21 Глава
Инк лежал на кровати с ребёнком под боком, медленно поглаживая ту по голове.
Он начал замечать странности в поведении Дрима и его это настораживает. Он был отстранённым больше чем обычно, да и к Инку больше не приставал, с тех пор как тот чуть не лишился жизни. Казалось, что скоро все пойдет боком и это предчувствие не давало покоя.
Все только начало налаживаться, неужели нельзя пожить спокойно?
Хотя зная Инка, его работу и коллег, он сам в этом сильно сомневался. Укрывая Гради одеялом, Инк встал и поплёлся вниз по лестнице, стараясь не скрипеть половицами. Не хотелось бы разбудить девочек, он так мило посапывали.
Выйдя за парадную дверь, Инк достал свою пачку и закурил, слабо вздрагивая от холода.
Как никак, на улице осень и совсем скоро будет зима.
И Художник пожалел, что не накинул куртку выходя на террасу их дома. Хотя это было не особо важно, небо сегодня было до жути звёздным. Он начал медленно отходить от холода, и вскоре перестал вздрагивать.
Усевшись на холодный мрамор, он сделал пару затяжек, пуская колечки в воздух. После того как фильтр начал обжигать пальцы, Инк выкинул бычок от сигареты и направился обратно.
***
Рипер встал, и направился к кабинету, что по совместительству являлся комнатой его матери. Он подошёл к тумбочке и достал пакет с травянистым содержимым, прихватывая ещё папиросную бумагу и фильтры. Но, оставив бумагу для закруток и фильтры, он увидел сами закрутки и рядом записку.
«Сильно не увлекайся, я дам тебе поручение утром»
И подпись его матери. Она прекрасно знала о его зависимости и даже не отговаривала его. Просто Рипер знал то, чего ни Инк, ни его отец не знает. Хотя, Инк был ещё довольно мал, чтобы знать подобную и столь суровую правду. Медленно выдвигаясь к выходу из дома, тот подметил, что отец храпит и вышел на балкон.
Поджигая конец почти прозрачной сигареты, тот затянулся, чувствуя как мир вокруг него начал крутиться. Но подобное наваждение прошло, уступая место расслаблению.
Он как никто другой в нем нуждался, с их то отцом. И если тот узнает кто его жена и, что делает его старший ребёнок, он не оставит все просто так. Начнется тоталитарный контроль, а Рипер подобного не хотел.
Затягиваясь ещё раз, он услышал как открылась дверь на балкон и тихий топот маленьких ножек. Это было его солнышко, маленький Инки.
— Ты чего не спишь? Ты же знаешь, что папа потом будет ругаться, — Переведя взгляд на младшего, Рипер даже не удосужился выкинуть сигарету. А смысл? Его маленькое солнышко никому не расскажет, и он это знает.
Затягиваясь в очередной раз, он выдохнул дым высоко вверх и потёр красные глаза. Ему резко захотелось спать, настолько он был сейчас расслаблен. Подхватив Инка на руки, и предварительно выкинув оставшийся фильтр, тот зашагал в комнату к маленькому Художнику, и положил того на кровать.
Ложась рядом, Рипер укрыл их обоих и медленно провалился в тихий и безмятежный сон. Кто же знал, что это его последняя ночь рядом с любимым братом?
***
Инк резко сел на кровати, и потёр глаза под которыми начали появляться синяки от недосыпа. Снова тот сон. Снова он видит Рипера на месте его старшего брата, хотя такового он не помнит. Во сне ему было около пятнадцати лет и, зная их разницу в возрасте, Инк мог предположить, что ему было лишь шесть на тот момент.
Он отвёл взгляд на свою маленькую дочь и выдохнул, поглаживая ту по белым волосам, с нефритовыми кончиками. Проведя кончиком пальца по ее щеке, он очертил родимые зелёные пятна в форме квадратов, этот отличительный знак был от Эррор. Совсем скоро пойдет пятый ее месяц проживания в их семье, и Инк был несказанно рад этому.
Ложась обратно, тот заметил, что просыпается всегда в одно и то же время, а если быть точнее, то в три часа ночи.
Внезапно, на его телефон пришло уведомление от его непосредственного начальника, с целью встретиться прямо сейчас.
Хотелось его послать, но Инк понимал, что уснуть вновь не сможет. Поэтому он согласился, и укутав девочек по удобней, он направился в прихожую, а оттуда уже на улицу. На этот раз он одел куртку.
***
— О чем ты хотел поговорить?
Было заметно, что Дрим нервничает. Он хотел с ним об этом поговорить ещё пару дней назад, но все никак не мог подобрать подходящий момент.
— Слушай внимательно. Я не должен подобное рассказывать, но меня мучает совесть.
— Совесть? А она тебя не мучила, когда ты меня насиловал? — Недосып стал сказываться на Инке все больше. Он стал нервным и агрессивным, хотя дома старался такого не показывать.
— Инк, я знаю, что ты зол, но это правда важно. Фарбе* не та, за кого себя выдаёт.
— А, то есть ты решил ещё и насчёт моей матери мне предъявить, да? И что же такого она сделала?
***
Прокручивая этот диалог в голове снова и снова, Инк не мог найти себе место от возмущения.
Правда, Дрим не договорил, ему позвонили в самый неподходящий для того момент. Но Инк видел, как тот побледнел, и только хотел спросить все ли нормально, но тот убежал кидая, что ему пора. Это никак не вязалось с картиной Дрима которого он знал раньше.
Он никогда не боялся опасностей и никогда не перед кем не склонял голову.
Он был горд, а сейчас запуган, по его словам, матерью Инка.
Как выяснилось, та вышла за его отца чисто в своих целях. Она была аут-кодом, и не имела веса в обществе. А выйдя за его отца, она стала второй по значимости после первого Тинта, главы района. Он не терпел аут-кодов и все, что с ними связано, но судьба свела из вместе. А когда она родила ему двух наследников, то приобрела ещё больший статус. Никто не имел права ей возразить, да и просто посмотреть в ее сторону. Она оберегалась самым старшим из Тинтов, хоть отношения тех и были натянуты. Но он всегда ей мешал, и ее бизнесу. Как говориться, хочешь жить — умей вертеться, и мать Инка восприняла это выражение всерьёз. Она была, и является, одним из самых крупный наркодилеров во всем городе и их районах соответственно. Теперь было понятно, почему Рипер и сам подсел на это занятие, ведь со слов Дрима, тот являлся его старшим братом по крови.
Напрягало лишь то, как Дрим убегал с места их встречи. Он боялся чего-то довольно крупного, и понимал, что идёт на риск встречаясь с Инком в тайне от того, кого он так яростно боялся. Но один вопрос, на который Дрим так и не дал ответа, стал мучить Инка ещё сильнее.
За что его грызет совесть? За Фарбе или то кем она является?
Он не хотел забивать голову этими вопросами, ведь, что было — то прошло. У него теперь есть своя семья и не менее любимая работа. Кстати о семье, не хотелось бы их тревожить своим отсутствием.
Сразу как Инк это осознал, он подорвался и убежал обратно в направлении к их дому, молясь богам, чтобы они спали.
<center>***</center>
Инк сидел напротив Рипера со скрещёнными руками на груди.
— Я жду ответов на мои вопросы. Почему ты сбежал? Кем является наша мать, и что, чёрт возьми, она творит? Почему Дрим такой шуганный?
Рипер вздохнул и помотал головой из стороны в сторону. Он был связан по рукам и ногам собственной матерью, и не мог дать ответов.
— Тогда я выясню все сам, — Вставая из-за стола, тот направился на выход из их офиса.
Если он не дал ответы на мучающие его вопросы, он сам их отыщет. Чего бы ему этого не стоило.
***
Фарбе* (от нем. Farbe) - Краска.
А теперь все стало потихоньку проясняться.
*Автор закурил, и выдохнул в воздух дым от электронной сигареты*
Что же, не ожидали такого поворота? Хотя, я думаю, что он немного не получился. Прошу любить и жаловать, удачи.
*Вы можете задавать вопросы персонажам и автору.*