This summer's gonna hurt like a motherfucker [Хёнликсы]

Феликс к концу беременности был очень милым и нежным. Омега был с аккуратным животиком, с округлившимся формами и горящими от счастья глазами. Все-таки инстинкты взяли свое и теперь омежка чувствовал в себе новые силы для нежности и заботы к малышу. Хёнджин тоже был в восторге, а все потому, что любимому было хорошо и его не одолевали капризы и токсикоз. Альфа старался по возможности быть все свое свободное время рядом, но и особо не надоедал, так что у Феликса не было возможности устать от компании старшего.

Единственным минусом, что не очень нравился Хвану, было то, что с Феликсом они жили у родителей омеги. Пока их новоприобретенный дом оформляли и делали ремонт, пара могла бы пожить у альфы в квартире, но Ли уперся и не поддавался никаким уговорам на переезд. И эта тема была частой в их повседневных разговорах. Хван пытался ненавязчиво намекнуть супругу, что ему некомфортно жить с родителями, потому что в таком случае он ощущает себя нахлебником. Но Феликс лишь отмахивался от этого и спешил перевести тему.

Парочка часто выбиралась в торговые центры, чтобы закупиться всякими детскими вещами и принадлежностями, отчего Хван готов был прыгать от радости едва ли не до потолка. Альфа старался угодить Ли во всем и частенько велся на сладкие речи омеги, особенно, когда Феликсу нужно было что-то, что ему кушать нежелательно.

В один из вечеров, Хван пришел после занятий домой и принес любимому целый пакет с мармеладом. Феликс отдыхал в своей комнате, поэтому когда альфа зашел к нему и вручил вкусности, будущий папочка быстро вскочил со своего места и накинулся на еду, совсем забывая про супруга. Хёнджин нисколько не обижался и, пока омега был занят, то успел переодеться и прилечь под бок к мужу.

-Ты голодный?- поинтересовался Феликс, опираясь спиной на изголовье кровати, при этом смотря о всей своей нежностью и заботой на Хвана, который грелся под пледом после прохладной улицы,- мы с папой приготовили сегодня мясо с овощами.

-Я не особо голоден. Может позже поем. А ты ужинал? Или ты только сладости кушаешь?- с неподдельным беспокойством спросил альфа, глядя на младшего с нежностью.

-Я еще не кушал, но не хочу. Я ждал тебя, чтобы полежать и пообниматься. Тебе много нужно готовить на завтра на пары?- Феликс протянул открытую пачку с мармеладом любимому и улыбнулся, когда вместо сладости, альфа потянулся к его животу и стал гладить через ткань футболки.

-Нет, учить ничего не нужно. Если хочешь, значит будем обниматься и целоваться хоть до завтрашнего утра.

Феликс нежно улыбался и продолжал есть мармелад, пока альфа гладил его живот. Хёнджин несколько минут молчал, обдумывая с какой бы стороны ему подступиться к любимому, но решил, что будет говорить в лоб.

-Когда мы уже будем жить отдельно?- поинтересовался Хван, наблюдая как на лице младшего начинает вырисовываться печаль,- ты уже совсем скоро родишь и не проще ли будет, перевести вещи в новый дом сейчас? Ты потом после больницы будешь занят малышом, так что будет не до расставления вещей и наведения порядка. Поэтому, я прошу тебя, давай переезжать в ближайшие дни.

-Мы же договаривались переехать после рождения,- стоял на своем омега, слегка отстранившись от альфы, чтобы лучше видеть его эмоции.

-Да, но разве тебе самому не хочется уже жить отдельно? С родителями замечательно, но и самостоятельная жизнь тоже нужна,- с толикой возмущения проговорил альфа, наблюдая как омега вздохнул, а потом, отложил в сторону вкусняшки, начиная улыбаться

-Тогда собирайся, Хван Хёнджин,- проговорил омежка немного неожиданно хлопая в ладоши,- у меня еще в обед воды отошли, так что нам надо в больницу.

-Чего?- Хёнджин от шока просто замер на месте и смотрел на любимого широкими глазами.

-Ну и чего ты так завис? Ты же так сильно ждал, когда наше солнце появится на свет,- совершенно спокойно проговорил Феликс, неторопливо вставая с кровати, сразу же начиная собирать свою сумку,- а сейчас смотришь так, как будто призрака увидел.

-Ты ведь не шутишь сейчас?- дрожащим голосом спросил Хван, тут же оказываясь около мужа, беря его руки в свои ладони.

-Нет, Джинни. У меня правда еще в обед отошли воды,- снова спокойно ответил омега, чуть сильнее сжимая руки альфы,- если хочешь, я могу и сам поехать в больницу. Если вдруг ты боишься.

-Я не боюсь. Я просто не могу понять, какого черта ты столько времени сидел и молчал? Почему ты не позвонил мне?- до Хвана медленно, но верно стал доходить реальный масштаб происходящего, поэтому его стало трясти.

-Вот именно поэтому, Джинни. Ты слишком близко все воспринимаешь к сердцу. Но... со мной все в порядке. У меня еще даже схваток нет, так что тебе не о чем переживать. Просто живот начало тянуть немного, но это терпимо.

Хван просто согласно кивнул головой и отпустил омегу и дальше собирать вещи. Дорога в больницу была как в тумане: все было быстро, а страх и переживания накрывали с головой. Феликс был совершенно спокоен и принимал все как должное, в отличие от Хёнджина. Даже когда омегу осмотрели и отправили в палату, чтобы ждать схватки, омега улыбался и нормально разговаривал с бледным Хваном.

-Если бы ты только знал, как сильно я за вас переживаю,- прохрипел альфа, наблюдая за тем, как омега стал ходить из угла в угол и немного морщить нос из-за неприятных ощущений.

-Я вижу. И я тебя очень сильно люблю,- промурлыкал Феликс, сощурив глаза еще сильнее, от боли.

Хёнджин не ответил, потому что его прервала открывающаяся дверь в палату. Доктор пришел на осмотр, а после него сразу же увел Феликса в родовую. Хван несколько часов метался по больнице как зверь в клетке, совсем не обращая внимание на то, что происходит вокруг. Когда же из родовой вышел доктор, Хван думал, что потеряет сознание. Слова о том, что с обоими омежками все в порядке были осознаны не сразу, поэтому альфа на какое-то время даже подвис. А потом доктору пришлось ловить его. Хёнджин от пережитых эмоций все-таки потерял сознание, так что рабочему персоналу пришлось его приводить в чувства. Но когда альфа был уже в себе, на его лице не переставая, светилась улыбка.