Dear Min Yoongi.

Дата: 5 августа.
Время: 11:09.

«Я никогда не был так счастлив, как вчерашним вечером. Я поближе познакомился с Чонгуком и убедился, что он тот человек, которому можно доверится. Я узнал почти все ситуации из его жизни, которые запоминаются лучше и надолго. Я даже представить не могу, какого мне будет, если я не буду видеть эти черты прекрасного лица. Эти накаченные руки, бёдра. . .
Можно сказать я схожу по нему с ума, но по его брату я схожу больше. Почему Хосок не может оставаться надолго? Почему я не могу любоваться его улыбкой ежесекундно? Это ведь несправедливо.
Всю жизнь я мечтал побывать на аттракционах. И каждый раз, когда я вспоминаю свою 'мечту', я понимаю, что этого никогда не будет. Я умру и всё. Что-то это слово звучит угрюмо. Я отключусь от этого мира и всё».

Юнги поднял свою голову выше и столкнулся с взглядом с солнечной погодой Сеула. А он всё такой же прекрасный. Даже в дождь. Но в солнечную пору он выглядит намного лучше и эффективнее. Юнги облизнул губы и обратил внимание на скрип со стороны входной двери. В дверях показалась знакомая тёмная макушка. Хоби.

- Хосок? - обеспокоенно спросил Юнги, дабы убедиться в его присутствии. Но Хосок сделал неуверенный шаг вперёд и облакотился о дверной косяк, не поднимая своей головы вверх. Всё тот же полосатый свитер и те же обтягивающие брюки. Он решил начать свои походы теперь в таком «луке»? Юнги спустил ноги с кровати и отложил тетрадь на тумбу. - Хосок, почему ты не проходишь?

- Я правда такой жалкий? - всхлипывая, ответил Хосок спустя несколько минут томного ожидания. Его голос дрожал, как хрустальная ваза, которая стоит на краю стола. Но, вдруг, этот голос тоже может разбиться, если не сделать верный шаг? Бред. Голова тёмноволосого так и не поднималась, а Юнги уже надоелось смотреть исключительно на его макушку.

- С чего ты взял? - усмехнулся блондин, вставая с кровати на ноги. Парня немного пошатнуло, но Юнги всё же справился с силой притяжения, уперевшись о деревянную тумбу.

- Отвечай.

- Нет. Ты вовсе не жалкий, - рассудительно ответил Юнги, осматривая противоположную стену палаты. - А почему тебя так волнует этот вопрос? - Юнги начал делать непоспешные шаги в сторону Хосока, попутно замечая дрожь во всём теле тёмноволосого. С ним явно что-то произошло.

- Ты врёшь, - надрывающе ответил Хосок, прикрывая лицо широкими ладонями. Эти действия заставили Юнги моментально подлететь к бедному телу Хоби и буквально встать впритык, одновременно возвышаясь и смотря сверху. Слышались всхлипы.

- Что случилось? - длинные пальцы Юнги старательно убрали ладони от лица Хосока, нежно сжимая в слабых кулачках. Чон-старший медленно поднял взгляд, полный слёз, на Юнги и начал бегать из стороны в сторону такими жалкими и беспомощными глазёнками по знакомому и серьёзному лицу блондина.

Юнги, в свою очередь, начал смотреть на столь прекрасное лицо Хосока. На этот раз оно выглядело не так счастливо, как раньше. Вместо идеальной кожи, красовались садины и синяки, сделанные сильной и довольно мощной рукой. Некоторые пряди тёмных волос прилипли к широкому лбу. Блондин, не дождавшись ответа, опустил голову ниже. Ко лбу. Нежный и лёгкий поцелуй по такой солёной коже, но одновременно и сладкой.

- Успокойся, - прошептал Юнги, уже свободно смотря в глаза Хосока. Хосок нервно сглотнул и быстро закивал головой, в знак согласия. Чон откинул голову назад и нервно улыбнулся, освобождая свои руки из хватки Юнги. Да, для Хосока были неожиданны действия от Юнги, что заставило его расстеряться ещё больше. Но спустя минуту, Хоби набрался смелости, и посмотрев на пустую кровать Чонгука, перевёл взгляд на Юнги.

- Отец сошёл с ума, - начал Хосок, нервозно облизывая свои пересохшие губы. - Вчера следовали побои на папу. Сегодня был я. Он назвал меня жалким идиотом и бездарным сыном, - Хоби прикрыл веки и слабо улыбнулся. - Я видел, как он пил. Он переживает за Чонгука. Я знаю. Он всегда был его сыном. Хоть и скрывает всё это за маской безразличия.

- Ты отошёл от темы, - серьёзно перебил Юнги, всё так же смотря на Хосока. Хосок скрестил руки на груди и отвёл голову в бок.

- Отец утвердил, что меня не полюбит ни единый альфа Сеула, - с горечью произнёс Хосок. Ему явно давались эти слова с огромным трудом. - Вот я тебя и спрашиваю, я действительно такой жалкий и не интересный? Я не красивый? Что во мне не так? - всплеснул руками Хосок, заставляя отстраниться Юнги на шаг. Блондин лишь слабо выдохнул и искренне улыбнулся после.

- Хосок, всё, что ты мне сообщил - ложь. Ты очень красивый и харизматичный парень. Ты весьма привлекательный, - Юнги, неожиданно для себя, закусил губу, проводя взглядом по всему телу Хосока. Возможно, Юнги даже не контролировал свои действия. Возможно, он сделал это специально. Возможно, он вообще этого не заметил. Хоби смутился и слабо улыбнулся.

- О, хён, ты уже здесь? - скрип двери и в палату входит Чонгук с парой костылей под подмышками. Хосок, заметив этакую картину, ахнул от настигшего удивления, прикрыв ладонью рот. Юнги так же не мог обойтись без искры шока. Шок всё же настиг, но в малейшей дозе.

- Ты на ногах? - наконец вымолвил из своих уст Чон-старший, расставляя руки по бокам. - Это ж, когда ты начал обучаться таким действиям? - с некой усмешкой спросил Хосок, на что Чонгук лишь издал краткий смешок, но затем сменился в лице, приметив «мокрое» лицо старшего брата.

- Что с тобой случилось? - напряжённые глаза Чонгука бегали в разные стороны: то по Хосоку, то по тихому Юнги. Оба молчали и лишь изредка ловили взгляды друг друга. Атмосфера, естественно, стояла не одна из лучших. - Что за интригующее молчание? - начал возмущаться Гуки, опираясь о деревянный костыль.

- Просто я признался твоему брату в своих чувствах, - легко и просто пожал плечами Юнги, рассматривая ногти на правой ладони. Хосок нервно заморгал глазками, не понимая, чего несёт Юнги. Чонгук лишь искренне потянул широкую улыбку.