14
Следующим же вечером огни большого города встретили их украденный старый красный пикап непрекращающимся сиянием. За окном мелькали яркие фары проезжающих мимо машин. Казалось, мнимые соседние попутчики постоянно сверлили их взглядами, полными осуждения, а, может, все это было в уставшей голове шатена...? В любом случае, напарники уже пересекли несколько постов полиции и беспрепятственно въехали в один из самых известных городов страны - Нью-Йорк.
Рейна, словно по своему же небольшому обычаю, как подметил Луи, снова спала на пассажирском сидении, слегка склонив голову набок. Она тихонько посапывала, пока парень легко и непринужденно вел машину в столь поздний час. Они доехали до Нью-Йорка всего за каких-то семь часов, но Томлинсон все еще ощущал себя довольно-таки бодрым. Он чувствовал, что должен был отдать Ричарду должное - старый лгун, предатель и убийца все-таки сдержал свое слово, а значит, Рейна была в абсолютной безопасности. Для парня сейчас именно это отчего-то было на самом первом месте.
Не отчего-то, мысленно вторил себе Луи, а потому, что несмотря на все мои колкости, я все-таки очень ее люблю.
Только вот как заставить ее поверить в его любовь? Этот вопрос мучил парня уже не один год. Он появился еще тогда, в первые месяцы их знакомства. Как и сейчас, она была своевольной, своенравной, не знала слова "достаточно" и всегда преступала все правила. Теперь она почти не изменилась, только вот что-то в ней однозначно поменялось.
Она, подумал Луи, стала более бесчувственной.
Та сильная девушка, которую ему когда-то довелось повстречать и с которой представилось работать, никуда не делась. Создалось лишь маленькое ощущение того, что она повзрослела. Несмотря на ее возраст, пережила она достаточно, а потому совершенно понятно, отчего ей так сложно вновь начать доверять и, в конце-концов, отчего так сложно начать любить.
Пока шатен размышлял о своей напарнице, та уже давным-давно открыла свои глаза и теперь без тени сомнения и смущения на лице тщательно изучала анфас молодого человека. Она четко понимала: в нем ей нравится все. То, как он смотрит, то, как глупо и невпопад порой он шутит, то, что говорит, не подумав, то, что делает и даже то, как часто ее слушается - или делает вид, что слушается,- практически во всем или то, как спорит с ней, - все это возрождало в ее давно усопшей душе новые ростки жизни.
Но что будет дальше?
Они теперь никто. Она теперь никто. Она может теперь изменить свою жизнь полностью. Нет теперь никаких Организаций, нет запланированных убийств, нет больше Вадденов, Эрла, Ричарда, истории давно усопшего Тристана Риззо... нет даже ее умершей сестры. Никого не осталось больше из тех, кто мог бы сравниться с Рейной Уолтер. Хотя, пожалуй... взгляд ее карих глаз вновь метнулся в сторону ничего не подозревающего Томлинсона. Он определенно хорош в бою, он хорош собой, он хорош во всем. Так почему ей хотя бы просто не развлечься?
От одного вечера ничего не случится, подумала она, делая вид, что просыпается, завтра солнце взойдет все также невозмутимо, а то, что произойдет этой ночью, останется только между нами с Луи. Так было всегда, верно? Так почему бы не повторить ту ночь прямо сейчас?
- Доброе утро,- широко улыбнулся парень, заметив наигранное пробуждение девушки.
- Доброе,- ответила она, зевнув.
- Итак, мы пересекли Нью-Йорк. Куда дальше?
- Поехали в бар?- ни с того ни с сего предложила она.
Луи слегка опешил - он не ожидал такого крутого поворота событий.
- Что же, можно и выпить, я только за.
- Только не смей распускать руки,- заметила Рей.
- В последний раз, когда мы были в баре,- начал вспоминать Томлинсон,- останавливать мне пришлось тебя, иначе ты бы изнасиловала того жалкого блондина. До сих пор помню его беспомощный взгляд.
Про себя девушка давно усмехнулась, но снаружи лишь снова закатила глаза. Какими бы ни были они по отдельности, вместе им отчего-то всегда удавалось дополнять друг друга. Пожалуй, именно это и можно назвать здоровыми отношениями - когда ты любишь, не отдавая частичку себя кому-то другому. Для Рейны это было удивительным, чем-то из ряда вон выходящим. Не то, чтобы она часто задумывалась о том, какими могли бы быть их отношения, но все же порой она задавалась именно этим вопросом. И ответ на него всегда был один - находятся они в официальной стадии отношений или нет, им удается найти друг друга, не растеряв самих себя.
- Какой бар ты хочешь? Там, где народу побольше или там, где народу поменьше?- заметив, что ее взгляд частенько опускается на него, спросил Луи.
- А, знаешь, что?- нахмурилась Уолтер.
Парень нахмурился в ответ, пока машина плавно остановилась перед светофором.
- Поехали куда-нибудь, где мы сможем побыть одни? Давай снимем шикарный номер на одну ночь и просто расслабимся, как в старые добрые времена?
Предложение Рей ввело парня в ступор. Он никогда раньше почти не видел ее такой... спокойной, предлагающей остановиться где-то лишь на одну ночь, чтобы развлечься и подарить себе самой вечер наслаждения. То ли поэтому, то ли потому что в глубине души он тоже надеялся на шикарную ночь, Томлинсон плавно кивнул головой, разворачивая машину.
Они молча доехали до Plaza Hotel, где сняли шикарный президентский люкс. Рейна хотела поделить стоимость пополам, но Луи отказался от этого наотрез. Портье приветливо улыбнулась парню, оформляя их в отеле, на что Рейна вздернула подбородок и смерила ее злобным взглядом.
- Ревнуешь?- ухмылка появилась на лице Томлинсона, когда они вместе подошли к лифту.
- Нисколько,- фыркнула она в ответ.
- Это ее работа,- он положил свою ладонь ей на талию, слегка толкая в двери только что открывшегося лифта,- она должна улыбаться своим посетителям.
- Но ты улыбнулся ей в ответ,- констатировала она, нажав на кнопку нужного этажа.
Двери лифта плотно закрылись, и только после этого Луи произнес:
- Ревность тебе очень идет, милая.
- Прекрати это,- отрезала Рейна.
- Прекратить что?
На панели особый калькулятор отсчитывал этажи один за другим, пока Луи грубо не нажал на красную кнопку. Рейна тяжело выдохнула, поворачиваясь к нему лицом.
- И зачем ты сделал это, Томлинсон?! Меня ждет шикарная ванна с панорамными окнами и видом на прекрасный город, а ты лишаешь меня моего собственного удовольствия в первый же день отдыха?
- Принимается, Рей, мы обязательно примем ее вместе и потрем друг другу спинки,- подходя все ближе миллиметр за миллиметром, произнес Луи.
Тело девушки непроизвольно дрогнуло, что лишь вызвало ухмылку на его лице. Парень подходил все ближе и ближе, припечатывая Уолтер к стене лифта с каждой секундой, пока сама она не знала, как поступить - отпираться или поддаваться? Она выставила перед собой ладонь, не позволяя ему сократить последние сантиметры между ними в то время, как меж их губами оставались считанные миллиметры.
- Снова меня оттолкнешь?- прошетал Луи,- даже если да, я все равно тебя добьюсь.
- Добивайся сколько влезет,- в ответ прошептала она,- я развлекаюсь, помни об этом, когда твое жалкое сердечко разобьется вдребезги.
- Нечему во мне разбиваться,- яростно прошептал он, прилагая все усилия для того, чтобы наконец поцеловать недосягаемые пухлые алые губы.
- Но что же это?
Ее ладонь легла на грудь Луи, в то самое место, где находится сердце. Оно билось под ее рукой, отчего она совершенно невовремя заметила, что сердцебиение у них абсолютно идентично. Парень предпринял последнюю попытку, но тут же его тело отпихнула в противоположную сторону лифта она, начиная вести в их совместном бальном танце. Она накрыла его губы своими, хватая за шею. Он положил одну руку ей на талию, притягивая к себе, другой оттолкнулся от стены, на которую опирался, чтобы припечатать ее к другой.
Нечаянным нажатием кнопки лифт все-таки вернулся в рабочее состояние. Когда они вместе выходили из маленького помещения, он нес ее на своих бедрах, оставляя поцелуи по всей ее выгибающейся ему навстречу шее. Судорожно найдя ключ-карту в заднем кармане джинс, он все-таки открыл дверь и они, войдя, тут же упали на огромный диван.
Номер, в котором они оказались - тот самый президентский люкс - был идеальным и неповторимым со всех точек зрения, но в данный момент их обоих волновало только одно - они сами.
Покрывая поцелуями ее порой дрожащее тело и получая эти поцелуи взамен, Луи старался быть предельно нежным и грубым одновременно. В конце-концов сейчас в его руках находилась его любимая и самая для него невероятная девушка. Он знал: завтра она точно скажет, что этого больше не повторится, но он также знал, что еще несколько лет ожидания он не выдержит.
Их работа в бизнесе окончена. Они могут быть, кем хотят. И пока они были заняты друг другом, на подсознательном уровне - именно на том, куда разум не знает дорогу - оба понимали свою любовь и принимали ее такой, какая она есть.
Но это было только сегодня.