Пролог
Каждый хоть раз в жизни ощущал на себе всю силу предательства. Это не зависит от того, сколько тебе лет или как много трудностей ты преодолел. Нет! Дело совсем не в этом!
Многие, ощутив силу этого разрушающего чувства больше не могут открываться людям и показывать свои чувства другим, зная, что это может убить. Не физически - морально.
Я никогда не сравнивал физическую боль с душевной, и людей, которые спорят на этот счёт, категорически не понимаю. Ведь терпеть какую-то боль, нанесённую на тело - это одно, а восстанавливать шрамы, которые годами не затягиваются на сердце - совершенно другое.
Я стал одним из тех, кто ощутил эту разрушающую силу и больше верить людям не хочу. Может, именно поэтому ухожу и больше не хочу возвращаться туда, где нет её.
Я надеюсь, вы не оставите мою малышку на верную погибель. Вырастите из неё настоящего нефилима.
Моя вера в вас не умерла, поэтому я оставляю дочь вам.
Валентин Моргенштерн.
20 октября 2004 года.
***
Холодный осенний ветер развивал рыжие волосы девушки, стоящей у одинокого дерева, от чего они казались языками пламени, пляшущими в ночном костре. Её изумрудные глаза устремились на пожелтевшую от времени бумагу с загнутыми уголками. Она снова и снова читала эту записку уже который раз, как-будто она способна ответить на главные вопросы её жизни, но этого не случалось. "Жаль, что бумага не умеет говорить!"- подумала девушка и сложив записку, сунула её в карман.
Девушка всё чаще думала о том, что всё написанное в этом странном послании она, по иронии судьбы, испытала на себе, но только в двойном объёме. Но тут же ей на ум пришли по очереди образы тех людей, которые её вырастили и любили. И она тоже их любила, но они иногда не понимали её. Видимо сказывалось разное восприятие мира.
От мыслей девушку отвлёк телефон, вибрирующий в кармане. Посмотрев на экран, она растянула губы в едва заметной улыбке и ответила на звонок.
Голос в трубке что-то торопливо говорил, и девушка, сдвинула брови к переносице, пыталась разобрать суть слов.
-Из, я ничего не поняла,- отстранено ответила рыжеволосая говорившей,- но я скоро приеду, и ты мне всё объяснишь.
Собеседник девушки начал протестовать, но она уже сбросила вызов. В последний раз, устремив взгляд на подрагивающую от ветра гладь озера, она вздохнула и, развернувшись к нему спиной, решительно направилась в сторону подземки через безлюдный парк.