Глава 13. Вибрация тишины.
Боль в щеке уже почти не чувствовалась, уступив место ледяному оцепенению. Лу Гуан медленно поднял голову и посмотрел на отца. Взгляд его был холодным, лишенным прежней юношеской горячности.
– Хорошо, – тихо произнес он. – Я уезжаю.
Он развернулся и, не оборачиваясь, направился к лестнице. Каждый шаг по мраморным ступеням отдавался в душе тяжелым предчувствием неизбежности. Он знал, что это решение – поворот, который навсегда изменит его жизнь.
Комната встретила его полумраком и запахом старых книг. Лу Гуан закрыл дверь и прислонился к ней спиной, словно ища опоры. Он чувствовал себя абсолютно опустошенным, лишенным сил. Единственное, чего ему сейчас хотелось – это спрятаться от всего мира и просто забыться.
Взгляд его упал на телефон, лежавший на столе. Экран мерцал, сигнализируя о пропущенных сообщениях. Лу Гуан взял телефон и разблокировал экран. Сердце пропустило удар. Среди нескольких непрочитанных было сообщение от Сяоши.
-Ты в порядке? – гласило оно.
Лу Гуан провел пальцем по экрану, открывая диалог. Он перечитал сообщение несколько раз, словно стараясь найти в нем скрытый смысл. От этих простых слов, написанных с такой заботой, в душе разлилось странное тепло. Впервые за вечер он почувствовал, что не одинок.
-Не совсем, – медленно печатал он в ответ. – Мы можем сейчас поговорить?
Ответ не заставил себя ждать. Телефон завибрировал в руке, и на экране высветилось.
-Конечно. Звоню.
Через мгновение комнату наполнили гудки. Каждая секунда ожидания казалась вечностью. Наконец, в трубке раздался знакомый голос:
– Лу Гуан? Что случилось?
Голос Сяоши звучал взволнованно и обеспокоенно. Лу Гуан закрыл глаза, собираясь с духом. Он не знал, с чего начать, как объяснить все то, что накопилось в душе.
– Сяоши… – начал он хрипло. – Я… Я ухожу из дома…
***
– Уходишь из дома? – голос Сяоши дрогнул, прорывались нотки тревоги. – Что случилось? Что-то с твоим отцом?
– Да… то есть… – Лу Гуан запнулся, не зная, как выразить хаос мыслей. – Мы снова поссорились. Из-за всего. Из-за компании, из-за моего будущего, из-за…
Он замолчал, не желая рассказывать о пощёчине. Это было унизительно – и для него самого, и для Сяоши, который узнал бы о такой слабости его отца.
– Он давит на тебя? – тихо спросил Сяоши, словно читая его мысли.
Лу Гуан лишь тяжело вздохнул в ответ.
– Лу Гуан, послушай, – голос Сяоши стал серьёзным. – Я знаю, что это твой отец, но ты не обязан жить его жизнью. Ты имеешь право на свои собственные мечты, на свои ошибки, на свой путь. И если сейчас тебе нужно уйти, чтобы найти себя, то уходи.
– Но… куда мне идти? – спросил Лу Гуан, чувствуя, как в голосе прорезаются отчаянные нотки.
– Приезжай ко мне, – без тени сомнения ответил Сяоши. – У меня есть место. И мы что-нибудь придумаем. Вместе.
Сердце Лу Гуана пропустило удар. Предложение Сяоши было подобно спасательному кругу, брошенному в бушующем море. Впервые за вечер он почувствовал настоящую надежду.
– Сяоши… я… – начал он, но не нашёл слов. Благодарность и смущение мешали говорить.
– Не надо слов, – мягко прервал его Сяоши. – Просто приезжай. Я жду.
Следующий час прошёл как в тумане. Лу Гуан собирал вещи, стараясь действовать максимально тихо, чтобы не привлечь внимания отца. В конце концов, он уложил в небольшой чемодан самое необходимое – одежду, учебники.
На улице его уже ждал Сяоши. Он стоял, прислонившись к своему старенькому мотоциклу, и курил, вглядываясь в ночную даль. Увидев Лу Гуана, он бросил сигарету на асфальт и подошёл к нему.
– Ну что, готов? – спросил он, беря у него чемодан.
Лу Гуан кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он все еще не мог поверить, что все это происходит на самом деле. Что он действительно уходит из дома. Что рядом с ним сейчас Сяоши, готовый поддержать его в эту трудную минуту.
– Тогда поехали, – улыбнулся Сяоши, словно угадав его мысли. – У меня есть идея, как поднять тебе настроение.
И он, не дожидаясь ответа, уверенно направился к своему мотоциклу, увлекая Лу Гуана за собой. В эту ночь они говорили обо всем на свете. О мечтах и планах на будущее, о страхах и сомнениях, о жизни и смерти, о любви и дружбе. И с каждым произнесенным словом, с каждым общим воспоминанием расстояние между ними сокращалось, а дружба становилась все крепче.