Пролог.
- Пиндюра, ты где? - из смартфона доносился голос друга и коллеги по "цеху" Анатолия Цоя, который вместе с сонным Никитой Киоссе сидел на студии.
- Я в жопе, - огрызнулся Артем, сигналя впереди стоящей машине, которая не ехала вперед. Бедный парень застрял в пробке и теперь опаздывает на репетицию, а если их продюсер узнает, что он опоздает, то парню будет плохо.
- Он в пробке, - перефразировал друга Толя, говоря это Константину и Никите. - Ты когда будешь?
- Скоро, я почти уже подъехал, - ответил Тема, мысленно матеря девушку, которая как раз сидела в машине, которой секунду назад сигналил Пиндюра.
- Ок. Давай быстрее.
Больше ничего не говоря, Артем отключил телефон и уставился на девушку, вышедшую из своей машины. Она повернулась лицом к нему и... Парень замер. Девушка была красивой. Фигурка была сексуальной, что конечно же отметил в своей голове Пиндюра. Он не стал показывать, что девушка его привлекла взгляд. Тема открыл окно и сказал:
- Чего встала? Езжай.
- А ты кто такой, чтобы мне указывать? - приподняла бровь девушка, окинув взглядом длинную вереницу машин, которые сигналили. Она поняла, что если сейчас же не сядет в машину и не поедет, то ей будет хана.
- Из-за тебя я опоздал на работу, - прорычал Артем, прищурив глаза.
- Ой, это не беда, - махнула рукой девушка и как можно быстрее села в машину и поехала вперед.
Многие водители, которые хотели ее убить, про себя перекрестились и наконец смогли выехать из пробки.
Пиндюра мчался на всех порах. Он даже не стал ждать лифт и побежал на седьмой этаж по лестнице. Хоть он и в хорошей форме, а в студию он не вошел, а влетел, так как споткнулся о порог и полетел головой вперед. Его нос почти что коснулся ботинок продюсера, который с интересом смотрел на своего подопечного. Толя с Никитой умирали от смеха.
- Извините, - тяжело дыша, сказал Артем вставая с пола. - Я в пробку попал.
- Ничего страшного, мы все попадаем в пробки, - поправив очки, проговорил Константин. - Но постарайся не опаздывать, если ты опоздаешь на концерт из-за пробки, то слушатели вас не поймут.
И после этих слов ушел в свой кабинет.
Цой с Кисой отсмеялись. Они конечно же посочувствовали другу, но по большому счету они ржали больше, чем говорили.
Настроение с самого утра задалось. Причем у каждого по своему, кто-то получился порцию смеха, а кто-то злости.