Часть 10
Утро потянулось вслед за солнцем, осыпая Токио мягкими золотистыми лучами. Город просыпался — шумно, привычно, будто ничего не изменилось. Но в душах девушек-воительниц оставался холодный осадок, словно ночь так и не отпустила их.
Усаги шла в школу, прижимая портфель к груди и нервно покусывая губу. Каждый шаг давался чуть тяжелее обычного. Мысли снова и снова возвращались ко вчерашнему вечеру — к словам Минако, произнесённым легко, почти небрежно, но застрявшим в сердце, как острый осколок.
— «Я знаю, что вы очень сильны, но мне, как лидеру, нужно проверить вашу силу…»
Эти слова звучали у неё в голове, будто эхом. Лидер… тренировки… ближний бой…
Что это значило на самом деле? Усаги не понимала. Она чувствовала только одно — всё становится серьёзнее. Опаснее.
И сны… Сны тоже изменились.
Каждую ночь ей снился один и тот же сон. Тот же парень. Те же две девушки. Их силуэты были знакомыми до боли, но лица словно скрывались за туманом. Она видела, как их губы сливаются в поцелуе — нежном, но отчаянном, будто они прощались. А в этот раз произошло нечто новое.
Парень протянул руку… и повёл её за собой. Не как наблюдателя. Как одну из них.
Потом — огонь. Жар, боль, ослепительный свет.
Усаги просыпалась, резко садясь в кровати, с бешено колотящимся сердцем. Что было дальше — она не помнила. Каждый раз сон обрывался, превращаясь в кошмар, оставляя после себя тревогу и странную тоску, словно она потеряла что-то очень важное… и даже не знала что.
***
В классе Ами уже сидела за партой, аккуратно листая учебник. Страницы переворачивались одна за другой, но взгляд скользил по строчкам, не задерживаясь.
— «Тренировки… Зачем?» — думала она. — «Мы и так сражаемся. Мы побеждаем. А время? Учёба и так отнимает почти всё…»
Но сомнение, брошенное Минако, пустило корни. Если бы всё было так просто, зачем тогда это чувство тревоги? Почему после вчерашнего Ами впервые задумалась о том, что их силы могут быть… недостаточными?
Она закрыла учебник, на мгновение прикрыв глаза.
***
Рей стояла у окна своей школы и смотрела во двор. Ветер слегка шевелил её волосы, а взгляд был жёстким, почти сердитым.
— «Почему я вообще должна её слушать?» — злилась она сама на себя. — «Она появилась неизвестно откуда и вдруг — лидер?»
И всё же…
— «Даже Харука ей поверила…»
Эта мысль раздражала сильнее всего. Рей сжала пальцы, чувствуя, как внутри поднимается беспокойство. Слова Минако застряли в голове, как заноза — неприятная, но почему-то пугающе важная.
***
На перемене девушки собрались в дальнем уголке школьного двора. Шум учеников был где-то далеко, словно за стеклом. Минако стояла перед ними — расслабленная, с привычной улыбкой, но в её взгляде было что-то новое. Сосредоточенное. Взрослое.
— Мы должны тренироваться, — сказала она просто.
— Учёба важнее, — сразу возразила Ами. — Мы не можем пренебрегать своими обязанностями.
Макото скрестила руки на груди и фыркнула:
— Ты правда думаешь, что нам это нужно? Мы и так справляемся.
Минако не обиделась. Она лишь слегка наклонила голову и усмехнулась — мягко, но уверенно. Её глаза блеснули загадочно.
— Вы сами всё поймёте, когда придёт время.
Эти слова повисли в воздухе.
Усаги молчала. Сердце билось быстрее, чем обычно. Она чувствовала — что-то меняется. Не снаружи, а внутри. Что-то важное, судьбоносное. И снова перед глазами вспыхнули образы сна. Огонь. Поцелуй. Чужая рука в её ладони.
Она закрыла глаза, пытаясь отогнать мысли, но они не уходили.
Прозвенел звонок, и девушки разошлись по классам, так и не найдя ответа. Напряжение осталось — невидимое, но ощутимое.
Минако шла последней. Уже у выхода она обернулась и поймала взгляд Усаги. Её губы дрогнули в едва заметной улыбке — такой, словно она знала что-то, о чём остальные пока даже не догадывались.
***
Тем временем в Тёмном королевстве.
Королева Берилл стояла перед алтарём, откуда исходил тёмный, пульсирующий свет. Голос Металлии звучал тяжело, давяще, словно сама тьма говорила с ней.
— О-о-о… принцесса Лунного королевства… — протянула Металлия.
Берилл склонила голову.
— Да, королева Металлия.
— Та, что повергла меня… Она возродилась, но не проявляет себя. Я не чувствую от неё истинной силы. Если она не действует, значит, ещё не заполучила серебряный кристалл! — голос стал резче. — Я не намерена ждать! Сокруши их! Забери у них кристалл, Берилл, если хочешь, чтобы я вновь правила Землёй!
— «Принцесса Серебряного Тысячелетия жива… — думала Берилл, сжав пальцы. — Война начнётся снова. Но в этот раз мы победим… Мы заберём всё».
— Я всё понимаю, королева Берилл, — раздался насмешливый голос.
Зойсайт шагнул вперёд, его улыбка была острой, как лезвие.
— Но для этого принцесса и воины в матросках должны исчезнуть.
В следующий миг он исчез, появляясь уже на Земле.
— Ох… какой красивый день, — протянул он, щурясь от света. — Так светло. Так… раздражающе. Эти бесполезные огоньки. Лишь тьма по-настоящему прекрасна.
Он рассмеялся тихо, почти ласково.
— Я утяну вас всех в эту тьму. И принцессу. И воинов в матросках.
Тень сгущалась.
***
Минако шла по узкой улочке, где дома стояли так близко друг к другу, что казалось — они перешёптываются над головой. Ветер играл с её светлыми волосами, то и дело бросая пряди на лицо, а в руках она крепко сжимала сумку с учебниками, будто это помогало удержаться в реальности.
Артемис остался в командном центре вместе с Луной — он обещал появиться только вечером. Мысль о тишине дома, о том, как она наконец снимет школьную форму, заварит чай и растянется на диване, грела почти так же, как солнце.
Минако уже позволила себе расслабиться… когда этот момент был безжалостно разрушен.
— Эй, Минако!
Она обернулась. Харука — в привычной школьной форме, с небрежной улыбкой и той самой походкой, в которой всегда чувствовалась уверенность, — шла ей навстречу.
— Харука! — лицо Минако мгновенно просветлело. — Вот уж не ожидала. Я домой собиралась. Уроки закончились — сил больше нет. А ты что здесь? Где Мичиру?
— Мичиру уже ушла, — Харука пожала плечами, засунув руки в карманы. — А я подумала… мы давно не разговаривали просто так. Без тревог, без врагов, без планов. Может, зайдём в кафе? Нам явно есть что обсудить.
Минако замедлила шаг. Усталость боролась с любопытством — и, как обычно, проиграла.
— Ну… — она прищурилась и улыбнулась. — Почему бы и нет? Но с тебя угощение.
— Даже не обсуждается. — Харука рассмеялась. В её глазах мелькнуло что-то тёплое и чуть грустное. — Пошли. Я знаю одно тихое место.
***
Кафе пряталось в переулке, будто не желая быть найденным случайными прохожими. Внутри пахло свежей выпечкой и кофе, а мягкий тёплый свет делал всё вокруг почти домашним.
Они сели у окна. Харука, не спрашивая, заказала два капучино.
— Ну. — Минако облокотилась на стол, склонив голову набок, — рассказывай. Я давно хотела с тобой поговорить. Особенно… о внутренних воинах. Мне важно твоё мнение.
— Моё? — Харука приподняла бровь. — Потому что ты теперь лидер иннеров?
— Именно. А ты — аутеров.
Харука задумалась. Она обхватила чашку ладонями, словно грелась о неё.
— Ами Мизуно… — начала она медленно. — Сейлор Меркурий. Она кажется холодной, но это обман. В ней много огня. Она знает больше, чем говорит, и слишком часто берёт всё на себя. Учёба для неё — якорь. Способ не утонуть.
Минако кивнула, не перебивая.
— Рей Хино… — Харука усмехнулась. — Шторм. Огонь. Противоречия. Она сильна именно потому, что не боится быть резкой. Она восхищается мной и Мичиру… но не доверяет. Пока.
— А Макото? — тихо спросила Минако.
— Юпитер… — в голосе Харуки появилось тепло. — Она как земля. Надёжная. Способная выдержать любой удар. Но внутри у неё столько нежности, что иногда хочется защитить её от всего мира.
Харука замолчала. Несколько секунд они просто слушали тихий звон посуды и шёпот посетителей.
— А Сейлор Мун… — наконец сказала она.
Голос её дрогнул — едва заметно, но Минако уловила это.
— Она была нашей принцессой. И… моей возлюбленной. Когда-то. В прошлой жизни… она была всем.
Минако внимательно смотрела на неё, затем осторожно накрыла её запястье своей ладонью.
— Всё ещё болит?
Харука прикрыла глаза и выдохнула.
— Да. Но я знаю — она вспомнит. Она всегда вспоминает. Даже если это причиняет боль.
— Скоро, — мягко сказала Минако. — Всё скоро станет на свои места.
Они подняли чашки. Кофе был горячим, горьковатым — настоящий.
Харука чуть сжала пальцы Минако.
— А Луна… она насторожена. Думаю, ей не понравится, если всё вернётся. В прошлой жизни она меня ненавидела. И сейчас делает всё, чтобы я не сближалась с Усаги.
— Луна боится, — ответила Минако спокойно. — Она всегда боится потерять контроль.
Харука усмехнулась.
— А Зойсайт… — продолжила она. — Ты знаешь, что он в Тёмном королевстве. Мичиру тяжело. Он был её возлюбленным. Лорд Зойсайт и принцесса Сирена… они были счастливы. А теперь он ничего не помнит.
— Но она надеется, — сказала Минако.
— Да. Очень.
Минако отвела взгляд.
— Там ещё и Кунсайт. Артемис узнал. Раньше… он был моим. Я хочу, чтобы он вспомнил меня. Чтобы мы снова были счастливы.
— Мне жаль, — тихо сказала Харука.
Она сделала глоток кофе, будто собираясь с мыслями.
— Иногда мне кажется, что всё это сон. Что я проснусь — и мы снова обычные школьницы.
Минако улыбнулась — искренне, светло.
— Может быть. Но если это сон… я не хочу просыпаться. Мы изменили мир. И, возможно, сделаем это снова.
Они сидели молча, глядя в окно, где солнце медленно клонилось к закату.
И каждая из них знала — впереди ещё будет боль, битвы и утраты. Но сейчас, в этом маленьком кафе, у них было редкое право просто быть собой.
***
Вечер накрыл Токио, словно тяжёлый бархатный занавес. Огни фонарей отражались в мокром асфальте, и улицы казались чужими и настороженными. Харука и Минако шли рядом, почти не разговаривая, каждая погружённая в свои мысли.
Вдруг тишину разорвал отчаянный крик:
— Харука! Венера!
Обе резко обернулись.
— Мамору? — Харука сразу напряглась. — Что случилось?
Мамору вышел из тени. Его лицо было бледным, будто из него выкачали всю кровь, а в глазах металась тревога, едва сдерживаемая усилием воли.
— Зойсайт… — выдохнул он. — Он похитил Усаги. Требует радужные кристаллы.
— Что?! — Минако и Харука переглянулись одновременно.
— Когда это произошло? — резко спросила Харука, сжимая кулаки.
— Он дал срок до рассвета, — продолжил Мамору. — Если мы не принесём кристаллы…
Он не договорил, но этого и не требовалось.
— У нас нет времени, — тихо сказала Минако, и в её голосе исчезла привычная лёгкость.
Харука встретилась с ней взглядом.
— Тогда идём. Немедленно.
— Ты уверена, что справишься? — мягко, но серьёзно спросила Минако.
Харука усмехнулась — коротко, почти дерзко.
— С тобой рядом? Без сомнений.
Превращаемся! Уран, дай мне силу!
— Венера, дай мне силу!
***
Токийская телебашня возвышалась над городом, утопая в тумане, словно копьё, пронзающее ночное небо. Ветер выл между металлическими конструкциями, усиливая ощущение тревоги.
Сейлор Уран и Сейлор Венера стояли у подножия.
— Он там, — сказала Уран, всматриваясь вверх. — И он знает, что мы придём. Он ждёт.
Минако крепче сжала кулаки.
— Мы не можем позволить ему собрать кристаллы. Если он это сделает, Тёмное королевство получит слишком большую силу.
К ним подошёл Мамору. Его фигура казалась хрупкой на фоне громадной башни, но взгляд был твёрдым.
— Остальные уже в пути, — сказала Харука. — Главное — продержаться и спасти Усаги.
Мамору кивнул и, не оглядываясь, направился внутрь.
***
Он шагнул в полумрак телебашни. Его тень растянулась по стенам, словно живая, готовая сомкнуться вокруг него. Воздух был густым, пропитанным запахом металла и сырости.
И тогда он увидел её.
Усаги лежала на холодном бетонном полу. Золотые волосы рассыпались вокруг головы, словно разлитый лунный свет. Она была неподвижна.
Рядом стоял Зойсайт. Его фигура, обтянутая тёмным костюмом, казалась частью тени, а улыбка — слишком спокойной для происходящего.
— Добро пожаловать, — протянул он. — Ты принёс то, что я просил?
Он небрежно бросил на пол радужные кристаллы, уже собранные им ранее, и сделал шаг назад.
— Я оставлю их здесь. А теперь… доставай свои.
— Сначала отпусти её, — сдержанно сказал Мамору, с трудом подавляя ярость. — Пожалуйста.
— После того как ты выложишь радужные кристаллы, — ответил Зойсайт, склонив голову набок.
Несколько секунд тянулись вечностью.
Мамору медленно достал кристаллы.
Семь радужных огней вспыхнули вместе.
Зойсайт рассмеялся — резко, почти восторженно.
— Что здесь смешного?! — не выдержал Мамору.
— Лишь то, — ответил он, — что ты оказался таким доверчивым.
Рядом с кристаллами возникла высокая фигура.
— Кунсайт… — прошептал Мамору.
— Теперь радужные кристаллы принадлежат нам, — спокойно сказал Кунсайт, забирая их.
— Это нечестно! — Мамору сделал шаг вперёд.
— Ещё шаг — и девчонка сгорит заживо, — холодно предупредил Зойсайт.
— Зойсайт, — приказал Кунсайт, — разберись с остальным.
— С удовольствием.
Красная роза рассекла воздух, устремившись в Кунсайта, но тот исчез, словно никогда и не существовал. Зойсайт даже не дрогнул.
В этот момент Усаги пошевелилась. Медленно открыла глаза и приподнялась, дезориентированная, словно не понимая, где находится. Зойсайт грубо толкнул её вперёд.
Она упала в объятия Мамору. Её тело дрожало, дыхание было сбивчивым.
— Такседо Маск… — прошептала она, и в её голосе сплелись страх и облегчение.
— Сейлор Мун, — ответил он, прижимая её к себе. Его взгляд стал жёстким.
Их глаза встретились.
В следующее мгновение вспышки света озарили тьму. Когда сияние рассеялось, перед Зойсайтом стояли Такседо Маск и Сейлор Мун — плечом к плечу, готовые сражаться.
Тьма вокруг сгустилась. Битва только начиналась.
— Ну что, начинаем? — раздался уверенный голос Венеры.
Она выскочила из тени первой. Золотые волосы вспыхнули в свете луны, словно солнечные лучи, прорезавшие ночной мрак. В её позе не было ни капли сомнения — только решимость и вызов.
Следом появилась Уран. Она двигалась спокойно, почти бесшумно. Её взгляд был холоден, как лёд перед бурей, а рука уже сжимала меч, готовый в любой миг обрушиться на врага.
Зойсайт рассмеялся. Смех был резким, надломленным — в нём не чувствовалось радости, лишь презрение и ядовитая насмешка.
— Вы всё равно проиграете.
— Посмотрим, — бросила Уран.
Её клинок сверкнул в воздухе, рассекая тьму, и в этом движении было обещание — она не отступит.
— Отдай кристаллы, — голос Мамору прозвучал глухо и низко, как отдалённый гул подземного толчка. В нём не было страха, только сдержанный гнев.
Зойсайт усмехнулся. Его губы изогнулись в улыбке, не сулящей ничего хорошего.
— Думаешь, это так просто?
Он резко швырнул на пол несколько тёмных камней, и те с глухим стуком раскатились в стороны.
— Сегодня вы умрёте, — продолжил он, медленно обводя их взглядом. — И больше никогда не увидите белого света.
Он взмахнул рукой.
Из темноты начали выступать фигуры — одна за другой. Воины в чёрном, словно сотканные из кошмара, с лицами, скрытыми масками, сомкнули кольцо. Их шаги были синхронными, бездушными, будто они не были живыми.
Сейлор Мун судорожно сжала Лунный жезл. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели, но она не отступила. Сила отзывалась внутри — тёплая, знакомая, почти родная. Я не позволю ему победить. Не сейчас. Не снова.
— Вперёд! — крикнула Венера.
Она рванулась первой. Золотая цепь вспыхнула, как молния, и с силой обрушилась на врагов, сбивая их с ног. Уран ворвалась следом — её движения были резкими и точными, меч рассекал тьму, оставляя за собой россыпь искр.
Такседо Маск скользил между противниками, словно тень. Алые розы вылетали из его рук одна за другой, точно выверенные удары, не дающие врагам приблизиться.
— Сейлор Мун! — крикнул он. — Сейчас!
Она глубоко вдохнула, собрала всю энергию и направила скипетр вперёд. Серебряный свет вырвался наружу, прожигая тьму и отбрасывая сразу нескольких воинов.
Битва вспыхнула с неистовой силой. Звон металла, вспышки света, крики и удары наполнили пространство. Враги падали — но их было слишком много. Они поднимались снова, словно тьма сама не желала отпускать их.
Зойсайт наблюдал издалека. Его губы дрогнули в самодовольной улыбке.
Луна висела в небе — холодная и безучастная, будто равнодушно взирала на хаос внизу.
Глаза Зойсайта вспыхнули ядовито-зелёным светом. Он сжал кулаки, и вокруг него закружился вихрь тёмной энергии.
— «Всё из-за неё, — думал он. — Её вера, её свет…»
— Ты! — Его голос рассёк воздух, как лезвие. — Ты — причина всего. Всё закончится, когда ты исчезнешь!
Мамору, раненый и измученный, бросился вперёд, но Харука резко шагнула ему навстречу и оттолкнула в сторону.
— Не глупи, — прошипела она.
На мгновение она прижалась к его губам — коротко, почти отчаянно. В этом жесте было слишком много несказанного.
— Харука… — выдохнул он.
Она уже отворачивалась.
Атака Зойсайта ударила внезапно.
Вспышка тьмы — и Харуку отбросило назад. Она не закричала. Лишь воздух вырвался из лёгких, и тело с глухим звуком упало на землю.
— Харука! — голос Сейлор Мун сорвался.
Мир словно замедлился. Всё вокруг утратило резкость. Харука лежала неподвижно, будто сломанная кукла. Только губы дрожали — словно она пыталась что-то сказать.
— Почему?.. — прошептала Сейлор Мун, чувствуя, как боль разрывает грудь.
Зойсайт нахмурился, раздражённый.
— Ты всё ещё не понимаешь? — прошипел он. — Ты — причина их страданий. Ты — их гибель.
Харука с трудом подняла руку, будто тянулась к свету, которого почти не осталось.
— Не… не позволяй ему… — выдохнула она.
Её рука медленно опустилась.
В этот момент Сейлор Мун почувствовала, как внутри неё что-то ломается — и одновременно рождается заново.
Продолжение следует…