Светловолосый ангел

 Шло время, Гарри становился все круглее, а Снейп счастливее. Поттер все же написал своим друзьям и поговорил с Драко, рассказав ему новость о том, что у него скоро будет сводный брат. Пусть его вряд ли признают, но младший Малфой должен был знать. Люциуса же никто не видел с момента его «разговора» со Снейпом.

Когда Поттер был уже на седьмом месяце к нему неожиданно явился Добби, держа в руке письмо. Домовик явно был чем-то недоволен, протягивая ему конверт.

— Добби не хотел выполнять просьбу, но мне сказали что это важно, Гарри Поттер, сэр. — зеленоглазый маг удивленно вскинул бровь, но письмо взял.

Домовик тут же исчез, а Гарри достал листы бумаги, который подтверждали, что Люциус Малфой развелся со своей женой, отписав ей половину имущества в качестве отступных и документ, подтверждающий, что он признает будущего сына Гарри Поттера своим вторым наследником и надеется лишь на то, что ему будет позволено видеться с ним.

И помимо документов и сухого письма лежала короткая записка, которая заставила Гарри улыбнуться:

Я люблю тебя, мой маленький эльф. Прости меня.

Люциус всегда называл его именно так, когда они были близки. Но Поттер не думал, что Малфой действительно испытывает нечто большее, чем похоть. Так что письмо его обрадовало. И он написал ответ.

Так и началась переписка двух любовников. Гарри удивляло то, что Малфой не настаивал на встрече. А вот Снейп был не доволен тем, что Поттер так быстро простил Люциуса. Пусть маг и говорил ему, что знал на что шел, когда переспал с блондином, и не раз, но Северус был не согласен с этим. В конце концов парень был слишком молод, чтобы брать на себя ответственность. В отличие от Малфоя.

***

Он выгнулся, вскрикнув, когда в него вошел толстый, горячий член, а по спине мазнули волосами, оставив на этом месте щекочущее чувство и мурашки. Парень толкнулся бедрами назад, встречая очередной толчок мужчины, подбадривая его двигаться сильнее. Зеленоглазый юноша выгибался все сильнее, пытаясь получить еще больше удовольствия, ведь в таком положении каждое движение члена внутри задевало простату. Он разочарованно застонал, когда из него вышли, а сильные руки перевернули его на спину, широко разводя ноги и вставляя сильно и быстро, на всю длину заполняя его сокращающуюся дырку. Он закричал от удовольствия, широко открыв глаза и глядя в серые омуты напротив, которые практически закрыли расширенные зрачки. Парень улыбнулся, протянув руки и притягивая любовника к себе, практически роняя его сверху и целуя, подаваясь навстречу толчкам. Он задрожал, когда ощутил, что удовольствие слишком сильное и излился себе и блондину на живот, выгнувшись и крича от интенсивности оргазма.

Гарри проснулся со стоном, видя, что на пижамный штанах расползается мокрое пятно. Он закрыл глаза ладонями, что-то пробурчав. Большой живот не позволял ему особо двигаться или заниматься самоудовлетворением, так как ему было реально неудобно, но вот сны справлялись со свей задачей, отчего он кончал в штаны каждое утро, с тоской вспоминая сильные руки Люциуса, которые часто обнимали его во сне.

Но Малфой продолжил лишь писать, что сильно расстраивало Гарри. Пусть и письма были весьма личными и явно демонстрировали интерес блондина в нем, сам мужчина не просил о личной встречи. Когда Поттер уже стал выглядеть расстроенным, Снейп решил узнать в чем проблема. И когда Гарри, краснея, рассказал ему, то он рассмеялся. Зеленоглазый маг даже растерялся в начале, а потом обиделся, попытавшись уйти из комнаты, но Северус решительно остановил его, схватив за руку.

— Все хорошо, Гарри, просто Люциус начал традиционные ухаживания для магов с наследием. Он хочет, чтобы ты стал его партнером официально, он все же Вейла, у них с этим строго. — Поттер ошарашенно уставился на него.

— Но у нас уже будет ребенок, не поздно ли начинать ухаживания?

— Нет, если он хочет заключить брак. — Гарри застыл, с открытым ртом, отчего Снейп опять рассмеялся. — Да, Люциус явно пытается загладить вину перед тобой.

— А в чем он виноват? — спросил он.

— В том, что пытался сделать из партнера постельную игрушку. — жестко ответил ему Снейп. — И я не потерплю подобного отношения к тебе.

— Вы поссорились? — спросил он, внимательно глядя на Северуса.

— Что-то в этом роде. — уклончиво ответил зельевар. — Но не переводи тему разговора. Тебя устраивало такое отношение к тебе? — Поттер фыркнул, скрестив руки на груди.

— Я давно не слушаю слова людей, их поступки значат намного больше. То, как Люциус ко мне относился наедине говорило больше, чем он сам. Я чувствовал, что он не просто хочет меня как любовника. Но думаю, что он боялся признаться в подобном и не хотел менять ничего в своей устоявшейся жизни. — Северус удивленно глядел на своего подопечного. — С тобой было так же, ты шипел на меня, ругал, наказывал, но всегда помогал и спасал мне жизни. Иначе бы я не считал тебя отцом. — Снейп в шоке уставился на Гарри.

— Ты считаешь меня своим отцом? — Поттер кивнул, улыбнувшись. — Ладно, я должен подумать об этом... — прошептал он, уходя из комнаты под смех Гарри.

Зеленоглазый маг уселся поудобней, гладя свой большой живот. Он скучал по времени проведенному с Малфоем. Им было хорошо вместе, пусть блондин и сопротивлялся их притяжению до последнего. Зато теперь у них может все получится. Гарри надеялся лишь на то, что причина подобного изменения не в его животе находится.

Так он и уснул, держа руку на животе и греясь от пламени камина. Когда из очага вышел незваный гость он так и не проснулся. Мужчина тихо приблизился к хозяину поместья и встал возле кресла на колени, с жадностью разглядывая тело и лицо эльфа.

Люциус Малфой, а это был именно он, безумно скучал по своему мальчику. Конечно, он совершил ошибку в их отношениях, не желая переводить их в ранг «серьезных», но теперь ему дали шанс на большее. И не только на новую счастливую семью и сына, но и на партнера и любовь. Что до сих пор не укладывалось у волшебника в голове. Гарри заерзал, ощутив пристальное внимание со стороны и медленно открыл глаза.

Зеленые глаза встретились с серыми и они молча пытались что-то разглядеть друг в друге. И, видимо, увидели то, чего желали. Блондин медленно наклонился к парню, застыв у самых его губ, ожидая отклика. И Гарри не разочаровал его, сократив последний сантиметр между ними и прикоснувшись невесомым поцелуем к его губам. От провел рукой по его щеке, моргнув и улыбнулся, вновь поцеловав Малфоя, но уже глубже, более страстно.

Поттер застонал, тут же начав возбуждаться, все же его организм сейчас был полон гормонов и он целовал того, кто заводил его очень сильно даже во сне. Так что ничего удивительного в том, что Гарри кончил в тот момент, когда Малфой провел рукой по его животу, слегка задевая возбужденную плоть сквозь домашние брюки.

— Такой чувствительный. — зашептал Люциус, гладя своего эльфа по животу и ощущая толчок от ребенка. — Маленький мой, прости, что я так поступил с тобой. — Гарри улыбнулся, смущенно покраснев от того, что вновь ощутил возбуждение.

— Давно простил, Люциус. Пойдем в кровать, а? Мне так тебя не хватало. — Малфой улыбнулся, подняв его на руки и вопросительно глядя на парня.

Он стал указывать путь в спальню и довольно скоро его уложили в кровать и раздели, с жадностью смотря на обнаженное тело с круглым животиком и колом стоящим членом. Малфой улыбнулся, разведя ноги парня и уселся между ними, проведя ладонями по внутренней стороне бедер.

— Что ты хочешь? — тихо спросил Малфой.

— Хочу тебя внутри. — простонал парень и Люциус улыбнулся, повернув Гарри на бок и подняв его ногу, чтобы открыть себе доступ к тугой дырке Гарри.

И их прервал стук в дверь. Поттер простонал что-то недовольно, но стук повторился, и голос Снейпа что-то недовольно заговорил. Малфой закатил глаза, укутав своего мальчика в одеяло и отправился открывать дверь своему, возможно бывшему, другу.

— Никакого секса до родов. — тут же припечатал Северус. — Так что воздержитесь от подобного, будьте добры, если не хотите повредить сыну. — Гарри что-то простонал, уткнувшись горящим от смущения лицом в подушку. — В конце концов есть оральный секс, вот в этом не буду вас ограничивать. — с ехидной усмешкой закончил он, развернувшись.

— То есть мы не сможем заключить брак, пока он не родит? — уточнил Малфой. Снейп резко развернулся, а Гарри приподнялся, удивленно глядя на Люциуса.

— Нет. Хотя есть один ритуал не требующий подтверждения, но не думаю, что ты на него согласишься.

— Почему? — спросил Малфой, приподняв вопросительно бровь.

— Потому что в таком случае он будет весьма строг для тебя. Никаких измен и только смерть разлучит вас.

— Я согласен.

Стоит ли говорить, что никто не ожидал от Малфоя такого решения?