Озвучивание не поддерживается в этом браузере
28. Меры предосторожности
Генерал сидел в мрачной задумчивости, погружённый в свои мысли. Но едва я вошла, его голова мгновенно поднялась, и взгляд устремился прямо на меня.
— Вы живы? — заметил он, и в его голосе прозвучало облегчение, словно он боялся потерять меня. Эта мысль вдруг немного взбодрила меня и порадовала. — С вами все в порядке?
Я увидела, как он выдыхает с облегчением.
Я улыбнулась, чуть приоткрыв губы, и с лёгкой иронии ответила:
— Как видите! Сегодня у смерти явно не её день!
В комнате воцарилась зловещая тишина. Я внимательно следила за каждым движением, каждым жестом, словно играла в шахматы с судьбой. Внутри вызревал страх, словно вулкан, готовый взорваться, но я старалась держать себя в руках.
— Вы меня поражаете! — с насмешкой в голосе произнёс Чонгук. — И всё ещё здесь? Не убежали же?
— А с чего мне сбегать? — удивлённо спросила я, вспомнив, как нож висел над столом, словно угрожая смертельной опасностью. — Я, наоборот, решила у вас похозяйничать. А то спать с ножом в спине — неудобно. Придётся спать на животе! А на животе я спать не люблю!
Я улыбнулась, чтобы поднять ему настроение.
— И что же вы собираетесь делать? — спросил генерал, его голос стал более серьёзным.
— Как что? Лечить вас, — проворчала я, разворачиваясь к нему с милой улыбкой, а сама направилась к столу.
— А что вы забыли у меня на столе? — спросил он, подложив руку под подбородок, словно желая лучше рассмотреть.
Я уже рассматривала люстру, прикидывая, как её снять или приколотить намертво.
— Тяжкие телесные повреждения, — вздохнула я, не зная, за что хвататься. — Скажем так, я стараюсь минимизировать риски.
Я принялась перебирать предметы на столе. Сомневаюсь, что стопка бумаг способна отправить меня на встречу к покойным родственникам, потому бумаги оставила. А вот получить этим увесистым томом по голове было бы некстати.
Карандаши, книги, перья и приборы для письма полетели в корзину, которую я вытащила из-под стола.
— Не переживайте. Я просто перенесу ваши вещи в дальнюю комнату. Если что-то понадобится — я принесу, и тут же унесу обратно! — предупредила я, с улыбкой собирая все потенциально опасные мелочи.
— Ладно, книга, — заметил генерал. — Но чем помешал карандаш?
— Не хотелось бы потом рассказывать внукам, что бабушка лишилась зрения из-за прилетевшего в нее карандаша, — с усмешкой заметила я, сгребая всё, что могло представлять хоть малейшую опасность.
Закончив с столом, я перешла к каминной полке. И тут же взяла увесистую статуэтку — часы.
— Если что, они мне нравятся, — заметил генерал, внимательно глядя на меня.
Я настороженно посмотрела на него и вокруг, словно ожидая, что в любой момент всё может пойти не так.
— Отлично! — с улыбкой сказала я, принося банку с клеем. Старой кистью я щедро мазала часы и каминную полку, а на банке красовалась надпись: «Клеим всё ко всему!» — выцветшая и покрытая подтеками.
Прижав часы намертво, я перешла к статуэткам и тоже приклеила их.
Со стен исчезли портреты и картины.
— А портреты с картинами зачем? — спросил генерал.
— Я не очень хочу увидеть королевский дворец и умереть! — шутливо ответила я, рассматривая огромное полотно. — Или узнать, кто из ваших родственников больше всех на меня сердит: дедушка или бабушка.
Я перенесла картины в самую дальнюю комнату, которая находилась напротив моей. По пути вытащила из стены нож и сложила его в корзину. Всё это перекочевало в сундук с ключом.
Без картин комната стала выглядеть пустовато и не так уютно. Я вооружилась молотком и гвоздями и, встав на колени, приступила к креслу генерала.
С остервенением прибила к полу ковер гвоздями, вколачивая их так, словно они сожгли мой дом.
— Можно вопрос? — спросил генерал, наблюдая за моими усилиями и то, как я трясу слегка ушибленным пальцем, морщусь от боли, а потом открываю рот в беззвучном крике.
Комментарии