8 Глава
Аверна
Наступило ещё одно утро. Утро не наполненое болью. Хотя как потом окажется, рано я начала радоваться. Решила побаловать себя чаем. Думаю никто не будет против моего появления на кухне. Тем более после атаки и библиотеки мало что могло измениться. Уверенна ни девушка ни тем более Ран не расскажут, что я такое на самом деле.
Подходя ближе к библиотеке услышала тихие смешки, кажется кто-то из девушек уже с утра веселится. Надеюсь я никому не помешаю.
Сначала я не поняла о чем говорит мне Ники, но когда я увидела в её руках нечто напоминающее.... даже не знаю, что это такое.... Не успела я убежать, а зря. Такой подставы я точно не ожидала. Но то что я почувствовала, активировало мое умение. И вот тогда я поняла, кто действительно виноват в случившемся. А почувствовала я злость, всего лишь каплю страха, а самое главное....
БОЛЬ
Последний раз я чувствовала боль, когда меня заставили узнать и принять всю правду о моем существовании. Тогда я думала лишь о том что хочу умереть, лишь бы больше не ощущать подобного. Но как оказалось, за меня уже все решили ещё на стадии зачатья. Уже тогда мне не нужно было вообще появляться на белом свете. А теперь мне просто поздно отступать. Слишком много было положено на кон ради моего рождения.
Как только кипяток коснулся моей кожи, я вспомнила как меня пытали, заставляя вспомнить и принять всю правду о себе. А я лишь пыталась терпеть эту боль, которая казалось проникала глубоко в разум овладевая сознанием и пытаясь его контролировать. Я, будучи слабым человеком, пыталась не показывать как мне больно. И хоть лицо моё меня выдавало, потому что на тот момент я не умела скрывать все свои эмоции, да и гримаса боли иногда на нем проступала, от меня не услышали ни одного звука, тем более крика.
Хорошо что я вовремя успела закрыть лицо руками. Они как раз и приняли весь удар на себя, а ещё часть воды попала на оголённый участок живота. Это было невыносимо. Но я не произнесла ни звука лишь бы не выдать, на сколько мне больно. Кожа начинала слезать на глазах и это отчётливо ощущалось. От меня шёл пар, как будто я дымилась, как от огня, а не от кипятка.
Эти идиоты словно ничего не замечали. Они вообще на меня не смотрели. Лишь хлопали и смеялись над такой вообще не смешной шуткой.
Спустя несколько секунд бездействия, все таки решили посмотреть как я оценила их шутку. Это поняла потому, как на меня стали обращать внимания. С начало один сфокусировал на мне взгляд, затем другой, третий и так пока все не увидели масштаб своего проступка. А я просто стояла с широко раскрытыми глазами, смотря на свои руки, и вспоминала события, которые всплыли из-за этой боли, и которые пыталась забыть:
[Удар. Удар. Еще один Удар. Я находилась в какой-то камере глубоко под землей. Здесь было очень сыро, с потолка капала вода, а единственным источником света был факел вставленный в кронштейн на стене. Я висела над полом. Мои руки были в кандалах, цепи тянулись далеко в разные стороны крепляясь к стенам. Из одежды на мне были шорты и разорванная майка, которая неизвестно каким чудом ещё держалась на моих плечах не оголяя моей груди. Ноги ничем не были прикреплены, поэтому при каждом ударе я немного отлетала по инерции и возвращалась обратно, раскачиваясь ожидая следующего удара.
Удар. Снова Удар. Тварь, которая подчиняясь чьему-то приказу так на до мной издевалась, я не видела, да и не факт что смогла бы запомнить. А вообще то он вроде был маске. Так что тем более я не видела лица.
Ещё один Удар. А за ним следом ещё один. Так даже проще, когда не успеваешь подумать об одном, следует новый. Этот человек не задумываясь облегчает моё наказание. Плеть, которой наносились удары была сделана из конского волоса и сплетена в обычную косу. Об этом меня просветила тварь, которая сейчас как раз и наносила мне удары. Из-за крепкости и тонкости волоса, удары получались болезненнее, чем от обычной кожаной плети или прута. Она прорезала кожу, хлеще бумаги или даже хорошо наточенного ножа. Это было невыносимо. Но боль, оказывается действительно помогала вспомнить закрытые воспоминания.
Всего несколько дней назад я сидела на парах слушая профессора по латыни в медицинском колледже (на 1 курсе) и думала о планах на выходные дни. Думала как увижу свою маму, по которой невероятно соскучилась. Проведу с ней несколько выходных дней перед новой неделей занятий. Я так давно её не видела. И она мне что-то давно не звонила. Видимо времени нет. Но мы с ней каждую третью неделю месяца собираемся в маленькой кафешке недалеко от моей общаги и проводим добрую половину всего дня, рассказывая все случившиеся новости. Надеюсь она не забудет.
Латынь я любила. Было в ней что-то, что захватывающее. Её хотелось полностью изучить. И я уже делала в этом успехи. Даже мой профессор это замечал и всячески помогал в изучении. Давал нужные словари и другие книги.
Удар. С каждым разом становиться всё хуже, чувство буд-то с кровью из меня вытекает душа. Новый Удар. И лишь вспоминая, как все это со мной произошло, я немного отвлекаюсь от боли, от этого места, от этого жестокого человека, который на столько беспощадно надо мной издевается. И снова погружаюсь в свои воспоминания.
Среднего размера столы, за которыми могли поместиться наверное все 10 человек, всегда были заставлены едой. А мы с мамой сидели всегда на одной стороне и просто радовались, что снова увиделись. Громко смеялись, не обращая ни на кого внимания. Даже официанты, улыбались вместе с нами, когда мы смеялись над очередной шуткой или просто смешным моментом.
В эту встречу она была сама не своя, на её лице была гримаса отвращения. Ни тени улыбки. Не одной искорки в глазах. Одета она была в строгий костюм. Впрочем она всегда так одевалась, но на наши посиделки она одевала платья. Либо это были элегантные модели из какой нибудь новой серии. Либо просто летние платья в цветочек, которые невероятно ей шли. В этот раз от её костюма веяло холодом, что я даже невольно вздрогнула когда увидела её в этом черном костюме. На её лице был устрашающий макияж: на губах была помада бордового цвета, глаза подведены карандашом снизу и подводкой сверху, черные тени, которые казалось даже водой не смоются, и брови были подведены черным карандашом. Сама она была какая-то нервная. Глаза бегали, словно искали кого-то. Руки сотрясались в мелком почти незаметном треморе. Нога подёргивалась, выдавая дробь каблуком. Кстати каблуки она раньше никогда такие не одевала. Всегда носила либо скалу невысокую, сантиметров 10, либо вообще на сплошной подошве. А в этот раз на ней были каблуки в 18 сантиметров (на глаз), может и больше. Спина была прямая, словно она проглотила кол. Здесь было что то не так.
- Мама. - Окликнула я её, а она на меня посмотрела так, как будто я кого-то убила. В её глазах застыла ненависть и злоба. И почему-то я была уверена, что это относилось ко мне.
- Чудовище!!! - проговорила она и снова стала кого-то искать глазами.
Я опешила и уставилась на неё невидящим взором. Неужели она это сказала??? Что это значит???
- Мама? Что ты такое говоришь??? - Я не понимала, что на неё нашло и почему она это сказала. Но я точно знаю, что она не права. Я ведь ничего такого не сделала. За всю свою жизнь не обидела не одно живое существо.
Как же я тогда ошибалась, думая, что все мои воспоминания правдивы.
Когда глаза моей мамы переместились за мою спину, ко мне подошли и приложили какую-то тряпку с жутко пахнущей жидкостью. И моё сознание начало меня покидать.
Снились мне кошмары с моим же участием. Они сменялись как кадры фильма. То я стою над человеком с кровавой катаной, а этот человек с глубокими ранами истекает кровью и я уже знаю, что он мёртв. Потому что это я его убила.
Следующий кадр: маленькая девочка со слезами, пытается убежать, а я просто надвигаюсь на неё не спеша, лишь нагоняя ещё больше страха. А в следующую секунду её голова лежит отдельно от тела, а моя рука в крови от кончиков пальцев до локтя.
И ещё много ужасного.
Просыпалась я с жуткой головной болью, а эти кадры до сих пор стояли у меня перед глазами.
Теперь я не была уверена, что являлась таким уж безобидным человеком. Проснувшись я уже увидела тёмное помещение, подобное в котором меня начнут пытать, и попыталась оглянуться. У меня ничего не получилось. В моей голове будто салюты начали начали взрываться. Это ужасно.
Я не знаю сколько прошло времени, после того как я очнулась, но ко мне все такими пришли. Сначала зашел какой-то очень большой человек. Он был под 2 метра ростом, очень широкий в плечах, а его голова была полностью лысой. Просто голый череп в непонятных наколках. Следом за ним зашел мужчина с уже более менее нормальной внешностью. А после этой мужской делегации за ними зашла моя мать. Она сменила лишь костюм с черного на красный. Все остальное (макияж, обувь, мимика) осталось при ней.
Она смотрела на меня, а обращалась к мужчине с обычной внешностью:
- Я хочу, чтобы она вспомнила, кто она такая. - Её голос был холодным и черствым, не выдавал ни одной эмоции. Как и лицо. - Но она должна вспомнить это через боль. - И после этого уже решила уходить, как я её окликнула.
- Что значит, вспомнить через боль? - Мой голос был хриплым, но я все равно смогла произнести эти слова.
- Всё очень просто. - Нехотя она повернулась ко мне и на её лицо отразилось недовольство. Видимо я отвлекала её от чего-то важного. - Твои воспоминания были поддельными. Мы не ходили в кафе и не проводили там выходные. Не вели образцовые, мама с дочкой, отношения. Все хорошие воспоминания, лишь на время, заменялись на плохие. То есть твои срывы. - Я тут же поняла, о чём она говорит. Значит это были не кошмары. Это были воспоминания. - Вижу ты поняла, о чём я тебе говорю? - Да. Она однозначно поняла. Ведь ещё тогда я не умела скрывать свои эмоции, чувства и даже взгляд. - Так вот это было не всё. Тебе нужно узнать абсолютно всё. Чтобы понять, кто ты такая на самом деле. И узнать ты сможешь это через боль. - Больше она мне ничего не сказала, а просто развернулась и вышла.
Помню как меня волокли в соседнюю комнату, в которой потом пытали. А волокли, потому что я не могла передвигаться. Видимо эта гадость оказалась слишком сильнодействующей.
Я не помню сколько меня пытали. Не знаю сколько я потеряла с этого крови. Но точно знаю, что обычный человек такого бы просто не пережил.
После того как мне помогли бежать, я долго приходила в себя. И хоть на тот момент ничего не показывала: ни боли, ни страха, ни отвращения к себе. Всё это я чувствовала. И конечно прекрасно понимала, девочки которая помнила все хорошее, никогда просто и не существовало. Вместо неё был демон, которым я стала сейчас.]
Ники хотела подойти ко мне, уже сделала шаг ко мне, а я просто отступила на один шаг. А после я вышла из кухни и вернулась в комнату, где мне оставалось просуществовать ещё какое-то время. Я закрылась изнутри, чтобы ко мне никто не смог зайти. И ушла в ванную комнату, чтобы хоть немного облегчить свою боль.
Вот так полетел мой контроль. Вот так слетела вся установленная холодность и беспристрастность. Хотя я понимала, что это не только из-за дурацкого розыгрыша. Ещё это случилось, потому что у меня стали просыпаться чувства к Рану. Которых вообще никогда не должно было возникнуть".