27
MILOKHIN:
Хлопает дверью. Сука.
Хочется бить и кричать от злости, неправильный выбор завел меня в тупик. Секунда и парта полетела в другой конец кабинета, а кулаки ударились об шкаф.
Руки начали кровоточить, но меня это мало волновало. Моя Юля. Моя Юля ушла.
**
Не успеваю зайти в кабинет, как меня останавливают парни.
— Слышали, ты за Гаврилину заступился? — они подозрительно смотрят — Это правда?
— А я вижу у Насти рот не закрывается — как же раздражает эта стерва — Правда.
— Че с тобой происходит, Милохин? — одноклассники стояли, окружив меня и все взгляды были направлены на нас. Даже Юля смотрела.
— Перестаньте к ней лезть — откидываю руку, которую парень положил мне на плечо и ухожу с толпы — Уже зашло слишком далеко.
Но не успел уйти, как меня возвращают обратно.
В центре героев был одноклассник Алекс, с ним Дима с Андреем, а позади остальные.
В этой массовке был и Артур с Егором, которые хотели вмешаться, но я их остановил.
— Я же говорил, что он неровно дышит к тихоне! — Смирнов вновь пытается задеть меня этим.
— Тебе мало было прошлого раза? — перевожу на него взгляд, намекая на нашу драку — Вы щас что, подраться со мной хотите, смельчаки?
— Эй — Алекс толкает меня в плечо — Ты не забывай, что мы тут не одни. Или ты считаешь себя Джеки Чаном? Осилишь толпу?
— А ты способен на неравносильную драку? — усмехаюсь — Не стыдно будет после слухов, что поодиночке вы ничего из себя не представляете?
Алексу явно это не понравилось и он начал драку первым. Ударил в зону щеки. Моё терпение лопнуло.
Я перехватил его руку и вывернул, на что он упал, а я сверху стал наносить удары.
Завязалась сильная драка, где я вымещал всю накипевшую злость. За Юлю.
— Милохин, успокойся — Артур пытался нас разнять, но я никого не слышал — Он может умереть!
Никого не слышал. Пока она не подошла.
— Прекрати, Даня! — после сказанного я резко замер и перевел взгляд на девочку.
Юля стояла среди толпы и плакала. Опять. Снова.
В момент я почувствовал себя монстром и жутко виноватым перед ней. Резко отскочив от парня и осмотрев свое и его кровавое тело, подошел к ней и закрыл глаза одной рукой.
Ей нельзя это видеть. Нельзя здесь быть.
— Чтобы с этого дня никто не подходил к ней! — кричу и осматриваю каждого в классе — Я предупредил!
Беру маленькую за руку и вывожу из класса, направляясь на выход из школы.
Блондинка все также не открывает глаза, а я одной рукой прижимаю её к себе и отпускаю только тогда, когда мы оказываемся на улице.
— Ты в крови.. — девочка протянула ко мне дрожащие руки, но боялась прикоснуться — Зачем..?
— Снова захотел ощутить то, как ты обрабатываешь мои раны — сквозь боль улыбаюсь, лишь бы она не плакала.