В разгар лета

Аманда была в хорошем расположении духа, выезжая со стоянки. Она покачивала головой в такт музыке, которую слушала, негромко подпевая некоторым композициям. Девушка любила поездки на машине, когда она была одна, слушала музыку так громко, насколько ей это позволяли её барабанные перепонки, и подпевала не менее тихо.

— Да? — ответила на телефонный звонок, не взглянув заранее на дисплей. Сделала музыку тише, слыша резкий голос Скотта, который говорил ей о том, что одежда для завтрашнего выхода в свет готова, и она должна подъехать, чтобы выбрать одно из платьев, которое ей предлагал дизайнер.

У неё была долгая репетиция для съёмок в клипе, которые пройдут через три дня, поэтому она должна быть в действительно хорошей форме, находясь чуть ли не весь день в Лос Анджелесе. Две недели с подписания контракта, но она уже чувствовала себя неловко при упоминании Хорана. Он был словно заноза в заднице прямо сейчас, но нельзя было повлиять на руководство.

Подъехала к большому зданию, где находился офис одного из влиятельных модных домов Америки, распуская волосы, пригладила свою одежду, чтобы выглядеть прилично. Оставила сумку внутри, прихватив с собой только телефон, и выскочила из машины, быстро перебирая ногами, чтобы очутиться в прохладном здании. На улице было поразительно жарко.

— Здравствуйте, — протянула руку, пожимая её женщине, которая придирчиво осмотрела внешний вид певицы, на что она тактично не обратила внимания, подходя к вешалкам, на которых были представлены платья и соответствующая обувь.

— Выбирай, Аманда. Можешь оставить это всё себе, подарок от нашего Модного Дома, — улыбнулась она, когда девушка подошла к стенду, проводя рукой по некоторым материалам, пробуя их на ощупь. Её мама работала в мастерской, шила одежду на заказ, поэтому всё детство Ами провела среди тканей, ниток и швейной машинки.

— Я хочу это платье, — проговорила она, указывая на четвёртую вешалку, словно завороженная глядя на изделие. Это было чёрное мини-платье с причудливым принтом. В комплект шли ботильоны чёрного цвета и чёрная кожаная куртка с мелкими серебряными шипами. Женщина улыбнулась, указывая помощнице упаковать этот наряд, и уже через секунду Гейтс держала в руках массивную коробку, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Спасибо.

— Я сразу сказала Скотту, что ты выберешь этот наряд. Он идеально подходит под твой образ, — она пожал плечами, провожая шатенку к дверям. — Скоро пришлю тебе ещё несколько вещей из новой коллекции.

— Большое спасибо, буду ждать! — улыбнулась Аманда и вышла из здания, направляясь к машине. Ух, теперь можно и домой.

***

— И, Аманда, пожалуйста, веди себя прилично! Я не хочу ещё получать нагоняй за твоё поведение от прессы. И да, ваше общение с Найлом... оно должно быть нормальным.

— Я поняла тебя, Скотт. Я буду вести себя хорошо, самая настоящая леди, ага, — отозвалась Аманда лениво, смотря на своего визажиста, которая порхала вокруг девушки, приводя в полнейший порядок её лицо. Макияж был броским и запоминающимся, но это не было так уж и важно. Самое главное для Ами – засветиться с Найлом. Весь персонал, который работал с Гейтс и Хораном знали о подписанном контракте, но если они кому-то проболтаются – пиши пропало. Поэтому все держали свои языки за зубами.

Полтора часа и она направляется на премьеру, нервно постукивая по кейсу айфона, поглядывая на время периодически. Она волновалась, что всё может пройти не по плану, поэтому сейчас она смотрела в окно, а охранник сидел на переднем сидении. Можно умереть со скуки в таком обществе.

Она открыла камеру, делая несколько фотографий, выбирая одну из лучших, отправляя её в социальную сеть, придумывая интересную подпись, поэтому этим она занималась почти до того момента, как они встали в очередь перед тем, как приехать к ковровой дорожке, на которую она ступит через двадцать минут – согласно времени.

«Не налажай, Гейтс. Я не хочу получать за тебя потом»

Ох, конечно же, Найл Хоран вспомнил о том, что должен играть заинтересованного молодого человека. Она быстро набрала ответ, в котором говорилось о том, что она-то справится, а вот в благонадёжности Найла она не уверена.

«Я никогда не думал, что буду играть парочку с тобой, Гейтс. Ты где, кстати?»

«Мы в очереди. Это скучно, тут угнетающая обстановка»

«У меня тоже. Надеюсь, на дорожке будет живее»

«Искренне надеюсь»

Выключила устройство и положила его в сумочку, принимаясь за рассматривание своего внешнего вида и причёски в небольшое зеркало, подкрашивая губы. Пять минут до выхода, они были следующими. Ещё пару минут...

— Аманда Гейтс! — услыхала своё имя, и дверь машины распахнулась. Она появилась на красной ковровой дорожке, а вдалеке уже увидела Найла, который давал интервью какому-то журналу. Она встала напротив фотографов, позируя, и улыбнулась, глядя на женщину, которая указала ей на то место, куда надо встать. Пройдя коридор из фотографов, где вспышки мелькали со всех сторон, она подошла к фанатам, которые стояли с правой стороны. Расписавшись на нескольких листах, она прошла дальше, где брали интервью.

— Ходят слухи, что твой альбом потерял былую популярность, правда? — первый вопрос, который застал девушку врасплох, но она лишь прикусила губу, прежде чем ответить.

— Это так, но я могу Вам дать гарантию, что моих слушателей не разочарует мой второй диск, он значительно отличает от прошлого, — улыбнулась она и посмотрела вглубь, встречаясь взглядом с Найлером. Он стоял, как обычно в своих ужасно узких джинсах, засунув руки в карманы. — В разгар лета мой альбом будет самым подходящим.

— Особенно его название! — они рассмеялись над этой игрой слов, и девушка ушла, услышав пожелание хорошего вечера.

Девушка прокручивала в голове план мероприятия, который состоял из нескольких частей: дорожка, фильм, афте-пати. Девушка подошла к небольшой толпе, которая была за ограждением, оставляя несколько росписей на их листах и блокнотах, на дисках и различных частях тела (иногда это пугало), делала фотографии и наконец достигла человека, которого хотела бы избегать весь вечер.

— Привет, Хоран, — улыбнулась она парню (что было ужасным исключением: вернее, она никогда ему не улыбалась). Он повернулся, их лица находились почти друг напротив друга, поэтому он быстро поцеловал её в щёку, приветствуя в ответ.

— Привет, Гейтс, — в привычной для себя манере растягивал слова, нахально глядя в глаза Аманде. Они стояли рядом с девушками, которые заприметили этот короткий момент и начали переговариваться, забывая о той толкотне, которая сопровождала сей парад до этого.

Она прошла чуть дальше, не глядя на Найлера, который вытер губы тыльной стороной ладони, а она свою щёку, которой касались губы блондина. Подписав ещё несколько блокнотов, она вновь заприметила Найла, который продвигался в её сторону, также расписываясь. Они столкнулись почти одновременно, злобно глядя друг на друга.

— Сделай фото со мной! — воскликнула одна из девушек, протягивая камеру Аманде. Она быстро щёлкнула себя с девушкой, пока Хоран не влез, чуть не испортив хороший кадр. — Найл, можно?

Она развернулась, демонстративно подходя к фанатам с другой стороны, когда Хоран продолжил раздавать росписи с другой стороны. Она двигалась согласно тому, что говорил ей охранник, но что делал Хоран – загадка. Он приехал намного раньше, поэтому уже успел отстреляться и просто дожидался свою «напарницу».

Они пересеклись у входа в кинотеатр, где также было куча людей: и фанатов, и знаменитостей. Она смотрела на парня без какой-либо опаски, зная, что больше он ничего не выкинет, но надо было сделать видимость заинтересованности.

— Как работа над клипом? — поинтересовался (безучастно) он у неё, когда они стояли, дожидаясь того момента, как остальная масса людей пройдёт внутрь. У них всё равно места почти в самом первом ряду, как у всех знаменитостей.

— Через два дня начало съёмок, — ответила она лениво, когда Хоран предложил ей свою руку. Она даже не чувствовала своих ног, когда они начали продвигаться к входу в здание. — А какая работа сейчас у тебя?

— Я уезжаю в тур в середине августа, — сказал он просто, задумавшись на секунду. — Я понял, почему твои съёмки будут через два дня.

— И почему же, мистер сообразительность? — поинтересовалась Гейтс, глядя на блондина, который ухмылялся, глядя в сторону. Он, кажется, уже давился от смеха, который распирал его, поэтому он начал посмеиваться, глядя на недовольную девушку, идущую рядом с ним.

— Чтобы у тебя прошло похмелье, — пожал он плечами, получая небольшой толчок в бок от Аманды, которая закрыла лицо рукой. Они неплохо справлялись со своей неприязнью на людях, поэтому сейчас почти вели себя нормально, не считая подколов на тот или иной счёт.

— Стой! Я не увижу тебя с августа? — сказала она негромко, когда они только заняли свои места. Зал был полупустой, сидело всего несколько человек. — Вот это повезло!

— Ты будешь приезжать ко мне, милая. Я буду ждать тебя, — сарказм, который был в его голосе, рассмешил Аманду, и она прикрыла лицо рукой, пытаясь скрыть смех, который рвался наружу.

— Пять баллов, Хоран. Это было тонко, — подставила руку, получая ответный хлопок, и они рассмеялись. — Ты как свои джинсы натягиваешь на свою тощую задницу?

— Так же, как ты воткнула иголки дикобраза в свою куртку, — ответил он колкостью. Они сидели, задыхаясь от смеха.

— На клей? Ты их приклеил? — воскликнула она довольно-таки громко, на что парень опустил голову, его плечи тряслись от смеха, который просто рвался наружу, но из-за общества вокруг он не мог это сделать.

— Я не думал, что с тобой может быть весело, Гейтс. Признаю ошибку, — поднял он руки вверх, и девушка наигранно кланялась, сидя в кресле. — Впереди ещё вечеринка.

— Впереди ещё вечеринка, — подтвердила она, и повернулась, видя вспышку от фотоаппарата.

Их сфотографировали вместе.