Эпилог
Ханма
Он смотрит вдаль, где на горизонте видна небольшая, приближающаяся с каждой минутой точка. Сходит к пристани, чтобы подготовить всё к швартовке. Садится в ожидании на тёплые доски, окуная ноги в прозрачную океанскую воду. Мелкие рыбёхи снуют туда-сюда в поисках пищи, по дну ползёт неповоротливый краб. Ханма чувствует, как его размаривает на солнце, пока, наконец, не ощущает брызги от прибывшего судна.
Вдвоём они затягивают крепко узлы, проверяют, надёжно ли они закреплены - на завтра обещают небольшой шторм. Лишь после этого замирают ненадолго в объятиях.
- Я соскучился, - Дракен нарушает молчание первым. Слова гудят на коже - он уткнулся в шею губами, чувствуя осевший на них кристаллами соли океан.
- Мог бы сказать, что ты тоже, - ворчит Рюгудзи, спеша за высокой фигурой к небольшому домику неподалеку, скрытому за деревьями.
- Мне, Кен, некогда скучать, у меня тут, знаешь ли, урожай бананов подходит. Это тебе не встречи с президентами - день упустил и уже некондиция.
- Смешно ему, - недовольно тянет Дракен, - Не к тебе яйца этот старый хер подкатывал.
- Может, мне ему по морде настучать? За то, что посмел на тебя вообще взглянуть? - открывает дверь, пропуская его внутрь, Шюджи.
- Не помешало бы, - прижимает его к косяку Рюгудзи, - одна беда - призраки не умеют драться.
- А целоваться призраки умеют? - руки на плечах притягивают Дракена ближе, пальцы ложатся на губы, вычерчивают строгий их контур.
- Это у них получается слишком хорошо, - и в доказательство они обмениваются теплом друг с другом в лёгком прикосновении.
Ханма чувствует нетерпеливость Кена - его губы и руки подрагивают, а дыхание меняет ритм на более отрывистый, стоит ему пройтись языком по дёснам. Неудивительно - судя по новостным сводкам, Рюгудзи последние пару месяцев облетел полсвета, встречаясь с руководством различных корпораций, с чиновниками, с главами стран. Они, конечно, не виделись и дольше, но такой график выматывает, джет лаг ложится допнагрузкой на тело, а такие вот похотливые собеседники, к которым нужно найти подход и при этом желательно без отрубания тянущихся куда не надо ручонок - изрядно потрошат психическую устойчивость.
Дракен внезапно останавливается. Зевает.
- Я только вздремну пару минут и продолжим, окей? Замотался я с этой яхтой. Хорошо, хоть в одиночку ей можно управлять.
Просыпается он лишь через сутки.
В окна бьёт ветер. Шюджи сидит в кресле читая книгу, перебросив свои длинные ноги через подлокотник.
- Я что, так долго спал?
- Тебе нужно было отдохнуть, Кен, - Ханма снимает очки, оставляет их вместе со свежим изданием какого-то научпопа на столике и ныряет к нему под тонкое покрывало. Дракен разочарованно стонет.
- Шюджи, у нас и так мало времени, мне завтра к вечеру нужно успеть в аэропорт. Зачем ты меня не разбудил?
Ответа не звучит. Вместо него:
- Повернись, - ладони ложатся на мышцы спины, раскатывают их под собой, растирая и разглаживая. И когда вся поверхность уже промята, расслаблена, Шюджи ложится сверху, укладывая голову на плечо Рюгудзи, целует за ухом, губами прихватывает кожу на шее.
- Я тоже скучал.
Дракен
Этого достаточно, чтобы включить желание. Дракен махом поворачивается на спину, хватая запястья Ханмы и тянет на себя. Тот шлёпается на его живот и включается в игру. После длительной разлуки так приятно ощущать его кожу под губами. Она засмуглела, волоски на ней выгорели и стали тоньше, но она по-прежнему такая же вкусная. На удивление, сейчас Дракену не хочется торопиться. В предыдущие приезды он набрасывался на Ханму практически сразу, но на этот раз, размякнув после отдыха и массажа, он долго, бережно целует Шюджи, так же неторопливо его подготавливает.
- Как же я люблю тебя, Шюджи, - внутри него так узко, для них теперь каждый раз словно первый, и хочется чувствовать Ханму полностью, раствориться в ощущениях. Хочется сбросить груз забот и остаться с ним здесь, насовсем.
Дракен теперь отчасти понимает Шюджи, хотя ритм его собственной жизни, пожалуй, в разы быстрее той, что жил Ханма, пока был во главе их веры. Ему всё чаще во снах слышится шум прибоя и не отпускает ощущение сильных рук, прижимающих к пропахшему океанским бризом телу. Он рассказывает об этом Шюджи в один из своих приездов и вновь не получает совета, только расклад, что можно с этим сделать. Выбирает. И то, как видит мир Ханма продолжает этот мир потихоньку менять.
Подготовка нового, молодого поколения - их вера уделяет этому особое внимание. В их школы мечтают отдать детей родители по всему миру. Пока они не могут принять всех желающих, но придёт время... В каждом ребенке выискивается талант. Порой он очевиден - вот этот станет отличным музыкантом, этот программистом, а тот - хорошим воспитателем детского сада. У кого-то видны задатки политика, кому-то по плечу сложнейшие математические задачи, а кого-то хлебом не корми - дай возможность поиграться с колбами и пробирками. С кем-то всё не так однозначно - прошло, например, пара лет прежде чем выяснилось, что девочка из Москвы на интуитивном уровне способна понимать животных, а подросток из Марокко - создавать потрясающие стратегические схемы с развёрткой десятков вариантов исходов в голове ( да ещё и с учётом разных факторов воздействия).
Самое важное - создать среду, где дети раскроются максимально, и у них это получилось. Зачатки созданы Шюджи. Их продолжил взращивать Дракен с помощью всех тех, кто молился не иконам, глупым символам и книгам, каждое слово которых - фарш, прокрученный миллионны раз и извращённый фанатиками и корыстолюбцами. Слова, произносимые ежедневно их последователями - о них самих, о том, чтобы делать всё, что в их силах для свободы своей и тех, кто рядом. Способной увидеть и поддержать её в других, заражая словно вирус человека за человеком.
Сейчас приходит время посаженным семенам цвести, выводить это ни с чем не сравнимое чувство внутри жителей городов и стран на новый уровень, на следующую ступень.
- Я подобрал преемника, Шюджи. Преемницу, если быть точным, - Дракен теребит сосок, прежде чем уткнуться носом куда-то в подмышку и прижаться к Ханме, заряжаясь от него спокойствием и уверенностью.
- Познакомишь? - пальцы перебирают волосы, слегка влажные после душа и чуть-чуть их оттягивают, чтобы приподнять лицо Рюгудзи.
- Обязательно. Она потрясающая. Уверен, ей по силам сделать гораздо больше, чем нам, - Дракен вовлекается в поцелуй. Казалось бы - губы и рот Шюджи такие знакомые и родные, зацелованные тысячи раз. Но он всё же находит как по-новому их приласкать.
- Ты себя недооцениваешь. То, что сделано тобой - огромный путь и не каждому под силу, Кен, - Ханма ловит его ладони, вырисовывает на них носом понятные лишь ему символы.
- С тобой это было гораздо проще сделать. Ты всегда меня поддерживал, был рядом, - Дракен сползает вниз, вбирает в себя полунапряженную плоть, с удовольствием отмечая как она крепчает в нём. Смотрит Шюджи в глаза, наслаждается стонами, тихими "Ещё", когда головка ударяется о край глотки и его вкусом. Ханма смеётся, внезапно вспоминая их первую встречу, когда он даже не подозревал, насколько хорош во всех смыслах окажется выхваченный им из огромной толпы на танцполе мальчишка. И благодарит кого-то внутри себя и Дракена за правильно сделанный выбор.