ПЛЕМЯННИЦА

ЛИНА
Понедельник, 20 июля
Время близится к вечеру, а я до сих пор так и не нашла, куда можно переехать. От напряжения и волнения начинает болеть голова. День и так был словно в тумане, сейчас же ещё хуже. Чувствую себя отвратительно.
В смятении подхожу к Г-же Чхве.

— Алина? — с некоторым удивлением смотрит она на меня. — Что случилось?

— Г-жа Чхве, я с личным вопросом. Может, у вас кто-то из знакомых комнату сдает? — ясно понимаю, что квартиру я определенно не потяну на свою зарплату.

— Какую комнату? А… — часто моргает, не понимая, о чем я спрашиваю. — Комнату… Подожди… А тебе зачем? Ты ж у Чонгука живешь.

— Живу. Но… — не знаю, что сказать. Какую причину придумать? Из-за чего я могу захотеть съехать от дяди?

— Я поняла, — начинает вдруг смеяться женщина. — Устроил тебе разнос из-за пятницы, да? — она даже не понимает, как сильно только что помогла мне, сама придумав причину моего нежелания жить у Чона.

— Не то, чтоб прям совсем разнос, — мямлю, не желая выставлять Чонгука в нехорошем свете. — Но, думаю, и мне, и ему всё же будет легче, если я стану жить отдельно.

— Ох, Чонгук, — качает весело головой г-жа Чхве. — Вспомнил бы свои девятнадцать… Чего только по молодости не вытворял. А тебе, значит, запрещает? Хочешь, я с ним поговорю? — предлагает она.

— Нет, — тут же начинаю волноваться сильнее. — Чонгук и сам понимает, что я достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения.

— Значит, захотела самостоятельности, — скептически смотрит на меня. — Не спешила бы ты с этим, — начинает увещевать г-жа Чхве . — У Чонгука ты, как у Христа за пазухой. Ну, куда ты собралась от него? Не глупи.

Как у Христа за пазухой?.. Не глупить?.. От абсурдности ситуации хочется засмеяться в голос. Или зарыдать.

— Я уже решила, — выдавливаю из себя, пытаясь не сорваться.

— И что он? Отпускает?

— Да.

— Странно… Ну, да ладно. Дела ваши. Что же касается комнаты, то, к сожалению, тут не могу помочь, — она задумывается. — Не, никто не приходит на ум, кто бы сдавал жилье.

— Ничего страшного, — на самом деле я расстроена. — Пойду еще поспрашиваю.

Выхожу из кабинета начальницы. Почти у всех в отделе я уже спросила. Результат нулевой.

— Лин, — раздается неожиданно оклик.
Поворачиваюсь, вижу, как ко мне спешит Ру. На лице её сияет победная улыбка.

— Я нашла, — выдает она. — У меня есть подруга; так вот у неё знакомая ищет девочку в двушку на подселение. И дешево. Всё, как ты хотела.

Волна облегчения прокатывается по телу. Чувствую, что готова упасть в обморок от свалившегося счастья. Только счастья ли? Ведь это конец… Я больше никогда не увижу Чонгука?..

— Не замечаю радости на твоем лице. Или ты уже передумала?

— Нет, конечно. Не передумала, — заявляю поспешно. — Можно сегодня вечером переехать?

— Сегодня? — теряется Ру от неожиданности. — Ну, не знаю. Наверное. Нужно уточнить у Тиён. А ты почему спешишь так?

— А зачем оттягивать неизбежное? Если честно, надоело уже отчитываться перед кем-либо.

— А я бы перед твоим дядюшкой поотчитывалась, — подмигивает Ру. — Он у тебя… м-м-м, — она закатывает свои зеленые глаза, выражая степень обожания Чона.

— Угу, — мычу, желая сменить тему разговора. — Может, сейчас позвоним, узнаем по поводу переезда?

— Зануда ты, — бросает Ру безобидным тоном и улыбается. — Несколько дней ничего не изменят. Подождала бы выходных, спокойно переехала бы.

Несколько дней? Меня бросает то в жар, то в холод. Понимаю, что не стоит искушать судьбу. Наши с Чонгуком жизни изменили всего несколько минут, что уж говорить о нескольких днях…

— Давай узнаем, — напираю я. — Не хочу ждать выходных.

ЧОНГУК

Еще никогда я не хотел убить эту задаваку так сильно, как сейчас. Порой Лин очень сильно выводила меня из себя, но я даже представить не мог, что это были лишь цветочки.
А теперь вот и ягодки поспели, мать их...

— Ты хоть что-нибудь знаешь о девчонке, с которой собралась жить? — спрашиваю, выходя из офиса и направляясь к машине. По пути встречаю Кая, который возвращается со встречи с одним из компаньонов. Кай машет мне, чтобы я остановился, но я, лишь качнув головой, продолжаю идти на стоянку.

— Это знакомая Ру, — тихо объясняет племянница. — Ру помогла мне в пятницу. Помнишь?

— Помню. Но мы сейчас не о твоей Ру, — резво выезжаю на дорогу, поворачивая в сторону дома. — Чем подруга её занимается? Учится, работает? Что за район, где находится квартира?

— Не важно.

— Не важно? — удивляюсь глупости Лин. Неужели так боится хоть на день задержаться рядом со мной, что готова броситься в омут с головой? Не дает покоя вопрос, кого из нас она больше боится? Меня или себя? 

— А если она проститутка, и вечерами принимает в квартире клиентов? Не важно?

— Чонгук, пожалуйста, не преувеличивай, — сбивается её голос. Даже на расстоянии ощущаю, как она волнуется. — Я просто позвонила, чтобы сказать, что ухожу. Не хотела делать этого, не попрощавшись. Ключи оставлю в прихожей.

— Послушай… — глубоко дышу, пытаясь успокоиться и не выругаться матом. — Сейчас ты пойдешь на кухню, сделаешь себе чая и подождешь меня. Договорились? — разговариваю с ней, как со своей Мией. По сути, Алина тоже ещё где-то в душе ребенок.
«Которого ты трахнул»…
Это всплывает в мозгу совсем невовремя. Совсем. Заткнись, совесть. Сказал ведь, что больше не трону её. Я отпущу Лин. Обязательно отпущу. Но не так… Не в неизвестность.

— Зачем мне тебя ждать?

— Отвезу тебя. Или ты хочешь, чтобы я сделал вид, что тебя не было в моей жизни и мне плевать, где ты и что ты? — злость душит изнутри. Не знаю, что сделаю с этой девчонкой, когда увижу. Если увижу… Ощущаю нечто похожее на панику, когда думаю о том, что Лин может сейчас распсиховаться и всё же поступить по-своему. Уйдёт, не дождавшись, не попрощавшись очно.

— Да.

— Что да? — в потоке собственных сумбурных мыслей на секунду теряю нить разговора.

— Да, давай забудем о том, что я жила у тебя, — еле слышно просит она.

Не хочу её расстраивать, но уверен, что ещё долго не смогу забыть, что она жила в моей квартире. Была в моей жизни… В моих мыслях… Порочных снах… Она до сих пор там. Внутри всё переворачивается от воспоминаний о минутах, когда мы с Лин занимались сексом.

— Забудем, — противоречу сам себе, проглатывая слова, которые почти готовы сорваться с языка. — Конечно, забудем. Но только после того, как я буду уверен, что ты не попала в какой-нибудь притон. А этого дерьма хватает в городе. Не думала, почему комната такая дешевая? — пытаюсь запугать её. Не хочет по-хорошему, будет, значит, так. В принципе я могу даже оказаться прав. Комната ведь, действительно, подозрительно дешевая.
Лин молчит. Наверняка, всё же задумалась после моего вопроса.

— Чай, — напоминаю уверенным тоном и завершаю вызов. Надеюсь, у племянницы хватит мозгов, чтобы прислушаться к моему предупреждению.

Когда захожу через пятнадцать минут в квартиру, напряжение немного отпускает. Лин здесь. Не сбежала. На полу в прихожей стоит её потертый чемодан. Вспоминаю, когда впервые увидел её с этим чемоданом на вокзале. Племянница показалась мне тогда какой-то несуразной, забитой.
Даже представить тогда было невозможно, что…
Прежде, чем идти на кухню, где, судя по звукам, находится Лин, захожу в ванную. Нужно сполоснуть руки и лицо и, самое главное, успокоиться. Эмоциям рядом с племянницей поддаваться чревато. События могут начать развиваться по опасному сценарию.

— Привет, — смущенно произносит она, когда я, умывшись, молча застываю в дверном проеме.
Не могу объяснить самому себе тех чувств, которые неожиданно вводят в ступор, когда смотрю сейчас на неё. Что за?.. Взрослый мужик.

— Привет, — достаю из заднего кармана сигареты и выхожу на лоджию.

Не прикуриваю. Стою, зажав сигарету между пальцами, и смотрю на играющих на площадке детей. Не знаю, сколько стою так — совсем неподвижно. Ход времени теряется под гнетом тяжелых мыслей.

— Мне пора идти, — раздается за моей спиной несмело.

— Сейчас идем, — по-прежнему не двигаюсь, продолжая смотреть вниз.
Мне нужна ещё пара секунд, чтобы отгородиться от ненужных чувств. Злюсь из-за того, что один лишь голос Лин вызывает во мне такую бурную реакцию. Судорожно сжимаю кулаки. Сигарета разламывается на две части, падает на пол. Не обращая на это внимания, поворачиваюсь и наконец смотрю на неё.

Глаза девчонки губят меня окончательно. Они жалобно зовут и… истерично отталкивают. Умоляют и… осуждают. Дарят надежду и… убивают.
Не могу отвести от неё взгляда.
Ближе… Вдохнуть… Ощутить… Еже ближе… Прижать… Крепко… Почувствовать… Крепче…
В моей голове сумбур. В её, подозреваю, тоже. Взгляды племянницы быстрые, жадные. Словно ворует их у судьбы. Напоследок.
Мысленно снова перешагиваю границы, позволяю своим рукам непозволительное. Но лишь мысленно. В действительности же прохожу мимо Лин и иду в прихожую.

— Что застыла? — зову её, замечая, что она продолжает стоять на месте.
Она оборачивается. Смотрит на меня так жалобно, что у меня складывается ощущение, будто это я её выгоняю из квартиры, а не она сама спешит отсюда съехать.

— Или передумала? — озвучиваю мысль, которая заставляет её мгновенно отвести взгляд.
Лин не хочет уезжать. Я это прекрасно вижу. Но понимаю и то, что она никогда не решится пойти против себя, своих убеждений, духовных ценностей, против общества в конце концов. Уехать — единственно правильное завершение нашей истории.

— Не передумала, — она спешит в мою сторону. Обувается, подхватывает чемодан и, окинув взглядом квартиру в последний раз, выходит прочь.

ЛИНА

Путь до моего нового пристанища проносится будто во сне. Пытаюсь запоминать дорогу, по которой мы едем, но совершенно не могу сосредоточиться. Все мысли заняты человеком, который сейчас находится рядом. Чем дальше я бегу от него в своей голове, тем сильнее меня притягивает к нему в реале.
Надеясь, что Чонгук целиком сосредоточен на дорожном движении и не замечает моих мимолетных взглядов, впитываю каждую его черточку. Чон  такой… Мне сложно подобрать нужные слова. Красивый? Сексуальный? Брутальный? Глядя на него, все эти слова кажутся глупыми. Он не такой, как все. Он особенный.

— Приехали, — говорит дядя, не глядя на меня.

Заторможенно перевожу взгляд за окно. Обычная серая пятиэтажка, рядом ещё несколько таких же. Двор выглядит неухоженным, но радует то, что вокруг очень много зеленых деревьев, кустов.

Одновременно с Чонгуком выходим из машины. Он достает из багажника мои вещи, и мы вместе заходим в подъезд. Поднимаемся на третий этаж. Он идет первый, я следом. Не таясь, смотрю на крепкую мужскую фигуру. Как всегда, не могу отвести взгляда от сильных рук. Рук, прикосновения которых я, наверное, не смогу всё же забыть, как бы ни убеждала себя в том, что случившееся между нами было грязно и безнравственно.
Дверь нам открывают быстро. Высокая белокурая девушка в очках приветливо смотрит на нас, здоровается и тут же приглашает войти. Показывает квартиру. Сразу становится понятно, что это никакой не притон. Квартира довольно чистая и аккуратная, хотя стоит признать, что ремонт здесь не помешал бы, ведь его, судя по состоянию труб в санузле, здесь не было с самого строительства этой хрущевки.

— Ну, как? —  Тиён с интересом смотрит на меня, ожидая ответа.

— Не подходит, — уверенно отвечает Чонгук.

Мои глаза удивленно скользят по Чону. Это ещё что за выводы? Конечно, подходит. Или Чонгук думает, что все должны жить в таких условиях, как он сам?

— Неправда. Меня всё устраивает, — пытаюсь улыбаться Тиён. — Я остаюсь.

Блондинка весело кивает и, сославшись на то, что в её комнате звонит мобильный, оставляет нас с Чонгуком наедине. Мой боевой дух тут же начинает испаряться.

— Уверена, что хочешь здесь остаться? — Он не сводит с меня пристального взгляда. — Убогая квартира. Теперь понятно, почему такая дешевая.

Вижу, что он не в духе, но не понимаю, что его не устраивает. Да, квартира желает оставлять лучшего, но это ведь далеко не главное.

— Я остаюсь.

— Мы можем найти что-то лучше, — настаивает он. — Сейчас вернемся домой, а завтра я…

— Нет, — перебиваю упрямо. — Я остаюсь.