Львиное сердце
Маленький синенький молитвослов с католическим крестом, крепко сжимался пальцами Виктории. Произнося молитву, вчитываясь в её текст и воспроизводя в голове события описанные в «Символе Веры», Виктория стояла спиной к двери.
—И воскресшего в третий день по писаниям, и вошедшего на небеса...
После этих слов скрипнула дверь. Вошёл Ричард, и уже открыл рот в желании, что-то сказать, но слыша шёпот жаркой молитвы поджал губы.
Молитва была закончена. Молитвослов захлопнут. В движениях девушки появилось что-то новое. Тихое спокойствие, которое выходило на первый план, точнее читалось в лице, скрывало явное душевное беспокойстве, даже терзание.
Наконец, глаза девушки поднялись на оруженосца. Она заметила, как его растерянный взгляд пробежался по ней и как-будто не узнал её. Теперь уже Виктория наградила его, своим растерянным взглядом — ей казалось, что она всегда была такой, и ничего не менялось.
Белый и воздушно-нежный платочек покрывал прилежно причёсаную рыжую головку. Руки хотели прикоснуться к плечам, а голова прижаться к груди, но Алва лишь отошла на шаг, держа дистанцию.
—Скажите, вы любите меня Ричард?
—Я любил и люблю.
—Но, вы не сказали, кого.
—Если я нахожусь в этой комнате, то определенно тебя... —Его рука потянулась к милому личику, но девушка взмахнула ладонью, крича этим жестом «не прикасайся».
—Тогда, почему ещё не убили отца?
Ричард замолчал. Он откровенно не понимал, что за бред вообще происходит. Как такие слова, может произносить его прекрасная Виктория, с которой ещё неделю назад, и даже меньше, он мог спокойно обсудить все темы, рассказывать ей всё, что угодно и не говорить чопорное «вы», вместо тёплого и доброго «ты».
—Вики, ты больна? Тебе не хорошо?
Как же глупо прозвучал голос Ричарда в этот момент. Но что же ему ответить? Если б она не была настолько дорога оруженосцу, настолько любима и мила, то может быть, он убил бы и её, прямо сейчас. Достал бы острый клинок, и воткнул прямо в живот, затем развернулся, ушёл, и даже не вспомнил. Но, слава Богу такое не возможно.
—Ричард, зачем ты меня мучаешь? Мы приняли тебя в дом. Ты ешь ту еду, что и мы! Пьёшь, ту воду! —Девушка развела слегка дрожащими руками, и на шаг подошла вперёд. —Почему?... Почему не убил Рокэ и меня?
—Потому, что люблю тебя.
Его руки быстро потянулись к её, в желании схватить и переплести их пальцы друг с другом, тем самым успокаивая и себя и девушку, но та быстро и судорожно убрала руки за спину.
—Нет! Любил, сказал! Сказал бы! —Перешла на крик Виктория. —Скажи спасибо, что отца нет дома, иначе он бы убил! Убил тебя первым!
Ричард не стал слушать крики и возгласы. «Достаточно» — подумал он и поцеловал девушку со всего размаху.
Но та, отвергла его. Это был холодный и полный страха взгляд. Она прожгла его, глядя в самую душу. Зрачки, чёрные и бездонные, нервно бегали в непонимании куда им деться.
Он ушёл. Хлопнул дверью, а Виктория упала на колени. Как будто она почувствовала ударную волну,которая сбила её с ног. Всхлипы сильной и гордой девушки, тихо родились в пустой комнате. Она ударила кулаками по полу и лбом прижалась к своему телу, пряча длинную шею.
Рокэ уехал на время, через час он вернётся и всё будет решено. Отец или Ричард? Точно не бездействие.
Собрав оставшиеся и походу последние силы, девушка забежала в кабинет своего отца. Судорожно ища огнестрельное оружее, она нашла что-то похожее на то, что когда то видела у Рокэ в руках. Он не учил её, как обращаться с этим оружием, но незамысловатый вид предмета говорил сам за себя. Виктория не поняла, почему странное сооружение лежало под стеклом. «Наверно, очень важно для отца.»—Подумала она, и побежала к себе в комнату. Крепко привязав убийственную машину к ноге тем, что нашла у себя в шкафу, девушка выбежала из комнаты.
—Ричард! —Крикнула она с высоты второго этажа, видя, как он со шпагой на перевес выходит из поместья.
Ричард лишь оглянулся, но даже не посмотрел на неё. Его взгляд прошёлся где-то рядом, оставив только неприятное ощущение. Но, всё же на долю секунды его глаза поднялись и на Викторию. Также прожигая взглядом, он прощался. Но прощался не навсегда. Виктория продумала у себя в голове мотив, что после убийства Рокэ, он женится на ней и увезёт куда-нибудь, но куда уже не важно. Девушка сама испугалась той мысли, что может быть это и было её самым сокровенным желанием.
Пуля не могла рвануть так быстро, как Виктория в этот момент. Девушка встала перед ним, глупо, но пытаясь остановить его, та упиралась руками в его грудь.
—Ричард, Ричард! Послушай, Ричард! Что ты делаешь?? Что ты хочешь, сделать! Говори, сейчас же! Говори! —Она ударила его кулаком в грудь, но тот лишь вновь одарил звериным взглядом её. Стало ясно, вот и настал час расплаты. Скрываться от дуэли не возможно.
—Я приду за тобой. Кто то из нас один явится в этот дом.
—Ричард, нет! —Виктория чуть не охрипла крича эту фразу. Она думала, её услышат если она будет говорить громче, но нет.
Насупившись и полностью недовольный, он оттолкнул девушку, отвергая ее от себя. Вики упала на пол. Пальцы сами вжимались в деревянный пол. Она не понимала, почему? Почему нельзя остановить этот кошмар!
Быстро метнув свой зоркий взгляд в сторону потайной двери, Виктория дождалась пока Ричард сядет на коня и немного отъедет.
Она была полностью одна, никто из слуг даже не подбежал поднять её, ни отца ни любимого, рядом не было никого, кроме оружия. Окольными путями, пуская Ричарда вперёд, девушка царапала и себя и лошадь не желавшую идти такой странной дорогой. Деревья и колкие кусты, конечно же не знали жалости, потому что и не знали любви. Пока Окделл спешил в неизвестном направлении для девушки, хотя конечно же сам знал, куда уехал Алва, Вики выглядывая из кустов стараясь быть не замечаной, испытывала жжение неизвестных растений, которые колко впивали в кожу свой сок. Но эта боль была абсолютно ни чем по сравнению с той, что ей предстоит испытать.
***
—Вот вы и готовы, Окделл... Столько лет ненависти.—Рокэ усмехнулся, проверяя на сколько острый клинок. —Как вы не лопнули от такого напора?
—Я не буду исповедоваться перед вами!
Решительные глаза, словно в них таилось предсказание будущей смерти господина, словно он заклинает на смерть его, смотрели с такой ужасной ненавистью, что словами передать навряд ли это возможно. Ещё больше, Ричарда злила усмешка Рокэ. Как можно смеяться, когда прямо сейчас можешь умереть?! Как можно быть спокойным, когда в Библии написано «Не знаешь ни дня ни часа... Не клянись, ибо не можешь сделать ни одного своего волоса ни белым ни чёрным.» А Рокэ будто бы клялся! Будто обещал, что выживет.
При упоминании в своих мыслях Библии, Ричард мысленно попросил прощения за свои грехи и вспомнил Викторию. Её белый образ с молитвословом, но он почему-то, не помолился о ней.
Битва началась стремительно и быстро. Оружие встретились друг другом словно целуясь и издавая характерный звук. Все силы Ричарда ушли в его одну руку. Не было времени ни о чем думать. Жизнь или смерть — ничего не видно.
Ричарду вокруг показалось, что на холме рядом, за спиной Рокэ стоит Виктория. Она конечно, могла знать, на какой поляне мог отдыхать Рокэ после сложных битв, но почему-то Ричард был так уверен, что Алва рассказал об этом месте только своему оруженосцу.
Списав это всё на мираж, парень вдруг получил ранение поперёк всего тела. Ещё бы чуть-чуть и он был бы разрезан на пополам. Ему не стоило отвлекаться.
Изменив свою тактику, и начав нападать, он был уже близко, коснулся груди Рокэ шпагой, но что то так заныло у самого в сердце, что тот остановился. Он не хочет быть убийцей отца Вики, не зря был этот мираж! Он исправится!
Поздно. В воздухе раздался «Бах» да и непроизвольно грудь сама вдохнула воздух. Больно в двух местах. Рокэ проткнул юноше живот, а рядом дырка от пули.
Жизнь оказалась так коротка, так хороша и мила! Воздух показался таким сладким, солнце таким ярким, даже слепящим! Боль даже забылась на секунду. Ричард чуть сам не стал убийцей. Опереди он на секунду Рокэ, всё было бы иначе.
Дышать хочется, пить. В глазах уже темнеет, а видеть хочется! Не хочется покидать этот мир! Не хочется! Нет! Так светло было секунду назад! Последним в своей короткой, не столь яркой жизни он вспомнил Бога, вновь попросив прощения, и Викторию. Он хотел прошептать молитву, но поздно, мой Ричард! Поздно...
Рокэ нервно обернулся. Вики и вправду стояла на холме. Дыхание спёрло в груди, дышать стало тоже так тяжело. Девушка упала на колени.
—Моё львиное сердце! Моя дочь! Чем ты убила его?
—Я не убила, я... Я!... Вы первый!
Нет. Виктория первая выстрелила, а значит и убила именно она. Она выстрелила как и хотела,правильно, в Ричарда, видя, как тот убивает отца. Она не выбирала никого из них, она не задавала вопрос себе «кто?»., просто выстрел.
Она начала задыхаться. О! Моя бедная Вики! Откуда ей знать, что он взяла отравленное оружее! Не зря оно было в стекле!
Рокэ оставил его, пропитал ядом весь внешний его вид. Это было его реликвией, гордостью.
Душно. Жарко. Вики уже не слышала, как отец подбегает к ней. Она скатилась вниз прямо к трупу Ричарда.
Похоронены они были на этом же месте. Вместе. Вдвоём.
«Более же всего имейте усердную любовь друг ко другу, потому что любовь покрывает множество грехов.» (1-е Петра 4:8).
Ребяяят, слово от меня! Вижу, эта история вам зашла, да и мне очень полюбилась. Я могу сделать проду ещё продумав сюжет! (Если хотите, конечно, так как планировалось, что б это была последняя глава, но не смогу отказать не себе не вам, в продолжении. Если нужна связь то тг: @zlata70)