6
– Сама ты долбилась! Долбанутая!
– Добренкова, полегче! – покачала головой Вилка. – Я говорю то, что видела! Тебя здесь не было… Ну, если, как вариант, ты не пряталась в пальмах в это время…
Кажется, я покраснела.
– Нам нужно обговорить все детали итогового проекта! – выпалила я, предпочтя перевести тему.
– Задачи пополам и расходимся! – невозмутимо ответила Виолетта и уже развернулась, чтобы уйти…
– Так, стоп-стоп-стоп! – вновь схватила я девушку за рукав.
Вила многозначительно посмотрела на мою руку, и мне пришлось отпустить её. Что это я, правда, прицепилась, как репей. Еще растяну толстовку, черт знает, сколько её вещи стоят…
– Там еще теория есть вообще-то! – грубо напомнила я.
– Теорию тоже пополам! – пожала плечами Виолетта.
То есть как? Все-то у него просто… Пополам… Нарешает там неправильно, голова садовая, а я отметку плохую получу!
– Тогда, может, поделим сейчас задачи? – сердито поинтересовалась я. – Чем раньше начнем работу, тем лучше! Быстрее закончим!
«Быстрее отделаюсь от тебя!» – с раздражением подумала я.
Виолетта вздохнула и, подойдя к подоконнику, бросила на него свой рюкзак. Я поплелась следом за ней, попутно пролистывая тетрадь с лекциями по электродинамике. Когда я причалила к окну, Малышенко неожиданно схватила меня на руки и усадила на огромный подоконник. Все это произошло так быстро, что я даже возмутиться как следует не успела.
– Можно в следующий раз без рук? – буркнула я.
– Как скажешь, Добренкова! – усмехнулась Вилка, стоя рядом и опершись рукой о подоконник. Она была значительно выше меня, сейчас наши глаза находились примерно на одном уровне. Она заглядывал в мою раскрытую тетрадь, куда был вклеен лист с заданием. Лицо её, пусть даже и очень симпатичное, маячило прямо передо мной. Я даже слышала её мерное дыхание…
– Ты можешь не нарушать мое личное пространство? – не выдержала я. – Рассопелась тут!
– Ну, мне ведь нужно узнать, какие там вопросы…
– Тебе должны были выдать точно такой же лист с условиями, – раздраженно проговорила я.
– Точно, где-то лежит у меня, наверное! – беспечно пожала плечами она.
Я перевела дыхание. Фух-фух… Три-четыре. Дышать глубже. Нужно расслабиться и не раздражаться, расслабиться и не раздражаться…
– Я вообще не понимаю, как ты попала на наш факультет! – рявкнула я в конце концов. Расслабиться и не раздражаться не получилось.
– Я думала, что физфак – это и есть физкультурный… – лениво проговорила Виолетта.
Немая сцена. Я несколько секунд молча пялилась на одногруппницу, не понимая, всерьез она или шутит. Если всерьез, то ты, Добренко, крупно попала…
Но Виолетта громко заржала:
– Ты правда думаешь, что я настолько тупая? Ты меня явно недооцениваешь.
Как же, недооцениваю я её!
«Гы-гы-гы…»
– Послушай… Виолетт, – устало начала я. – Ты даже не представляешь, как мне важна эта оценка…
– Представляю, – серьезно ответила Малышенко.
– То есть ты знаешь, что я иду на красный диплом? – удивилась я.
– Понятия не имею, куда ты там идешь, – улыбнулась она. – Но мне тоже кровь из носу нужно написать эту работу на «отлично».
Так! Приехали! А я ведь только хотела предложить ей самоликвидироваться.
– Тебе-то зачем? – искренне удивилась я.
– Скажем так, тут личные интересы… – ушла от ответа Вита. – Меркантильные.
По-любому папочка пообещал новую машину или что-то в этом роде… А уж его друг-декан точно проконтролирует, чтобы Виолетта вовремя сдала работу…
– А я подумала, вдруг у тебя нет свободного времени на выполнение итоговой работы… Хоккей там, все дела… – как бы между делом начала я.
– Ну почему же, – пожала плечами Вита. – Моя команда вылетела из плей-офф, и планов у меня на весну нет…
Вот черт!
– Или бы ты хотела позаниматься одна… – продолжила намекать я.
– Добренкова, я тебе прямо сказала: мне тоже не нужен «минус балл», – перебила меня Виолетта.
– Я До-бре-нко! – сердито по слогам проговорила я.
Вила опять улыбнулась. Чему лыбится, непонятно.
– Значит, ты не откажешься работать вместе со мной? – в лоб спросила я.
– Так же, как и ты не откажешься работать со мной! – немного с вызовом ответила Виолетта.
– И мы прям партнеры, все делаем вместе и ты не откажешься работать вместе со мной? – упрямо повторила я.
– Так же, как и ты не откажешься работать вместе со мной! Мы повязаны, – вновь повторила Вилка. – До гробовой доски!
Она громко заржала. Ха! Это мы еще посмотрим! Я в ответ коварно усмехнулась. Она не знает, с кем связалась. Ведь я кого угодно могу довести до белого каления…
– Значит, смотри… Теоретические вопросы… Первый…
Я дотошно разделила вопросы, вырвала из альбома лист, достала линейку и карандаш из пенала.
– Сейчас я выпишу тебе, чем ты должна заняться в первые три дня…
– А линейка с карандашом тебе зачем? – устало поинтересовалась Вита.
– Как зачем? – сделала я невозмутимое лицо. – Сейчас разлиную строчки… Чтобы тебе понятнее и приятнее было читать… У меня, знаешь, такой неразборчивый почерк…
– Мне и так понятно будет! И очень приятно! – испуганно отозвалась она.
Кажется, со стороны я выгляжу как сумасшедшая. Но я этого и добиваюсь.
– Ой, да брось! – хихикнула я. – Мне несложно! Все должно быть по правилам! Кому приятно читать поехавшие строчки?
Этот риторический вопрос я задала в никуда. В пустоту. Ви не ответила. Хотя могла бы резонно отметить, что единственная здесь поехавшая – это не строчка, а я.
Я специально долго и аккуратно разлиновывала лист, каждый раз отступая от предыдущей строчки сантиметр. Даже кончик языка высунула, так старалась. Один раз карандаш сорвался с линейки, тогда я полезла в пенал за ластиком…
– Ты издеваешься? – простонала Виолетта.
– А что такого? – пожала я в ответ плечами.
Разлиновав альбомный лист и аккуратно исписав его гелевой ручкой, я наконец протянула свое творчество Малышенко.
– Пожалуйста, вот вопросы, которые ты должна проработать. И давай обменяемся номерами телефонов… – учительским тоном попросила я. – Мы всегда должны быть на связи!
Ви продиктовала мне свой номер, я тут же набрала его. Сбросив вызов, девушка нервно поинтересовался:
– Теперь я наконец могу быть свободна?
В душе я ликовала. Кажется, мне удалось вывести его из равновесия. Не она меня вывела, а я её! Так-то, Вилка! Так-то!