27 глава
— Итак, мы снова безработные, — громко вздохнув, произношу я, пока пристегиваюсь ремнем безопасности.
Гарри двигается с места, и я слышу звук шин. Я была приятно удивлена, когда узнала, что Стайлс сдал на права. На самом деле, я узнала это только сегодня утром.
— Да, получается, что это так, — пожимает плечами кудрявый парень, отрывая взгляд от дороги, чтобы посмотреть на меня, — кто знал, что они переезжать собрались?
Для нас всех это было неожиданностью. Только вот для детей - это приятная неожиданность, ну а мы с Гарри лишились работы, что не очень хорошо, знаете ли. Дети были просто в восторге от этой новости, поэтому пока они все радовались, мы с Гарри тихо ушли. Конечно, мы не забыли попрощаться, но этого, по-моему, никто не заметил.
— Джессика, а ты умеешь водить? — неожиданно спрашивает парень, возвращая взгляд на дорогу.
— Нет, и ты прекрасно знаешь это, — я закатываю глаза, смотря на дорогу впереди себя. Гарри понемногу сбавляет скорость, от чего мои глаза медленно расширяются.
— А хочешь научиться? — спрашивает он, хитро щурясь. Гарри останавливается на обочине и с ухмылкой смотрит на мое испуганное лицо.
— Брось, Гарри, ты же не думаешь, что я сейчас сяду за руль, верно? — с маленькой надеждой в голосе спрашиваю я, но, кажется, брюнет не собирается двигаться с места.
— Садись, — спокойно говорит он, расстегивая ремень безопасности. Я ошарашено смотрю на него и быстро качаю головой.
— Нет, Гарри! Я не сяду за руль!
— Давай, выходи, я скажу, что надо делать, — зовет меня парень. Он уже стоит у моей двери и выжидающе смотрит на меня.
Я вновь отрицательно качаю головой.
— Нет, я не хочу.
— Ну же, не заставляй меня силой доставать тебя из машины, — ворчит он и открывает дверь. Черт, надо были её заблокировать.
— Не надо меня силой, просто давай поедем домой, — говорю я, пытаясь вновь закрыть дверь, но Гарри не дает мне этого сделать.
— А мы и поедем, только повезешь нас ты, — спокойно говорит он, будто бы в этом нет ничего такого.
Когда я долго не отвечаю, парень хватает меня за руку, насильно пытаясь вытащить из машины, но я сопротивляюсь, как могу.
— Гарри, я никогда не садилась за руль, и сейчас не собираюсь! — верещу я.
— Ты просто попробуешь. А теперь вылезай из этой чертовой машины! — ворчит он, и ему, наконец, удается вытащить меня,
— Хорошо, теперь садись за руль и пристегивай ремень, — более мягко произносит он, но это совсем не успокаивает мои нервы.
— Пожалуйста, давай ты сядешь за руль, и мы спокойно доедем до дома, ладно? — продолжаю просить я, Гарри рязъяренно смотрит на меня.
— Джессика.
Он, казалось бы, просто произносит мое имя, но он делает это таким серьезным тоном, что мурашки табуном прибегают по моей спине.
И я сдаюсь.
Быстро запрыгнув в машину, я пристегиваюсь, ожидая, когда Гарри сядет в машину. Черты его лица смягчились, и теперь он улыбается мне. Какого черта у него так быстро поменялось настроение?
— Гарри, я не виновата, если врежусь во что-нибудь, — предупреждаю я, на что парень усмехается.
— Хорошо, но тут не во что врезаться. Разве что только в елки.
— Ты недооцениваешь мои возможности.
Гарри смеется и громко выдыхает.
— Ладно, просто попытайся не угробить мою машину, хорошо? — говорит он, смотря на меня, в то время, как я смотрю на руль.
— Ничего не обещаю. Из меня водитель, как из тебя кондитер, — хихикаю я.
— К твоему сведению, я работал в пекарне, пока ты прохлождалась в Манчестере, — с важным видом произносит Гарри. Я чувствую, как мои щеки краснеют от возмущения.
— Прохлождалась? Гарри, я училась! — восклицаю я, ударяя по середине руля, от чего машина громко сигналит, и я вздрагиваю, громко вздохнув.
— Ладно, а теперь заводи машину, — меняет тему Гарри, и мне ничего не остается, как согласиться с ним.
— Эм, и что я должна для этого сделать?
Стайлс громко вздыхает, на секунду закрывая глаза.
— Что? Я предупреждала, что вообще ничего не умею, — напоминаю я, выжидающе смотря на парня. Он от чего-то улыбается, а я нахмуриваю брови.
— Переключи рычаг коробки из положения P, — говорит он, и я ошарашено смотрю на него. Что он только что сказал?
— Черт возьми. Вот, смотри, это рычаг. Переключи его с P на D.
Я дрожащей рукой дотрагиваюсь до рычага и делаю то, что он говорит. Затем я снова перевожу свой взгляд на него, и парень закатывает глаза, принимаясь показывать мне, что да как. И только спустя пару минут мы двигаемся с места. С черепашечьей скоростью, правда, но двигаемся.
— Вот, а теперь выровняй руль, — указывает мне Гарри, но, видимо, я не выполняю его поручение, когда он сам кладет руку на руль и крутит его в нужную сторону.
— Это не так страшно, верно?
— Если бы здесь был хоть один человек, гарантирую, я бы сбила его. Даже если он был за километр. Даже если бы он попытался убежать в лес. Я слишком невезучая, поверь мне.
— Ты явно всё утрируешь, — хихикает он, — прибавь немного скорость.
— Нет, иначе мы разобьемся, а я ещё не забронировала себе место на кладбище. А ещё мне надо найти себе мужа, нарожать детей и..
— Джессика, я прошу тебя прибавить скорость на пару километров в час, а не ехать 150, — Гарри громко смеется, смотря вперед себя, на дорогу, — мы едем слишком медленно, и если по дороге встретятся копы, то нам настрочат штраф. У тебя есть лишние пятьдесят баксов?
Я закатываю глаза, но все же немного сильнее надавливаю на педаль газа. Но внезапно впереди меня появляется автомобиль. От страха, я быстро нажимаю на тормоз, и машина резко останавливается, так что я чуть не врезаюсь в лобовое стекло.
— Черт возьми! Джессика! — громко вскрикивает Гарри. Из-за своего роста он ударился головой о крышу машины.
— Но там машина была! — также громко отвечаю я и вскидываю руками. Парень осуждающе смотрит на меня, а затем переводит взгляд на дорогу. Конечно, машина уже уехала, но я точно больше не поеду никуда сама.
— Давай поменяемся обратно? — мягко прошу я, смотря на то, как Гарри чешет ушибленное место. Он громко выдыхает и пялится на меня.
— Да, так будет лучше, — соглашается он и выходит из машины. Давно бы так.
Мы быстро меняемся местами, и вскоре я уже сижу на пассажирском сидении. Гарри заводит автомобиль, и мы быстро двигаемся с места. Внезапно я чувствую вибрацию телефона, лежащего у меня в сумочке. Я тут же принимаю вызов, когда вижу на экране фотографию мамы.
— Мам? — отвечаю я, Гарри удивленно косится на меня, но я игнорирую его взгляд.
— Доченька, привет, — бодро говорит она, — как ты?
— Всё, эм, в порядке, — проговариваю я, опуская подробности про Лиама и про то, что меня чуть не изнасиловали. Про это всё ей необязательно знать.
— На самом деле, я звоню по делу, — я слышу как мама прокашливается, после чего продолжает, — мы с твоим отцом собираемся приехать.
Я расширяю глаза и вновь замечаю на себе взгляд Гарри, но не поворачиваю голову.
— Э-э, хорошо, когда?
— Не знаю, но, скорее всего, четырнадцатого. Вы же не будете заняты, верно? — отвечает мама.
— Нет, мы не будем заняты, — говорю я и киваю, хотя знаю, что мама не увидит этого.
— О, замечательно, — я могу почувствовать, как она улыбается, — ладно, милая, мне пора идти. Я позже позвоню, хорошо?
— Да, мам. Пока.
Мама отключается первая, и я уже хочу убрать телефон в сумку, но тут замечаю один пропущенный звонок. Мои глаза вновь расширяются, и я ошарашено смотрю на Гарри. Он, наконец, оторвал взгляд от меня и смотрит на дорогу.
— Лиам звонил, — говорю я, и парень хмурится, но не поворачивает голову.
— Давно? — спрашивает он.
— Эм, час назад.
Парень пожимает плечами, и на секунду отрывает взгляд от дороги, чтобы посмотреть на меня.
— А если что-то серьезное? — тихо шепчу я, но уверена, что Гарри слышит.
— Так перезвони ему, — просто отвечает брюнет, вновь пожимая плечами.
— К твоему сведению, я это и собиралась делать, — я закатываю глаза. Очевидно, что я не собиралась убирать телефон обратно в сумку, забыв про собственного брата.
Я набираю номер, и Лиам отвечает только через несколько длительных гудков.
— Да? — хрипло проговаривает он. Такое ощущение, что он спал. Надеюсь, я не разбудила его.
— Ты звонил? Что-то произошло? Тебе хуже? — лепечу я, чувствуя на себе хмурый взгляд Гарри. Что? Я просто очень беспокоюсь за своего брата.
— Эм, ты можешь дать мне поговорить с Гарри? — спрашивает он.
Видимо, брюнет всё слышал, так как тут же остановился на обочине. Он протягивает руку, забирая у меня телефон, а дальше я слышу только отрывки их диалога.
Когда Гарри вешает трубку, я тут же набрасываюсь на него с вопросами, поэтому он не торопится сдвинуться с места.
— Он просто спросил меня, где находится обезболивающее, — отвечает Гарри, пожав плечами.
— Зачем ему обезболивающее? — хмуро спрашиваю я.
— Как говорил мой препод по биологии «танцуй от термина». Его гематома всё еще не прошла, Джесс, — хихикает он, не мне что-то не особо смешно.
— Хей, расслабься, Лиам также сказал, чтобы я сводил тебя
куда-нибудь. Поэтому мы едем в кафе.
— Он не говорил этого, верно? — щурюсь я, слегка улыбаясь.
— Да, но мы все равно поедем в кафе, я жутко хочу есть, — продолжает хихикать Гарри и заводит двигатель. Вскоре мы двигаемся с места.
— Но я могу приготовить что-то и дома, — протестую я, кладя телефон обратно в сумочку, предварительно включив громкость на максимум, на случай, если мне кто-то ещё раз позвонит.
— Хм, может, в MacDonald's? Давно там не был. Как ты относишься к бургерам? — задумчиво спрашивает Гарри, полностью игнорируя мою предыдущую реплику.
Ладно, выбраться куда-то - не такая уж и плохая идея.
— MacDonald's? Отлично! — киваю головой я, на что брюнет громко смеется.
— Хм, что это за песня? Сделай погромче, — прошу я, когда слышу знакомые звуки, доносящиеся из магнитолы.
— Тебе нравится рок? — удивленно спрашивает Гарри, когда видит, что я начинаю подпевать.
— Это не совсем рок, знаешь, это скорее... ой, погоди, припев! — вскрикиваю я, потрясывая плечами, на что парень заливисто смеется и делает ещё немного громче, — Pain!
You made me a, you made me a believer, believer!
Я кричу на всю машину, и, скорее всего, это слышно даже с улицы, но мы едем по пустой дороге, так что всё в порядке. Гарри не может перестать смеяться, глядя на меня, но я не обращаю на это внимание и продолжаю петь и кое-как танцевать.
— Pain! I let the bullets fly, oh let them rain
My luck, my love, my God, they came from… Pain! — кричу я во весь голос и торжественно поднимаю руки вверх,
— Ну же, давай, подпевай! — я обращаюсь к Гарри, смотря на его озорную улыбку. Он старается смотреть на дорогу и не смеяться, но у него не получается, и в итоге он смотрит на меня и громко хохочет. Я даже не знаю, что громче: то, как он хохочет, или то, как я пою.
— Я не знаю эту песню! — кричит мне Гарри, пытаясь перекричать музыку, которая играет почти что на полную. Не знаю, почему наши барабанные перепонки еще не лопнули.
— Ты, должно быть, шутишь! — удивленно вскрикиваю я, — как ты можешь не знать этой песни?
Гарри не отвечает, и я продолжаю подпевать и двигать плечами. Машина неудобное место для танцев, знаете ли.
— I was choking in the crowd,
Living my brain up in the cloud,
Falling like ashes to the ground,
Hoping my feelings, they would drown, — пытаюсь петь я, удивленная тому, что всё ещё не сорвала голос.
Я боковым зрением вижу, как Гарри открывает текст на телефоне, ещё
как-то поспевая управлять машиной. Уму не постижимо. Когда я сидела за рулем, не могла даже в бок посмотреть, а он смеется, пялится на меня, да еще и сейчас петь собирается.
— But they never did, ever lived, ebbing and flowing
Inhibited, limited
Till it broke up and it rained down
It rained down, like… — поем мы с Гарри в голос, мой язык немного заплетется. Парень останавливается на обочине, понимая, что мы попадем в аварию, если он так невнимательно будет водить.
— Готов? — спрашиваю я, прямо перед припевом.
— Да! — громко отвечает он, смотря на меня. Я вижу искорки веселья и счастья в его глазах, и не могу не обратить внимание на его ямочки на щеках, которые сейчас глубже Марианской впадины от его улыбки.
— Pain! You made me a, you made me a believer, believer, — кричим в унисон мы с Гарри. Он восторженно вскидывает руками и прикрывает глаза. Мы и смеемся, и как-то успеваем петь. Это невероятное чувство свободы, которое сейчас накрыло нас двоих,
— Pain! You break me down, you built me up, believer, believer
Pain! I let the bullets fly, oh let them rain
My luck, my love, my God, they came from… Pain!
Песня резко обрывается и включается проигрыш. Ненавижу радио за то, что они считают, что дослушивать песню до конца нам необязательно, и обрубают ее почти что на середине.
Мы с Гарри тяжело дышим, но продолжаем смеяться. Мы только что, просто так, устроили мини-концерт, предназначеный только для нас двоих. И.. внутри меня сейчас фейерверки.
— Ты знаешь, что мы сумасшедшие? — сквозь смех, спрашивает Гарри, восторженно смотря на меня.
— Да, но я куда более сумасшедшая, — я решаю с ним немного поспорить, наблюдая озорной огонек в его глазах.
— Не-а, а вот и нет, мы оба одинаково чокнутые, — Гарри улыбается, еще больше обнажая свои ямочки.
Я довольно киваю, будто бы горжусь этим. Хотя, почему бы и нет?
— Да, согласна, мы оба больные на голову, — я смеюсь и кручу пальцем у виска, скрещивая глаза у носа.
Наш смех заполняет всю машину.