Счастье
— Ты точно решила уехать? — спросила Рей пристально наблюдая, как Роуз порхает по комнате, собирая вещи.
— Конечно. Куда он, туда и я. Ссылка, значит ссылка, на дальних рубежах тоже нужны военные. А ты? — Роуз не могла не заметить, что Рей ходила последнее время очень задумчивая и странная. — Ты здесь останешься? С Финном и По?
— Нет, — мотнула Рей головой, — у меня есть одно дело, которое я должна сделать. А потом уже буду решать, куда дальше.
— Рей, — Роуз подошла к девушке и присела рядом на кушетку. — Скажи, что там произошло? На Эксиголе?
Рей глубоко вздохнула и устало смежила веки. Когда она снова посмотрела на Роуз, в глазах ее стояли слезы.
— Я встретила его, Роуз, — голос ее сорвался и пара слезинок все-таки капнули на щеки. — Бена Соло. Я встретила его давно, ещё год назад. Но он…
— Он был Кайло Реном, — сочувственно покивала Роуз.
— Он был… заперт в Кайло Рене, — Рей вытерла мокрые щеки ладонями. — Но он всегда в нем был, я видела, чувствовала. Но не понимала. А когда поняла… Стало уже поздно. Но он пришел ко мне, понимаешь? Ему удалось прийти к свету, он помог мне сражаться с Палпатином, и… Я ведь умерла тогда, Роуз. А Бена Палпатин сбросил в пропасть. Но он выбрался оттуда и смог… Вернуть меня к жизни. Я видела Бена Соло, как тебя сейчас. Я гладила его лицо, целовала его, а он… Роуз, ты не представляешь, какая у него улыбка. Он сам как свет, я не встречала более светлого человека.
— Он погиб?
— В том-то и дело, что… Понимаешь, у нас с ним связь. Мы — силовая диада, мы вместе, как одно целое. Когда мы раздельно, мы намного слабее, более того, когда мы не вместе… нам не по себе. А вместе — наоборот, становимся сильнее. И я до сих пор чувствую эту связь. Не так мощно, как раньше, но я чувствую ее. Он где-то. Или когда-то. Но от того, что он не со мной… мне его не хватает.
— Ты любишь его?
— Да. И мне кажется, что всегда любила. Просто боялась его кокона, в который он себя заточил, боялась, что этот кокон — Кайло Рен, — и есть он, и если я люблю его, значит меня тянет на темную сторону, и боролась с этим чувством, прекраснее которого ничего и быть не может. Ты вот должна понимать.
— Я понимаю, — кивнула Роуз, поглаживая Рей по плечу. — Ты полетишь его искать?
— Да. Но сначала надо отдать кое-что и почтить память дорогих мне людей. А потом я буду его искать, и если нужно, буду искать его всю жизнь.
— Спасибо тебе за все. — Роуз порывисто обняла хрупкую девушку и та обняла ее в ответ. — За то, что спасла Хакса, что так хорошо его поняла. Я не джедай, но тоже увидела в нем свет. Сначала это была маленькая искорка, а потом… Она разгорелась в нем, понимаешь?
— Конечно. Ведь это ты ее разожгла, — улыбнулась Рей. — Я видела ваше будущее. Хочешь расскажу?
— А это не опасно? Знать свою судьбу?
— Это не судьба, а только один из вариантов будущего. Это или предостережения, или то, к чему надо стремиться.
— Тогда я хочу, — попросила Роуз, — расскажи, пожалуйста.
— Вы живёте на далёкой планете прерий и лугов. У вас свой дом, дети. Вы работаете на благо Новой республики. И нет больше тьмы в вашей жизни. Ваши дети играют на большой зелёной поляне, у них твои глаза и рыжие волосы. — Рей улыбалась, но из глаз ее катились слезы. — И это лучше смерти, Роуз. Даже если прошлое полно ошибок, будущее может их исправить. А смерть нет. Только в ваших руках воплотить это прекрасное видение в жизнь.
Роуз снова обняла Рей, не сумев сдержать эмоций. Она чувствовала, что Рей говорит не только о ней, и очень хорошо ее понимала. Они обе боролись за свое будущее, только вот борьба Рей ещё не закончена.
***
Спустя время Роуз действительно увидела, что видение Рей сбылось. Они поселились на Дантуине, планете, куда забросила их сила и где они обрели друг друга.
Когда она смотрела на своего сына, так похожего на Армитажа — с такой же прямой спиной и рыжими волосами, — и на дочку, так похожую на нее саму, она понимала, что не ошиблась. Когда она обнимала своего мужа, она чувствовала, как часто-часто — радостно — бьется его сердце, и понимала — они всегда будут бояться, что прошлое отнимет у них то, что они обрели, и именно ее задача не допустить этого.
Женщина-лекарь сказала им, что излечила не только его физические раны, но и что-то внутри, где, наверное, должна была быть душа. Где он ощущал пустоту, теперь ее больше не было. Она чувствовала это. Роуз чувствовала связь с этим человеком так остро, словно она была всегда, вот только не сразу проявилась. Иногда нужно умереть и воскреснуть, чтобы это понять. Однажды она уже разбудила его, отогрела своим теплом, разожгла в нем огонь, и теперь, когда они могут дарить это тепло кому-то ещё, они должны отпустить свое прошлое.
Каждый раз, когда Армитаж Хакс думал о своей жене, у него в груди становилось тесно. Она всегда была немного с чудинкой, часто ошибалась или слишком эмоционально относилась к некоторым вещам, но это была его женщина. Которая пошла за ним на край галактики, помогла открыть военную академию для подростков, куда принимали исключительно на добровольной основе, а сама она преподавала в той же академии дипломатию и ораторское искусство.
Когда Хакс был ребенком, он всегда думал, что счастье — это получить похвалу от отца или хотя бы не быть избитым. Потом он думал, что счастье — это власть и порабощение галактики. И чем выше он поднимался по карьерной лестнице, тем призрачные это счастье становилось. И только сейчас он почувствовал, что значит быть по-настоящему счастливым. Вот только частенько закрадывалась тревожные мысли, что он не достоин этого за свои прошлые ошибки.
Он знал, чувствовал, что его любят, и знал, что раньше в его жизни ничего подобного не было. Весь свой предыдущий опыт он старался использовать в воспитании нового поколения, он точно знал, как делать не надо. И получал в ответ совершенно искренние детские реакции — преданность и любовь.
Каждый раз, когда он обнимал Роуз, он ощущал себя на своем месте. Каждый раз, когда Роуз тянулась к нему за поцелуем, он не отказывал ей, где бы это ни произошло, и с удовольствием целовал в ответ. Она улыбалась ему в губы задорной улыбкой, и он целуя, улыбался тоже, поглаживая ее собранные в игривый хвост волосы. Он чувствовал ее ладошку там, где когда-то была смертельная рана, которая убивала его, и это была не только рана от бластера. И теперь, когда этой раны не стало, Хакс чувствовал новую жизнь такой, какой она должна быть. Рядом с женщиной, которой он был рад эту жизнь подарить.