18
GAVRILINA:
— Давай забудем всё это. — блондин почесывал голову, смотря в пол — Сделаем вид, будто мы и не общались.
— Тебе не понравилось? — ну с чего такой резкий перепад?
— Дело не в этом, Юль — он сделал небольшую паузу, пытаясь собраться с мыслями — Ты очень хороша, даже слишком.
— А в чем тогда? — обида взяла вверх — Ты просто воспользовался мной и бросаешь после полученного!
— Юль.. — его глаза были полны грусти, но понять почему он расстроен, если сам всё начал я не могу.
— Что?! Что ты хочешь сказать?! — я переходила уже на крик — Я чувствую себя в данный момент такой грязной.
— С тобой было хорошо, но я тебя не люблю — слова сильно задели и сердце больно сжалось.
— Как ты мог..? — по щекам скатились горькие слёзы, что заставили мои щеки гореть.
— Прости, — он смотрел в мои глаза, а я лишь размыто видела его образ — С самого начала не было никаких чувств к тебе.
— Ты такой...такой подлец! — ещё чуть-чуть и у меня начнется истерика — Как же противно с тебя!
— Понимаешь, мы бы и так не смогли быть вместе — он отвернулся от меня и смотрел в окно — Ты тихоня, которую любят задирать мальчишки, а я..
— А ты красавец всей школы, которому важнее статус, чем чувства к девушке?! — хотелось бы получить отрицательный ответ на вопрос, но было совсем по-другому.
— Да, маленькая — если раньше это прозвище казалось милым, то сейчас крайне омерзительным и колким.
На минуту мы замолчали. Каждый был окутан в свои мысли. Я пыталась принять и разжевать всю ситуацию в голове, но Даня решил добить меня до конца.
— Мне нравится другая — каждым словом он вонзал нож сильнее и сильнее.
— Кто?
— Настя — он назвал одну из одноклассниц
— Тогда почему ты общался со мной, но ни разу не контактировал с ней?!
— Не знаю, это было развлечением.
— Просто игры..?
— Просто игры.
— Мне очень больно сейчас. — ощущения были странными — Не могу осознать, что ты оказался таким ублюдком.
— Прости, маленькая моя.
Милохин молча подошел и прижал меня к себе. Теперь я точно не смогла контролироваться и все эмоции вышли наружу. Он гладил меня по волосам и обнимал так, будто и не хотел прощаться. Наверное, я настолько идеализировала его образ, что теперь ищу каждому плохому действию оправдание.
MILOKHIN:
Если и начал, то надо до конца. Нужно сделать так, чтоб она ненавидела меня и никогда не смогла простить. Сквозь боль, я таранил малышку всеми возможными способами. Пришлось переключить внимание на первую попавшуюся в голову одноклассницу, чтобы дать Юле понять всю серьезность.
Девочка плакала, смотря на меня, а я чувствовал как сейчас ей обидно, потому что у самого тоже самое.
Одни её слова мне засели в голову и заставили задуматься.
« — А ты красавец всей школы, которому важнее статус, чем чувства к девушке?!»
Ведь Гаврилина права. Я как дурак выбрал свое положение в школе вместо отношений с любимым человеком. Теперь буду страдать. Будем страдать.
Не в силах терпеть, я обнял её, не желая отпускать и вовсе. Мелочь плакала мне в плечо, вцепившись в футболку, а я уткнулся ей в волосы, чтобы в последний раз чувствовать родную рядом.
Это был наш конец.