Озвучивание не поддерживается в этом браузере
53. Я знаю
— Послушай, — прошептала я, положив руку ему на грудь, — я всего лишь сиделка. Та, которой платят деньги. И… однажды наступит день, когда я уйду. Понимаешь? Рано или поздно.
Мои слова были полны боли, страха и сожаления.
— Многие привязываются к своим сиделкам, но наша задача — помочь пациентам стать независимыми. И я знаю: тот, кто протягивает руку помощи в трудный момент, становится кем-то большим, чем просто знакомым. Я хочу, чтобы ты это понял и осознал, — вздохнула я.
Всё это время я смотрела на его золотые пуговицы мундира, не в силах поднять взгляд. Сердце щемило, и к глазам подступали слёзы. Одна слезинка скатилась по щеке, и я вытерла её плечом, как будто это было неважно.
— Ты должен научиться жить без меня, — прошептала я, глядя на герб — дракона, украшавший каждую пуговицу, — Чтобы даже когда меня не будет рядом, ты сможешь…. ты… сможешь…
Вдруг я почувствовала руку, которая подняла мою подбородок, заставляя взглянуть в глаза.
— Тогда почему ты плачешь? — услышала я его голос, полный бесконечной нежности и тревоги.
Я не могла сказать.
— Прости. — выдохнула я, чувствуя жар собственного дыхания. — Я не могу сказать. И не проси. Если я скажу правду, будет только хуже.
В этот момент Чонгук склонился к моим губам. Я закрыла глаза, и моё сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
В этот миг время словно остановилось, и все вокруг исчезло — осталась только эта тихая, напряженная близость.
Его дыхание на моих губах было теплым и мягким, словно шепот ветра в ночи, а я оказалась пленницей этого чувства, не в силах отпустить его.
Чонгук задержался, словно боясь нарушить хрупкую границу между нами, и я почувствовала, как его рука мягко, но уверенно коснулась моего подбородка, снова поднимая моё лицо. Его глаза — глубокие, полные боли и страсти — смотрели мне прямо в душу. В них я увидела не только силу и решимость, но и уязвимость, которая делала его ещё более привлекательным, ещё более настоящим.
— А ты не уходи, — прошептал он, голос его был хриплым и полным искренности. — Не сейчас. Не после всего, что мы прошли. Я не хочу терять тебя, даже если это значит идти против судьбы, против правил.
Я ощущала его тепло, его аромат — смесь древесных нот и легкой свежести. В этот момент я поняла, что моя внутренняя борьба — это лишь страх потерять его.
Мои руки сами подались к его щекам, и я почувствовала, как мои пальцы дрожат. Тогда он мягко наклонил мою голову чуть ближе, и я закрыла глаза, ощущая, как его губы нежно касаются моих, словно настойчиво задавая один и тот же вопрос.
— Давай не будем переходить грань, — прошептала я, ответив нежностью на его поцелуй. — Прошу. Не надо. Это добром не кончится. Мы можем остаться хорошими друзьями.
Я сказала это, понимая, что не хочу его терять. Я не хочу разрывать эту ниточку.
Пламя угасало. Бумаги падали на стол и на пол, а люстра медленно останавливалась.
— У меня для тебя есть странная, но надеюсь, хорошая новость, — выдохнула я, чувствуя, как меня все еще обнимают. — Ты не потерял силу. Ты ее контролируешь. Но не так, как ты думал.
— В смысле? — спросил Чонгук, а я была рада перевести тему.
— Твоя сила все еще привязана к тебе. Я не знаю как, но между вами есть связь. Единственное, как ты можешь ее контролировать, это благодаря эмоциям, — прошептала я, видя как после поцелуя все замирает. Одно лишь покачивание люстры напоминало о буре.
Чонгук усмехнулся.
— Я знаю.
Комментарии