Да здравствует революция!
— В своё оправдание скажу, что нам тогда было... Сколько? Лет 12-13, не больше! А эта дура всё время до меня докапывалась. вот почему именно я, что я сделал? – хмурился Нигель, допивая кофе. Плохие поступки он всегда старался забыть поскорее, чтобы совесть не терзала.
— Может проблема в том, что в первый же день мы с тобой сорвали линейку, а потом ты запихнул хлеб в бутылку, залил его водой и положил в вентиляцию, надеясь, что он там сгниёт и его никто не сможет найти? Или тебе напомнить любой другой из десятков случаев? - могло показаться, что Саки грубит или пытается упрекнуть возлюбленного, но его просто забавляло то, как блондин мастерски находит оправдания любым поступкам.
— Его ж нашли, так что всё обошлось! А на линейке, если б нас с тобой не пытались разлучить, я бы был как шёлковый, вот поверь! Помнишь, какой противной была эта вожатая?
-----
За неделю до летних каникул в школе проводился конкурс театрального мастерства, призом за который были путёвки в лагерь для победителей. Шансы на победу у Саки и Нигеля были равны нулю, но им очень хотелось поехать туда вместе! Так бы родители блондина отправили его одного в какое-нибудь место для богатых детишек с уклоном в образование, чего он очень бы не хотел. Куда веселее провести время с другом! Пришлось придумывать хитроумный план – запугивать остальных конкурсантов, чтобы те либо отозвали заявки, либо сильно напортачили на выступлении. Если угрожать девчонкам было легко, то энтузиасты, что крайне хотели попробовать себя на сцене, сдавались с трудом. Так Оспри чуть не сломали руку, если бы за него не вступился Макси. В итоге парни всё же смогли получить первое место, выступив с совершенно дурацким комедийным номером и пародируя «Шоу Щекотки и Царапки» из их, на тот момент, любимого мультсериала.
Сама поездка началась чудесно – приветливые и улыбчивые вожатые, чистота, красивые пейзажи и все удобства. Всё было слишком хорошо, поэтому приторную атмосферу просто необходимо испортить! Эти слащавые дети казались такими спокойными и правильными, что от их вида воротило, поэтому Нигель, многозначительно подмигивая другу, постепенно принялся реализовывать маленькую революцию в рамках лагеря. Началось всё с общей линейки, где детям объясняли правила поведения и базовую информацию. Парни постепенно начали осматривать территорию, прикидывая, где какую пакость можно реализовать и где стоит прятаться. Они не особо старались скрывать свои планы, поэтому разговаривали нарочито громко, чтобы отвлекать всех вокруг. Дети, стоящие рядом, уже косо поглядывали на ребят.
— Мальчики, у нас принято не нарушать правила поведения. Я займу совсем немного времени, - наконец не сдержалась вожатая, пытаясь воззвать их к совести, но её фразы были какими-то заученными, а значит, парни просто обязаны были вывести девушку из себя! – Давайте уважать друг друга, поэтому ты, пожалуйста, встань в конец строя, - она аккуратно тронула Саки за плечо, подталкивая его перейти на другое место, подальше от друга. Это была её главная ошибка. Попытка разделить неразлучников сопровождалась возмущениями в духе: «А что я сделал?! Остальные болтают, а нам нельзя?» и «Вон те девчата тоже болтают! Чем мы вам не угодили?!». Но, мальчишек, тем не менее, поставили в разные концы строя.
Тогда-то парни начали шуметь ещё громче, отвлекая всех, кто стоял рядом и выкрикивая неуместные вопросы без разрешения. Ситуация усугубилась, только вожатая попросила всех сдать «запрещёнку» в виде сладостей, жвачек и газировки, которую дети могли провезти с собой. Нигель, маленький бунтарь и хитрец, мигом стал подбивать остальных к сопротивлению: «Почему это мы не можем есть сладости, которые купили за свои деньги?! Что, это никого не смущает?». У девушки уже начал было дёргаться глаз, она объясняла, что сладости никуда не денутся и дети смогут забрать их после смены, но недовольных становилось всё больше. Одной угрозы позвонить родителям хватило, чтобы все замолчали. Все, кроме Нигеля и Саки.
— Вы бы знали, кто его родители, ха! – подал голос брюнет, полный самоуверенности. Он заряжался, видя энтузиазм Нигеля. По отдельности они бы вряд ли навели столько шума. – А моя мать мало того, что не ответит вам, так ещё и пошлёт! – подкосить авторитет старшего – вот один из эффективных способов привлечь внимание к себе и самим стать авторитетами. Вожатая, закипая, решила не продолжать перепалку и отправить детей на завтрак, надеясь, что они ворчат просто из-за голода. И парни правда успокоились, но не потому, что смогли поесть. Еда здесь была отвратительна! Но блондин имел опыт в манипуляции взрослыми, поэтому решил, что до конца дня нужно затихнуть и вести себя хорошо.
Зато завтрак следующего дня ознаменовался бунтом. Виной тому стала мерзкая жижа, называемая кашей. Пока Нигель выжидал момента, чтобы метнуть субстанцию в голову вожатой, Саки подговаривал рядом сидящего мальчика учинить драку. Пришлось его подставить и метнуть стакан в сторону соседнего столика, только аккуратно, чтобы никого не задеть и не вылететь за это из лагеря. Как только сидящие там мальчишки обернулись, брюнет сделал максимально невинный вид и указал на парнишку, которого хотел подставить. Так и началась первая драка. Сначала эти парни, потом ещё кто-то не поделил бутерброд, а вожатой, бросившейся разнимать народ, коротышка всё же запустил мерзкой кашей прямо в голову, пачкая её блестящие волосы. Набедокурив, Нигель и Саки под шумок удрали из столовой, чтобы не быть виноватыми. Им нравилось смотреть на разрастающийся хаос, лишь бы за поведение не выгнали...
— Надо было ей ещё чай на блузку разлить. Прикинь, как она просвечивала бы? Мне кажется, у неё там размер третий, не меньше, – блондину хотелось навести ещё больше шума. Это маленькая заварушка оказалась слишком никудышной. Кажется, парни медленно теряли хватку.
— Я для этого водные пистолеты взял, мы вообще всех девчонок облить сможем. Прикинь, как визжать будут? – Саки проявлял меньший интерес к девочкам, но старался подстраиваться под друга и шутить на подобные темы, но сейчас ответной реакции не последовало.
— Хрень. Надо что-то мощное придумать. Вот если бы можно было в эти пистолеты залить кислоту... - блондин расстроился от того, что не мог придумать что-то грандиозное. До конца дня он пытался прятаться в комнате и увиливать от обязательных активностей, размышляя над идеями для шуток.
Следующая пара дней выдалась довольно скучной. Лёгкие подколы в виде обмазывания спящих зубной пастой, закидывания их одежды на высокие деревья, водных ловушек и кражи туалетной бумаги быстро надоели. Даже споры «кто первым сможет шлёпнуть вожатую по попе?» или «кто первый стащит любые девичьи трусы?» не смогли надолго увлечь. Нигель сам их учинял и сам выполнял, так как Саки всё ещё немного смущался подобный тем и контактировал с девчонками либо ради травли, либо когда его уже откровенно высмеивал друг.
В последний день смены гениальная мысль всё же озарила блондина. Он даже встал пораньше, чтобы воплотить все планы в реальность, но для этого нужно было разбудить Саки, а он спал настолько крепко, что коротышка даже пытался орать ему в ухо. В итоге в комнате проснулись все, кроме брюнета. Когда он всё же встал, парни побежали на площадку, где проводились линейки. Там-то и находилась их следующая жертва – осиное гнездо, которое высокий брюнет растормошил в два счёта. Парни мигом вернулись в комнату, решая проспать общий сбор, но по крикам с улицы было слышно, что осы не пощадили никого. Но день только начинался, дальше – больше. Саки, который, в отличии от друга, уже устал здесь находиться и в целом не очень любил большие сборища людей, хотел выплеснуть всю злость. Пришлось, по урокам Нигеля, прикинуться лапочкой и попроситься на дежурство в столовой.
— Ты дурной?! Хочешь, чтобы я с тобой разливал чай этим занудам и ботанам? Хочешь на побегушках быть, так надень фартук и платьице домработницы! – в представлении блондина подобное «служение» было постыдным. Ещё отец учил его всегда быть на первом месте и никогда не унижаться перед людьми «второго сорта».
— Тише ты, идиот. Тебя ж тоже задрали все? Ну мы и отомстим, будем всем в чай харкать. Я ещё нарвал на улице какой-то травы вонючей, можно её в еду подсыпать. На, понюхай! – Саки протянул приятелю пакетик с сорванными листьями. Запах, мягко говоря, был противным, коротышка, вдохнув полной грудью, не ожидал такого подвоха, пытаясь прокашляться.
— Фу, блять! Это похоже на мочу и рвоту, то что надо!
По началу парни боязливо оглядывались по сторонам и делали всё, чтобы их не спалили. Даже плевали в чай выборочно – только тем, кто их особо раздражал. Но шумиха всё не поднималась, иногда некоторые девчонки хмурились, но в итоге просто относили еду назад и выходили из столовой. Пришлось идти на крайние меры – накрыть на стол для вожатых самостоятельно, подсыпав им больше всех травы с дрянным запахом. Реакция не заставила себя долго ждать – запах постепенно разнёсся по всей столовой, а ребята со слабыми желудками не выдерживали и опустошали желудки сидя на месте, запуская отвратительную цепочку из тошнотиков. Зрелище было не из приятных, зато парни точно знали, что эта выходка всем запомнится навсегда. Ровно как и выцарапанная гвоздём надпись «Тут были Нигель и Саки!» на стене как мужского, так и женского туалета.
-----
— Ладно, тогда ещё смешно было, но вот нахрена мы в дачном домике по помидорам стреляли – этого понять не могу. Тогда угарно было, а если так подумать, то мы как два барана поступили.
— Ага, это ты ещё легко отделался, а меня из-за этих помидоров чуть не посадили под домашний арест. Ещё месяц потом выслушивал нравоучения от отца!