Мыслит, значит, существует

— Где Луна? – спросил Гарри, когда Невилл вернулся в Больничное Крыло.

— Ни тебе «привет», ни «как дела?», ни «рад видеть в целости и сохранности». Просто замечательно.

— Избавь меня от своего сарказма – я не в том настроении, – скривился Поттер и, чуть поразмыслив, добавил: – И вообще я ранен.

— В ногу. От этого не умирают.

— А может, и умирают. Как Луна?

— Честно говоря, не знаю, – Невилл вздохнул. – Она за дверью с Дафной. Я не понимаю, что делать... после того, как Гермиона ушла искать Рона... Дафна говорит, ей лучше...

— Но?

— Но если она за дверью, значит, истерика не за горами. А если она войдёт сюда и увидит тебя, то после того, что случилось с Гермионой...

— Для неё это будет слишком.

— Да.

— Пусть войдёт. По крайней мере, если это случится здесь, я хоть смогу её успокоить.

— Зерно истины есть, – кивнул Невилл, обернулся и прокричал: – Луна, всё нормально! Можешь заходить!

Девушка молнией ворвалась в Больничное Крыло и сразу же буквально набросилась на Гарри. Тот попытался её перехватить (пока многострадальной ноге снова не досталось), но безрезультатно. От резкой боли он поморщился, и от Луны это не ускользнуло. Девушка уже открыла рот, чтобы извиниться, но Поттер её оборвал:

— Ничего страшного – просто царапина. Похромаю несколько недель, а потом даже не вспомню.

— Тем лучше.

— А что с Гермионой? – рядом с Невиллом встала Дафна.

Гарри смерил её уничижающим взглядом, одновременно почувствовав, как в его объятиях напряглась Луна.

— Послезавтра её перевезут в Мунго, – ответил он тем не менее. – Авроры так сильно задержались не потому, что они – некомпетентные идиоты... впрочем, большая часть такие и есть, но дело не в этом... Пожиратели смерти отправили несколько групп дементоров, чтобы те устраивали диверсии и отвлекали авроров. Поэтому госпиталь сейчас забит под завязку.

— Она ведь выкарабкается? – спросила Луна дрогнувшим голосом.

— Да, – Гарри уверенно кивнул. – Хотя проблемы с правой рукой останутся. Придётся ей стать левшой.

— И какое-то время будет тяжело колдовать, – добавила Дафна.

— До ЖАБА ещё больше года – она справится, – присоединился Невилл. – А уж зная нашу Гермиону, могу предположить, что всё свободное время она будет тренироваться.

— Кстати, есть среди знакомых...

— Погибшие? – закончил Поттер.

— Да.

— У Сириуса те же проблемы, что и у Гермионы, только с левой рукой. К счастью, его лишь немного задело, так что особых осложнений быть не должно. Грюм потерял руку. Но, по его словам, он уже привык.

— И всё равно грустно, – слизеринка покачала головой.

— Потерять руку?

— Нет. Привыкнуть к потерям конечностей.

— Ты права. Так, о чём я... Грюм потерял руку, а близнецов теперь можно различить по шраму на щеке. Только я не знаю, Фред или Джордж...

— Ещё кто-нибудь? – оборвала его Дафна.

— И без того много, – Поттер сжал челюсти.

— Гарри, будет лучше, если именно ты скажешь нам всю правду, – подтолкнула его Луна.

— Погиб Шеклбот... И Джонс. А Вэнс больше никогда не сможет ходить, – опустошённым голосом признался тот.

После таких новостей никто не осмелился спрашивать дальше, и разговор увял сам собой. Тяжелее всех переносила потери Дафна. Она знала погибших – на рождественских каникулах они много разговаривали о свадьбе Тонкс и Люпина, вместе что-то готовили, давали советы, как украсить место, где состоится торжество, какие наряды выбрать и прочие мелочи.

Словно почувствовав плачевное состояние подруги, Луна отстранилась от Гарри и отправилась проведать Гермиону. Дафна тут же воспользовалась предоставленной возможностью, подошла к нему поближе и уткнулась носом в плечо. Невилл понял, что он здесь лишний, и ушёл вслед за Лавгуд.

В Больничном Крыле царила подавленная атмосфера – волшебники оплакивали погибших. Уизли собрались тесной группкой, будто хотели найти поддержку друг в друге, что, впрочем не мешало «Номеру Шесть» время от время бросать тоскливые взгляды на Гермиону, которая лежала на соседней койке. Были и те, чьи ранения не вызывали особых опасений. Такие волшебники терпеливо ждали в очереди, пока им окажут необходимую помощь.

И посреди этого хаоса с потерянным видом стоял Сириус. Он оглядывался по сторонам, словно искал что-то или кого-то, но никак не находил. Тяжело вздохнув, Блэк направился к крестнику в надежде, что тот сможет пролить свет на мучавший его вопрос.

— Гарри, ты не видел Ремуса и Тонкс?

Поттер нахмурился, а затем округлил глаза. Он уже собирался ответить, но вместо этого лишь громко расхохотался. И смеялся словно в последний раз – со слезами на глазах, выплескивая на ничего не понимающих магов напряжение тяжёлого дня.

***

А тем временем в каморке Филча Тонкс и Люпин находились в сладком неведении, что битва, в которой они так жаждали поучаствовать, уже закончилась.