Часть 27
В Конохе по деревне стремительно разлетались слухи: готовится Собрание Пяти Каге. Люди перешёптывались на улицах, шиноби переглядывались с тревогой, а в воздухе витало ощущение надвигающейся беды. Никто не знал точных причин, но все чувствовали — это не просто формальность.
Когда Наруто и Саске узнали об этом от Какаши и Шикамару, оба на мгновение замерли.
— Собрание Пяти Каге?.. — переспросил Наруто, широко раскрыв глаза. — Все вместе? Такое случается только тогда, когда мир стоит на грани войны.
Он нахмурился, и привычная беззаботность исчезла с его лица.
— Значит, Акацуки уже дошли до такого уровня?
Шикамару, задумчиво скрестив руки на груди, выглядел необычно серьёзным. Его взгляд был устремлён в сторону окна, словно он пытался просчитать будущее на несколько шагов вперёд.
— У нас просто нет выбора, — спокойно, но мрачно ответил он. — После похищения Киллера Би, носителя восьмихвостого, все скрытые деревни в панике. Если следующей целью станешь ты, Наруто… — Он сделал короткую паузу, — последствия будут катастрофическими. Единственный шанс — объединиться и выработать общий план против Акацуки.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
Саске всё это время молчал. Его лицо оставалось спокойным, но взгляд темнел с каждой секундой. Внутри него поднималась старая, болезненная ярость. Наконец он заговорил, и в его голосе звучал холод:
— И Данзо тоже будет на этом собрании.
Он сжал зубы.
— Я не могу просто сделать вид, что ничего не происходит. Этот человек отдал приказ Итачи уничтожить наш клан. Он забрал у меня всё.
Наруто резко повернулся к нему.
— Саске, — жёстко сказал он. — Сейчас не время для мести. Если ты нападёшь на Данзо, ты подвергнешь опасности всю Коноху. Ты правда хочешь разрушить то, что мы только начали восстанавливать?
Саске сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки. В глазах вспыхнула ярость, почти неконтролируемая. Казалось, ещё мгновение — и он сорвётся.
Но затем он медленно выдохнул.
Отвернулся.
— …Ты прав, — глухо произнёс он. — Сейчас не время. Но не думай, что я забуду. Я не прощу его. Когда Цунаде-сама восстановит силы… тогда я с ним разберусь.
Шикамару заметно расслабился и тихо вздохнул с облегчением.
— Вот и хорошо. Пока держи эмоции под контролем, — сказал он. — Сейчас нам всем нужно действовать как одно целое. Любая ошибка может стоить слишком дорого.
Наруто задумчиво посмотрел в небо. Облака медленно плыли над деревней, но даже они казались тревожными.
— Всё равно что-то здесь не так… — тихо сказал он. — Сердце подсказывает, что Акацуки уже начали действовать. И что-то страшное произойдёт совсем скоро.
Саске подошёл ближе и положил руку ему на плечо — редкий, почти незаметный жест поддержки.
— Что бы ни случилось, — сказал он спокойно, — мы справимся. Вместе.
В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Какаши.
— Вас обоих приглашают сопровождать делегацию Конохи на собрание Пяти Каге, — сообщил он, устало улыбнувшись под маской. — Похоже, вам предстоит встретиться лицом к лицу не только с Каге… но и со всем миром.
Наруто кивнул, собираясь с мыслями. В груди разлилось знакомое чувство ответственности.
— Ладно, — уверенно сказал он. — Если это собрание поможет остановить Акацуки, я готов. Но если там что-то пойдёт не так… я не позволю пострадать ни Конохе, ни моим друзьям.
Саске усмехнулся — коротко, почти хищно.
— Посмотрим, как всё обернётся. Главное — не опусти голову, Наруто.
За окном ветер шевельнул флаги Конохи, словно предупреждая: впереди — испытание, которое изменит всё.
***
Пока Коноха продолжала медленно подниматься из руин, оставленных Пейном, посланники всех великих деревень один за другим отправлялись в путь на собрание Пяти Каге. Это было не просто дипломатическое событие — каждый понимал: от этого собрания зависит будущее всего мира шиноби.
Гаара, повзрослевший и закалённый испытаниями Казекаге, дал согласие одним из первых. Он не колебался ни секунды. Угроза Акацуки касалась всех, и особенно тех, кто знал, что значит быть джинчурики. В путь вместе с ним отправились Канкуро и Темари.
— Если мы не остановим их сейчас, — тихо сказал Гаара по дороге, глядя на пустынный горизонт, — никто не будет в безопасности. Ни одна деревня.
Темари сжала веер крепче, а Канкуро молча кивнул. Они знали: их младший брат больше не тот мальчик, которого когда-то боялся весь мир. Теперь он — лидер.
В стране Земли Цучикаге Ооноки, несмотря на преклонный возраст, тоже не остался в стороне. Старик ворчал, поднимаясь на своего летающего носильщика, но в его глазах горел всё тот же упрямый огонь.
— Чёрт бы побрал этих Акацуки… — пробормотал он. — В мои годы я надеялся уже отдыхать, а не готовиться к новой войне.
Рядом с ним находились внучка Куроцути и неизменно спокойный Акацучи. Куроцути бросила на деда внимательный взгляд:
— Не переутомляйся, старик. Мы ещё покажем им, что Камень не так просто сломать.
Ооноки лишь хмыкнул, но в душе понимал: этот путь действительно будет непростым.
Из Тумана вышла делегация во главе с Мэй Теруми — Мизукаге, чья мягкая улыбка скрывала стальной характер. За её спиной шагал Чоджуро, заметно нервничая, но крепко сжимая рукоять Хирамекарэя.
— Не дрожи так, — мягко сказала Мэй, не оборачиваясь. — Нам предстоит говорить с Каге, а не с демонами.
— Д-да, Мэй-сама! — поспешно ответил он, хотя тревога всё равно не отпускала.
В стране Молнии Райкаге Эй буквально кипел от ярости. Исчезновение Киллера Би стало для него личным ударом. Его мощная фигура излучала напряжение, словно гроза перед разрядом.
— Если Акацуки тронут моего брата… — прорычал он, — я сравняю их с землёй.
Даруи, шагая рядом, лишь вздохнул:
— Лучше сначала выслушаем остальных. Потом уже будем крушить.
Тем временем в Конохе Данзо тщательно готовился к отбытию. Воспользовавшись тем, что Цунаде всё ещё не пришла в сознание, он без колебаний принял титул временного Шестого Хокаге. В его голове уже выстраивались планы — холодные, расчётливые, лишённые жалости.
— «Наруто и Саске — слишком опасны, чтобы оставлять их без присмотра, — думал он. — Но пока они рядом, они могут быть полезны…»
Он окинул их тяжёлым взглядом:
— Вы двое пойдёте со мной в качестве охраны. Акацуки или их союзники могут попытаться напасть по дороге. Я рассчитываю на вашу силу.
Саске стиснул зубы. В груди вспыхнула ярость, но он сдержался, лишь отвёл взгляд, чтобы не выдать себя.
Наруто же настороженно посмотрел на Данзо. Внутреннее чувство подсказывало: этот человек опасен не меньше Акацуки. Но сейчас важнее было сохранить хрупкий порядок в деревне.
— Понял, — коротко ответил он.
Караван выдвинулся. И, как Данзо предполагал, долго ждать не пришлось.
На узком участке дороги из засады выскочили наёмники. Их атака была бы смертельной для обычной делегации — взрывы, шквал сюрикенов, ловушки.
Но они не учли одного.
Саске шагнул вперёд, и вокруг него вспыхнуло Сусаноо, отбивая удары, словно они были ничем. Его взгляд был холоден и сосредоточен.
Наруто, войдя в режим Мудреца Шести Путей, действовал молниеносно. Расенган за расенганом — и нападавшие падали, не успевая понять, что произошло. Всё закончилось за считанные минуты.
Данзо наблюдал за боем с кривой усмешкой.
— Хорошо… — произнёс он. — Пока вы мне полезны.
Наруто и Саске переглянулись. Без слов, но с полным пониманием.
Этот путь к собранию Пяти Каге был лишь началом. И за политическими речами скрывалось нечто куда более тёмное и опасное, чем кто-либо из них хотел признать.
***
В просторном зале собраний, вырезанном прямо в камне, где под высокими сводами сошлись все Пять Каге и их сопровождающие, напряжение ощущалось почти физически. Воздух был тяжёлым, словно перед грозой. Каждый шаг, каждый взгляд сопровождался скрытым недоверием.
Гаара первым подошёл к Наруто. Его движения были спокойны, но в глазах читалась тревога. Они обменялись крепким рукопожатием — жестом, в котором было больше, чем слова.
— Рад видеть тебя живым, Наруто, — тихо сказал он. — После всего, что произошло…
— Я тоже рад тебя видеть, Гаара, — ответил Наруто с искренней улыбкой. — Хотелось бы, конечно, встретиться при других обстоятельствах.
Гаара кивнул. Он понимал это слишком хорошо.
Собрание началось — и почти сразу превратилось в хаос.
Райкаге Эй первым ударил кулаком по столу, отчего камень под рукой пошёл трещинами.
— Вы все слишком долго закрывали глаза! — прорычал он. — Пока вы прятались за словами, Акацуки забрали моего брата!
Мизукаге Мэй холодно прищурилась:
— А Лист, как всегда, прикрывает своего джинчурики, словно он — святыня. Может, если бы вы перестали делать из него исключение, мир был бы безопаснее?
Ооноки хмыкнул, сложив руки на груди:
— Я уже слышал красивые речи о мире. Они всегда заканчиваются войнами. Не верю я ни в единство, ни в обещания.
Гаара поднялся со своего места, с трудом сдерживая эмоции:
— Если мы продолжим спорить, мы проиграем ещё до начала битвы! Акацуки не различают деревни — для них мы все враги!
Но его слова тонули в общем шуме.
Наруто, слушая всё это, наклонился к Саске и прошептал:
— Они вообще слышат друг друга? Такое чувство, что каждый просто кричит о своём.
Саске едва заметно усмехнулся:
— Привыкай. Если хочешь стать Хокаге, тебе придётся выслушивать и это. Даже когда смысла — ноль.
И вдруг…
Прямо в центре зала, словно прорвав само пространство, появился белый Зецу.
— Простите, что перебиваю… — протянул он насмешливо. — Но вы такие шумные, что вас слышно даже под землёй.
Мгновенно всё изменилось.
Каге вскочили на ноги. Песок Гаары взвился в воздух, Райкаге покрылся молниями, охрана обнажила оружие. Несколько атак одновременно рванули к Зецу — но он, изогнувшись неестественным образом, уклонился.
Пространство за его спиной исказилось.
Из тени вышел человек в оранжевой маске.
— Довольно, — спокойно произнёс он, и его голос эхом прокатился по залу.
— Моё имя Тоби. Хотя… — Он сделал паузу, — вы можете считать меня тем, кто принесёт этому миру истинный покой.
Охрана сомкнулась плотным кольцом вокруг Каге. В этот момент Данзо, воспользовавшись суматохой, незаметно покинул зал, растворившись в коридорах, словно тень.
Наруто и Саске остались. Оба сделали шаг вперёд — не сговариваясь.
Тоби медленно повернул голову и посмотрел прямо на Наруто.
— Мне нужен лишь один человек, — сказал он. — Отдайте мне джинчурики девятихвостого — и эта война закончится, так и не начавшись.
Он указал рукой на Наруто.
— Сдайся. Ради мира.
Ответ последовал мгновенно.
Чакра Наруто вспыхнула, ослепляя зал золотым светом. Энергия Курамы и сила Мудреца Шести Путей сплелись воедино.
— Я не сдамся! — Его голос был твёрдым. — Я не позволю вам использовать меня или моих друзей!
Саске активировал мангёкё шаринган. Воздух вокруг него словно потяжелел.
— Если хочешь его — пройди через нас, — холодно сказал он.
Тоби вздохнул.
— Как жаль… Тогда вы не оставили мне выбора.
Пространство за его спиной снова исказилось.
Появилась фигура, от одного вида которой по залу прокатилась волна ужаса.
— Не может быть… — выдохнул Ооноки.
— Это же… — Мэй сжала кулаки.
— Мадара Учиха, — глухо произнёс Гаара.
Мадара спокойно оглядел собравшихся, словно перед ним стояли не лидеры мира, а дети.
— Вот значит какими стали Каге… — усмехнулся он. — Жалкое зрелище.
Он шагнул вперёд.
— План «Лунный Глаз» будет реализован. Весь мир погрузится в вечное гендзюцу. Без войн. Без боли.
Гаара встал перед Наруто, его песок взвился щитом.
— Мы не отдадим друга, — твёрдо сказал он. — Даже если придётся умереть.
Наруто положил руку ему на плечо.
— Я никуда не уйду, — сказал он спокойно. — Я готов сражаться.
Мадара усмехнулся — и, не торопясь, изложил свой замысел, словно речь шла о неизбежном законе природы. Когда стало ясно, что девятихвостого ему не отдадут, его голос стал холодным:
— В таком случае… я объявляю четвёртую мировую войну шиноби.
Слова эхом разошлись под сводами зала.
Тишина, наступившая после них, была страшнее крика.
Все поняли: мир больше никогда не будет прежним.
Продолжение следует…