Так Близко К Смерти
Гено уже говорил, как любит весну? Нет? И не скажет. Потому что на улице осень и чертовски холодно. Ранние морозы периодически сменялись дождём, так что сухо и чисто на улице уже давно не было. Погода всегда ужасная, словно небо рыдало над людьми. Вот только непонятно: от смеха или сожаления.
Юный демон часто задумывался, тяжело ли использовать магию для контроля над осадками. И как долго маги этому обучаются? Его пустой череп всё чаще посещали мысли об усиленной магической практике.
Но, пожалуй, не тогда, когда в школу он идёт под одним зонтом с уже известным нам жнецом. В этот момент все его мысли занимали близость и давление в джинсах.
Говорят, что весна — это время любви. Неа. Любовь это как куст крапивы. Никогда не угадаешь, когда и какой придурок пизданет палкой на этот раз.
…
— И я ответил: мужик, я смертельно серьёзен. — почти пустая аудитория заполнилась смехом Афтера, под тихое хрюканье жнеца.
— Блин, да откуда у тебя столько историй?
— Что я могу сказать? Я до смерти люблю влипать в неприятности. — Гено ещё раз хихикнул и лёг на парту. Он долго молчал и смотрел на собеседника, словно стараясь увидеть что-то ещё.
— Знаешь, Репа, мне. — инкуб вздохнул с положил руки под голову. — Мне хорошо с тобой. Я не знаю как, но твоя не живая реакция меня успокаивает.
— Согласен, цветик. Ты тоже очень хороший друг. — Гено замолчал и уткнулся лицом в парту.
Значит… Друг? Очень хороший друг? Вот значит как… Уже почему-то совсем не весело.
…
Резкие скачки настроения. О, я уверена, после этой фразы у многих мурашки по спине пробежали. Для подростка вполне нормально испытывать весь спектр эмоций за пару секунд, и так же нормально не уметь ими управлять. Вот только огромная разница между истерикой маленькой зайки, и чистым гневом самой смерти.
А у Рипера была причина злиться. О, и ещё какая!
С большой силой приходит большая ответственность. И даже если ты родился меньше половины века назад, на тебя её будут не прочь возложить. Тем более, если тебе посчастливилось родиться продолжением божества.
И этим утром Рипера обрадовали внезапно всплывшей новостью: по окончанию школы, юный жнец присоединится к работе отца и его коллег. И плевать на все планы, на желания и нежелания. Подростка просто поставили перед фактом: ты идёшь на работу.
Хотелось кричать, бить и ломать всё вокруг. Руки злобно растягивали уже порванную лямку портфеля, от грозного топота поднималась пыль. Редкие искры магии уже успели прикончить несколько ворон и попавшихся на пути мелких грызунов. Прекрасно. Великолепное начало дня!
— Эй, Рип. — обычно, когда Гено подходил, настроение сразу улучшалось, но сейчас, жнецу хотелось размазать эту дурацкую улыбку по земле. Как этот черт вообще смеет улыбаться сейчас?
— Ну, чего же ты притих? Обычно ты разговорчивее. — радостный тон действовал на нервы, казалось, что Афтер специально пришёл посмеяться.
— Отвали. — Рипер сошёл с дорожки и подошёл к дереву. Бросив сумку к корням, скелет вытянул руку и провел ей несколько кругов в воздухе.
Коса — главное оружие смерти. Кто-то использует алебарду, кто-то серп, но коса так или иначе остаётся признаком мрачного жнеца.
Юный бог замахнулся и ударил, оставив дерево без ветки, что безжизненно упала на землю, в одночасье теряя пожелтевшие листья. Ещё один удар, ещё. Дерево постепенно начинало редеть.
— Рипер, ты чего? — решив не отступать, Гено подошёл чуть ближе, отходя от толпы школьников и забывая о скором начале уроков.
— Уходи! Я велел тебе отвалить! — жнец ударил ещё несколько раз, а после остановился, крепче сжимая оружие. Вот оно — его судьба. Его дар и одновременно с этим проклятие. До конца своей вечности, он обречён провести с косой в руках. До скончания времен его единственная участь — вечно пожинать души.
Руки сжали осиновую рукоять, грозясь разломать её напополам.
— Рип, ну ты…
— Я СКАЗАЛ ОТВАЛИ!
Одно движение. Одно единственное движение. Оно даже ничего не стоило Риперу. Просто что-то, что он делал всегда.
Но на белой куртке быстро расползалось яркое пятно.
Гено что-то прохрипел и сжал ткань в ладони. По его подбородку побежала алая капля.
— Гено… Подожди, я… — но тот уже не слышал. Афтер упал на колени, и после завалился на бок. А на его груди кровоточила рана. Рана, нанесенная самой смертью.
…
Гено проснулся. Вокруг была суета, его передавали из рук в руки, но ни на толчки, ни на возгласы он не реагировал, попросту не желая открывать глаза.
Голова гудела, а грудь была атакована медленно нарастающей болью. Но сильнее всего болела душа.
Как он мог? После всего, что произошло, пускай и за такой короткий срок, жнец просто… Ударил его? Да как…
Да как он посмел? После всего, что Гено для него сделал, этот урод практически убивает его?!
Было холодно. Очень, очень холодно. Как будто Афтера положили в ванну со льдом. Хотелось загореться. Выбраться из морозной ловушки, сжечь всё вокруг до тла и отогреться.
Но огонь никак не желал возникать. Казалось. Даже мелкие искорки не выжигались.
Страшно. Очень страшно. Где-то внутри разросся горький и тяжёлый страх. Он умрет. Он точно скоро умрет. Вот, как ощущается смерть? Гено не думал узнать этого так скоро. Точнее, вообще не думал о том, что ему когда-нибудь придётся познать смерть не как очередного монстра, а как скорый и неизбежный конец.
Демон резко ощутил боль по всему телу. Острую и ноющую, прилипшую к одежде словно жвачка на добрые. 10 минут? 20?
Времени не было. Не было никого и ничего. Только Гено, его страдания и темнота…
…
— Пожалуйста! Прошу, помогите! Кто-нибудь! — в больнице началась суета. Раненого сразу приняли и отвезли в операционную, Рипер же остался сидеть в зале ожидания.
Он сделал это. Это полностью его вина. Прямо сейчас, Гено умирает. И это только из-за того, что жнец снова поддался импульсу.
Комок мыслей в голове дёргался и пугал, словно яма полная змей. Всё тело дрожало и раскачивалось, на и без того шатком стуле.
Афтер умрет. Он умрет, и подросток прекрасно это понимал. Никто, ещё никто не выживал в схватке со смертью, ещё никто не оказывался сильнее самого естества.
Рипер много раз проделывал это. И уже забрал больше нескольких десятков жизней. Но руки тряслись, а из-под капюшона то и дело доносились извинения.
Внезапно, все стало гораздо хуже. Тогда, когда Рипер того не ожидал. Пришли родители Гено.
— Где он! Где он, ответь! — воскликнула Кура, хватая подростка за толстовку.
— Перестань, ты его пугаешь! — инкуб оттащил подругу от парня и посадил её на стул.
— Где сейчас Гено? — тихо спросил он, подойдя ближе к юноше.
— Операционная… — пробормотал Рип, не переставая мелко трястись.
— Я пойду. Останься. — Секурус остановил женщину, и скрылся из поля зрения жнеца.
— Этот выблядок. — бормотала Суккуб, злобно щелкая хвостом. — Никогда меня ни во что не ставит! Как будто это он семь часов выталкивал из себя ребёнка!
Рипер робко повернулся, смотря на разъяренную мать. В голове что-то щёлкнуло.
— Вы… Родная мама Ге…
— Да. — сказала как отрезала. Рипер достал из кармана платок и вытер лицо.
— Значит. Оба родителя Гено де…
— Да! — Кура злобно рыкнула и встала. Не каждый день, тебе докладывают о том, что жнец принёс твоего ребёнка в больницу на руках.
Рипер задумался. Глубоко и надолго. Под тиканье часов, стук каблуков и рваное бормотание Суккуба…
— Вы - мать? — спросил вышедший из крыла врач. Оба обернулась на голос. — Прошу, проследуйте за мной.
–———————–———————
С днем Святого Валентина, хуле.