! Разве тебе это нравится?!
Он взял лицо госпожой в руки и сказал:
 — Любимая, для некоторых моментов нужно время. Всё придёт постепенно…
Кёсем искренне улыбнулась.
 — Любимая?
Мужчина смутился.
 — Тебе не нравится?
 — Нравится. Очень. Ты впервые меня так назвал…
Выдержала паузу.
 — …Любимый.
Нежным голоском пронесла женщина. После оба улыбнулись и растворились в объятиях друг друга.

Вечер следующего дня.
Покои Кёсем (их общее покои).
Зашёл Кеманкеш. Усталый после множество политических дел.
 — Где госпожа?
Спроси у Хаджи.
 — Вы разминулись. Султанша минуту назад отправилась в хамам.
 — В хамам?
С хитрой улыбкой сказал Паша. И Скрылся за дверью.