4 Глава
Как Дрим и обещал, спустя неделю они уже полностью были готовы к побегу. И все было бы хорошо, но родители Инка ополчились против него. Он не мог выйти из комнаты, даже ночью, не то что пойти и погулять по городу. Благо они не узнали, что в плане присутствует старший близнец или досталось бы и ему. Осталось лишь, в один день, когда их родители будут заняты, сбежать с помощью окна. Но перед этим, Инк поставил перед собой задачу.
— С чего ты взял, что Блу не виноват? Он тебя сдал и за это тебе сломали запястье и вывихнули плечо! — Инк закрыл рукой рот Дриму и посмотрел на дверь в ожидании шагов, но их не последовало. Дальше они продолжали шепотом.
— Я уверен, что он сам бы меня не сдал. Ему кто-то рассказал наш план, иначе как он узнал бы, где я живу?
— Проследил за тобой?
— Как? Ты меня до дома провожаешь, а несколько дней вообще от меня не отходил!
— Разумеется! Ты же даже сигарету держать не можешь, а для нашего плана надо таскать тяжёлые вещи!
— Но это не значит, что кто-то его не подговорил! — Инк взял в свои руки, щеки Солнечного, от чего сам зашипел. Руку пробила сильная боль, но его это не особо волновало. Дрим поспешил убрать его руки, но сам Художник не собирался отступать, — Дрим, я более чем уверен, что меня и Блу подставили… Просто поверь мне… Ты же мне доверяешь…? — Дрим вздохнул и, кивнув, взял в свои руки, руки младшего.
— Хорошо, кто под подозрением?
***
Проведя небольшое исследование, под подозрениями оказалась, как минимум половина их команды, но все же, были некоторые не сходящиеся факторы.
— Как они узнали, что мы наследники? — Инк прошел к Дриму, и обвел этот вопрос кружком на белой доске, — Не могли же мы сказать, даже не заметив этого?
— Возможно, за нами и вправду была слежка?
— Ты бы это заметил, — Инк вздохнул, — Хорошо, кого мы подозреваем?
— Блу, Даст и Кросс.
Инк хмыкнул и вычеркнул имя Блу, дописав имя младшего близнеца.
— Зачем ты это сделал?
— Блу не мог меня сдать, я уже это говорил.
— Нет, это я понял. Зачем ты добавил Найта?
— Все под подозрением. И он знал что мы собираемся делать, и где мы живём.
Инк записал ещё пару имён, и почти сразу их вычеркнул. Никто из всех его друзей не мог его предать, да и никто не знал о том, где он живёт и с каким статусом. Найтмера попросил вычеркнуть сам Дрим. Не мог он поверить, что младший близнец мог такое натворить. Но сам Художник в это не особо верил. Он видел как Ночь смотрит на него, с каким презрением и ненавистью. Он мог его сдать из-за личной выгоды, он ведь не хотел чтобы, его дорогой брат, уходил. Инк мысленно сделал заметку, узнать у него лично, но пока для этого не представлялось возможности. Так что, приходилось делать вид, что он и впрямь не считает его виновным. А ведь они братья, но такие разные. Найтмер — злобный и довольно холодный, а Дрим наоборот. Он так ему помогает, везде носится за Инком. Как только узнал, что тот получил травму, подорвался помочь и не оставил, пока Художник не успокоился и уснул. А после ещё и вернул домой, не разбудив. Интересно, а зачем?
— Дрим? — Солнечный повернулся на него, отвлекаясь от росписи на доске, — А почему ты… Мне помогаешь…?
Дрим мягко улыбнулся, чем вызвал у младшего лёгкую дрожь и сильный румянец. Он провел по его щеке большим пальцем, перед этим снимая темные, кожаные перчатки. Впервые за все время, сколько они знакомы. Пальцы оказались такими мягкими на ощупь, ощущение будто они из зефира.
— А ты сам, как думаешь? — Инк вспыхнул ещё ярче. Казалось, он мог заменить светильник и озарить всю комнату, если выключить свет. Он и предположить не мог, что Дрим задумал. А может это шутка? Если так, то не смешная, — Хех, не напрягайся. В будущем поймёшь.
Дрим оставил лёгкий поцелуй на его щеке и повернулся обратно, осматривая доску с подозреваемыми. В голове, он был невероятно горд за такой поступок и внешне почти этого не показывал. Хотя лёгкая улыбка, все-таки растянулась на его лице. Инк, не выдержав этого напора, убежал вон из комнаты на улицу. Присев у ближайшего дерева, он обхватил голову руками и тихо запищал, как школьница. Казалось он уже взрослый и не должен так реагировать, но он все равно не смог сдержать себя.
***
— Инк, ты спустишься или как?
Инк посмотрел вниз из окна, и предположил примерное время полета. Слишком высоко. Он легко может разбиться.
— Д-дрим, может п-потом? — Цокнув, Дрим подлетел к его окну и остановился, паря в воздухе. Он быстро подхватил его и рюкзак Художника, улетая по нужному им направлению. Вцепившись в голубую майку пальцами, Инк зажмурился.
— Просто признай, что ты боишься высоты. Или я поднимусь выше, — Пискнув, младший помотал головой, — То есть ты не хочешь признаться? Хорошо…
Инк вцепился в него до белых костяшек и сжался в комочек. Все же, Солнечный сжалился, и они спокойно продолжили свой маршрут.
***
— Вот мы и здесь. Я, конечно, понимаю, что это не то к чему ты привык, но…
Дрим повернулся на Художника и не сразу узнал в нем, того самого его знакомого. Звёзды в глазах и невероятно счастливое выражение лица. Дом, который купил Дрим, был на данный момент меньшим, что они могли позволить. Одноэтажный дом, с одной спальней, гостиной и кухней. Но это так вдохновило Художника, что тот не мог и слова выговорить. Столько свободного места, столько пустых стен! И ты все можешь сам заполнить, раскрасить! Это ли не рай для Художника? Он моментально достал баллончики с краской и, с огнем в глазах, двинулся к одной из стен. Дрим лишь улыбнулся и сел на стул близ Инка, начав наблюдать за тем, как цвета ложатся на стену. Из них собралась незамысловатая картина, и лишь после, когда Инк начал очерчивать контуры и добавлять тени, стало понятно, что он рисует пейзаж моря на закате. Поднявшись с места, Солнечный обнял Художника со спины, хотя тот никак и не отреагировал. Он был слишком занят процессом, чтобы отвлекаться на какие либо посторонние факторы.
— Очень красиво нарисовано, — Инк хмыкнул и нанес ещё один слой белой краски для морской пены, — Не так красиво как ты, конечно.
Инк уже хотел засмеяться, но встал в ступор. Это его сейчас назвали красивым? Это сейчас было признание или констатация факта? Что, черт возьми, происходит? Осознание пришло лишь через пару секунд и за эти пару секунд, Инк успел, и покраснеть как помидор, и побледнеть как смерть. За этим всем наблюдал Дрим, с нескрываемым наслаждением наблюдая за смущением младшего.
***
Прошло пару дней с тех самых событий. Инк все никак не мог в себя прийти, в голову лезли не самые лучшие мысли. И из-за них он слишком сильно отвлекался, от чего, в последствие чего, получал. И во всем были виноваты те самые мысли о Дриме. Почему он начал себя так вести? Вроде он и сам понимал, но отвергал эту тему, стараясь меньше об этом думать. Отвлекало лишь рисование, но и оно не помогало. Сначала на полотне вырисовывался темный силуэт, а после и жёлтые, хотя скорее золотые, волосы и перья. Даже на одной из стен их будущего дома, есть рисунок Дрима со спины, и благо он об этом не знает. Он должен был во всю готовится, а в итоге думает о действиях старшего, что очень сильно отвлекает. И один раз это сыграло ему боком…
Инк стоял перед своим столом, собирая последние вещи. Они перенесли уже почти все, осталось лишь немного вещей и большинство из них были художественными. Закидывая последнюю кисточку, он остановился перед окном. Точно ли ему это надо? Однозначно. Он не готов терпеть его родителей, и их упрёки. Да и с Дримом он готов на все. Любовь слепа, чтоб её. Из-за размышлений, он не услышал как шаги в его комнату стали все громче и громче. Он отмер только тогда, когда дверь в его комнату открылась, и все его внутренние знаки тревоги, включили звуки сирены. Схватив его за волосы, старший родитель потянул его на себя. Инк пискнул, и попытался схватить рюкзак. Там внутри лежал складной ножик «Бабочка», которым ему подарил Дрим. Он также научил его пользоваться им, на всякий случай, и это и был тот самый случай. Но отец все никак не давал ему дотянуться. И в момент, когда он отвлекся, Инк выхватил рюкзак, доставая нож. Потянув его обратно за волосы, Инк слегка прошипел от разрывающей боли. Но собравшись, он вырвался из его хватки и встал прямо перед его отцом. Инк не хотел ему навредить, или уж тем более убить, но у него просто не было выбора. Он задел артерию, абсолютно случайно, и слегка отошёл от тела его отца. Произошедшее не осозналось сразу и, он моментально убежал с места преступления, под душераздирающие крики матери.
Прибежав в дом, Инк отдышался, облокотившись об одну из стен рукой. Дрим, ранее читавший книгу, отвлекся на сожителя, с не прикрываемым удивлением.
— Инки? Что произошло? — Солнечный подошёл к нему, смотря на его окровавленные руки и нож, — Инки?
Тот не отвечал. Он был оторван от этого мира, но лишь через пару мгновений, когда Дрим встряхнул его, он пришел в себя. Нож из его рук выпал, падая на пол со звенящим звуком, и сам он, прижался к Дриму. Художник дрожал, толи от холода, толи от страха. Он только осознал, что убил человека. Хоть и не специально, но это произошло. Он не был к этому готов. Не физически, нет. Как раз таки физически, он был готов себя защищать. Но не психологически. Он не знал, что это так страшно. Видеть как от твоих рук умер, кто-то близкий тебе. Видеть этот мимолетный страх, перед тем как человек уснет. Навсегда уснет.
— М-мне пришлось… Он не х-хотел меня от-тпускать… — Дрим обнял его в ответ, укрывая мягкими крыльями, — Я… Я убил его… П-представляешь…?
— Инки… — Но его сразу, же перебили.
— Э-это ведь плохо… Я не должен был…
— Инк.
— Я не должен был его убивать! Не должен был! — Обхватив голову руками, из его глаз медленно потекли слезы с радужным отливом, а платиновые волосы окрасились в светло-красный цвет.
— Инк! — Упомянутый поднял голову на Солнечного, пока тот вытирал его слезы большим пальцем, — Успокойся. Ты сделал то, что было нужно.
— Н-но, он этого ведь не з-заслужил…
— Нет, заслужил.
— Н-но… — Дрим сжал его лицо в своих ладонях, смотря прямо в его глаза.
— Нет. Он это заслужил. Только посмотри, что он с тобой сделал, — Солнечный поднял его правое запястье, все ещё перевязанное, и поцеловал её тыльную сторону, — Он так испортил твое прекрасное тело, ты просто этого не видишь…
— Ч-что? — Инк покрылся блеклым румянцем.