Мыслит, значит, существует

Когда на следующее утро, а это уже был День Всех Святых, Гарри проснулся, то сразу же почувствовал неприятную боль в спине. Оглянувшись вокруг, он отметил, что умудрился заснуть в комнате Луны на той самой синей траве. И судя по всему, не он один. Мимолетный взгляд на часы – и решение принято.

- Дафна.

- М-м... Отстань... - сонно отмахнулась та.

- Дафна, сейчас с тобой разговаривает не Гарри-человек, а Гарри-персональный будильник... Нам и правда пора...

Гринграсс протяжно вздохнула, но так и не открыла глаза.

- Зачем? У нас ведь сегодня нет занятий.

- Знаю, но если мы не уйдём отсюда до прихода остальных, Гермиона навоображает невесть что и этот день станет для нас очень длинным. Да и спина у меня жутко болит, так что мне просто необходимо подвигаться. Если бы я перед тем, как заснуть, превратился в пантеру, ничего бы этого не было ...

Дафна приоткрыла один глаз и насмешливо посмотрела на друга.

- Да ты что! Ты, между прочим, отрубился посреди рассказа, да ещё на самом интересном месте, оставив меня наедине с собственным любопытством... Впрочем, если бы ты не был во сне таким милым, я бы тебя разбудила, чтобы узнать, чем же там всё закончилось...

- У меня не милый вид! Может, сексуальный? А «милый вид» оставь плюшевым медведям.

- Так ты же плюшевый медвежонок...

- Ты так говоришь, потому что сегодня ночью я был твоей подушкой или потому что я – жуткий грубиян?

- И то, и другое...

- Я и не сомневался. Дафна...

- Что?

- А что за историю я тебе рассказывал вчера вечером? Перед тем, как уснуть?

- О том, как ты со своим кузеном ходил в зоопарк...

- Ах, это... Там смешной конец...

- Расскажешь?

- Нет, потому что у меня болит спина и я голоден.

- Прекрасно, можешь просветить меня по дороге.

***

Этим же вечером Гарри вляпался в очередные невероятные неприятности, а именно стал четвёртым чемпионом Турнира Трех Волшебников... ко всеобщему негодованию. Гриффиндорцы и слизеринцы кричали, что он сжульничал, обычно спокойные и рассудительные хаффлпаффцы громко жаловались на вселенскую несправедливость, а рейвенкловцы не знали, что и думать...

По правде сказать, этого не знал даже сам Поттер.

К сожалению, реакция друзей на эту новость тоже не радовала. Невилл, не сказав ни слова, странно на него посмотрел. Сюзан в буквальном смысле куда-то испарилась, не оставив и следа. Луна по-прежнему оставалась Луной, что не могло не утешать, однако помощи от неё ждать не приходилось. А у Дафны был очень задумчивый вид.

Но самая ужасная реакция, без всякого сомнения, была у Гермионы.

- Зачем ты это сделал, Гарри?

- Сделал что?

- Не строй из себя идиота! Ты знаешь, о чём я. Зачем ты бросил своё имя в Кубок?

- На самом деле я ничего такого не делал.

- Тогда как твоё имя оказалась в Кубке?

- А вот это хороший вопрос... Думаю, наше следующее расследование будет посвящено как раз этому...

- Не принимай меня за дуру!

- И в мыслях не было. Более того, у меня даже есть алиби...

- На весь день?

- Да.

- И на ночь?

- Да.

- Тогда я слушаю...

- Мы с Дафной занимались налаживанием отношений.

- Что? Но... но... ты ведь ещё слишком молод! Она... Ты... Вы...

- Думаю, тебе удалось лишить её дара речи, Гарри, - усмехнулась Дафна.

- О да...

- Учитывая, что Гарри очень любит недоговаривать и темнить, объясню, что именно он хотел сказать. Мы действительно провели ночь вместе, но занимались далеко не тем, о чём ты подумала. Гарри просто рассказывал о себе: небольшие истории из жизни, чтобы приоткрыть завесу тайны, которой он себя окружил.

- Люблю быть загадочным.

- А мне ты нравишься естественным...

- Прекратите быть такими сахарными. Между прочим, я на завтрак собирался... - вступил в разговор Невилл.

Гарри нахмурился.

- Хм... а ты мог бы сыграть меня...

- Это-то меня и беспокоит.

- Интересно, кто мог использовать мою личину в своих целях?

- Из меня плохой актер, - заявил Невилл.

- Для этого нужно быть мною. Постойте, а где Луна?

- Наверное, с Сюзан...

- Давайте вернёмся к началу, - предложила Гермиона.

- И что ей делать вместе с Сюзан?

- Вступает в клуб разбитых сердец вместе с номером семь?

- Мы сейчас говорим о Луне, Дафна...

- Упс, прости. Тогда она, наверно, новый психолог клуба разбитых сердец.

- Вот это уже лучше.

- Могли хотя бы сделать вид, что слушаете меня...

- О, Гермиона, извини, ты что-то сказала?

- Спасибо. Я сказала, если это был не ты, тогда кто?

- Кто-то, кому уже есть семнадцать лет?

- Невилл...

- Спокойно, Гарри, я знаю, что говорю банальные вещи, но это сократит список подозреваемых.

- Ладно, на этот раз сойдёт. Итак, есть кто-то, кому семнадцать, и этот кто-то хочет, чтобы я участвовал в смертельно опасном Турнире. Подозреваемый номер один?

- Сам-Знаешь-Кто.

- Да, Невилл, я знаю, кто мой подозреваемый номер один, но хотелось бы узнать, поняли ли тебя остальные...

Дафна рассмеялась, Гермиона возвела очи к небу, а Невилл тяжело вздохнул.

- Ты знаешь, кого я имел в виду...

- И все же уточни.

- Хорошо, В... Волдеморт.

- Так-то лучше, Невилл. Итак, один есть: Волди и призраки Оперы. Другие идеи?

- Какой-нибудь идиот из твоего фан-клуба?

- Очень метафорично, Гермиона, но подойдёт.

- Кто-нибудь из клуба разбитых сердец? – предположила Дафна.

- Они постоянно меняются... Но разве там есть хоть кто-то, кому семнадцать?

- Ты меня бросишь, если я скажу «да»?

- Может быть, хотя и знаю, что через год или два пожалею ...

- Извращенец.

- Гарри, мы вообще-то тоже здесь...

- Извини, Невилл. Ладно, вы тогда ищите среди этих идиотов и несчастных, а я напишу Сириусу. Вдруг он заметил что-нибудь необычное? Не думаю, что события во время Кубка Мира и то, что происходит сейчас, простое совпадение, хотя... кто знает...

Гермиона и Невилл, ожесточенно о чём-то споря, отошли в сторону.

- Дафна...

- Что?

- Если Волдеморт вернётся...

- Забудь об остальных слизеринцах, Гарри. В худшем случае я смогу жить в комнате Луны. Только попрошу её добавить парочку матрасов...

- Ради меня?

- Нет, ради себя.