Глава 27.
И все-таки не зря Гарри не хотелось возвращаться в Хогвартс. Едва они с Гермионой, веселые и воодушевленные, вошли в гриффиндорскую гостиную, как столкнулись с угрюмым Роном, который одарил их тяжелым взглядом и немедленно удалился в спальню.
Вернувшийся с каникул Криви тоже выглядел весьма мрачно. Даже, кажется, хуже обычного. Оставалось только догадываться, что же так сильно гложет парня. Но на попытку заговорить Деннис отреагировал очень уж резко. Что-то неразборчиво буркнул в ответ и пересел в самый дальний угол гостиной.
- У вас тут что-то произошло? - тихо поинтересовался Гарри у Невилла.
- Нет. Он уже приехал таким... нелюдимым, - почти шепотом ответил Лонгботтом. - А Рон давно взвинчен. Такое ощущение, что так и ищет, к кому бы прицепиться. Меня задеть не удалось, а Финниган дал ему в челюсть и ушел, кажется, в библиотеку.
- Весело у вас тут, - протянул Поттер.
- Ага. Кстати, спасибо за подарок.
- И тебе.
- Джинни что-то не видно, - заметила Гермиона. - Или она старается избегать бывшего... родственника?
- Нет, - ответила Парвати. - Ее профессор Макгонагалл вызвала. Представляете, говорят школу посетил лорд Прюэтт.
- Знакомая фамилия... - протянула Грейнджер. - Но никак не могу вспомнить, почему.
- Это отец Молли Уизли, - напомнил Гарри.
- Тот самый, который... - девушка знаком показала вычеркивание из рода.
- Да.
- Интересно, зачем он здесь...
У Поттера были кое-какие соображения, но прилюдно он делиться ими не собирался. Лорд Прюэтт не мог даже общаться с неразумной дочерью, так как опасался, что навлечет на свой род проклятье предателей крови. Но раз Джинни отреклась от семьи, то и проклятье на нее более не распространяется. А значит, Прюэтт вполне может признать ее своей внучкой. Да, ей титула леди не видать, но вот ее дети... Тут всё может быть.
Дальше разговора как-то не получилось, так как Гермиона вспомнила об очередной важной непрочитанной книге. А при таком раскладе весь остальной мир терял для нее свою привлекательность. Да Гарри и не настаивал. Он удалился в свою комнату. Надо было вещи разобрать и тоже хоть немного подготовиться к занятиям. Конечно, больше всего хотелось спуститься в подземелья, навестить Северуса, но парень прекрасно понимал, что сейчас не самое лучшее время. Зельевару тоже нужно настроиться на работу. Возможно, завтра, после занятий...
За прошедшие каникулы Поттер так привык делить кровать с любимым человеком, что сегодня ложиться в постель одному оказалось очень неприятно. Холодно и одиноко. Гарри полночи проворочался, прежде чем заснул.
Следующая ночь прошла не лучше, так как встретиться со Снейпом наедине так и не удалось. Макгонагалл, обрадовавшись возвращению своего заместителя, немедленно загрузила его делами, так что их встреча с Поттером без лишних свидетелей откладывалась на неопределенное время.
На сон Гарри всё это влияло сугубо отрицательно, и ничего удивительного, что он стал несколько вялым и рассеянным. Возможно, это тоже сыграло свою роль в том, что произошло вечером в четверг, незадолго до ужина.
Занятия закончились почти час назад, и все давно разбежались кто куда, чтобы в итоге собраться в Большом зале на ужин. Гарри как раз шел по коридору в сторону библиотеки, чтобы забрать оттуда Гермиону и вместе отправиться на трапезу, когда к нему вывернул Деннис.
В коридоре до этого никого не было, да и появления сокурсника Поттер не ожидал, поэтому и повернулся не сразу, лишь когда услышал окрик:
- Это ты должен лежать в могиле, а не Колин! Ты во всем виноват!
Дальше несколько событий произошли едва ли не одновременно: сверкнуло лезвие ножа или кинжала, неумолимо нацеленное в спину героя, прямо туда, где находилось сердце, каркнул Фолкор и ринулся прямо на оружие, стремясь защитить хозяина. У него получилось, но не совсем. Траектория удара оказалась сбита, но лезвие уже скользнуло в плоть, вместо укола оставляя длинную рваную рану. В глазах Гарри стало стремительно темнеть, он осел на пол и увидел, как Деннис заносит руку для еще одного удара. Но ворон его не допустил, впившись когтями в лицо парня, от чего тот взвыл.
Под правым боком Поттера стремительно расползалась кровавая лужа, он чувствовал, как немеет тело, и единственное, на что его хватило, это послать сигнал бедствия по всем связям.
В обморок не давал упасть властный голос отца, звучащий в голове:
- Держись! Не смей расслабляться! Смотри! Помощь уже на подходе. Главное, не закрывай глаза, сын. Это всего лишь боль и кровь. Ты от этого не умрешь.
На этот счет Гарри испытывал некоторые сомнения, но послушно держался и сквозь какую-то неясную муть перед глазами видел, как из библиотеки выскочила Гермиона и немедленно кинулась к своему патрону, вопрошая, что случилось. Но единственное, что Поттер сейчас мог - это смотреть.
Рана не осталась незамеченной девушкой, та немедленно рванула с пояса бисерную сумку, видимо, собираясь найти настойку бадьяна, но она совершенно забыла о причине такого состояния молодого лорда. Криви, ослепленный Фолкором, продолжал размахивать ножом, одновременно пытаясь и отбиться от птицы, и закончить начатое. Но едва ему удалось подобраться слишком близко, как в Денниса прилетел ступефай, отбросивший его парализованное тело аж на противоположную сторону коридора.
Снейп подоспел вовремя. Хотя Гарри его скорее чувствовал, чем видел, так как из его позиции хороший вид открывался только на мраморные плиты пола, да и перед глазами всё плыло. Впрочем, вскоре мир снова основательно тряхнуло. Вернее, конкретно Поттера. Почему-то его первой мыслью стало, что случилось землетрясение, и только потом дошло, что просто его самого приподняли, и теперь голова покоилась на коленях рухнувшего на пол Северуса. Он просто искрился беспокойством и страхом, к которым подмешивалась ненависть к тому, кто посмел посягнуть на партнера.
- Гарри! Гарри! Как ты? Где болит?
Вопросы Северуса и Гермионы перемежались друг с другом, но парень все равно смог выдавить лишь:
- Спина...
Правда, его ответа, кажется, особо и не ждали. Поттер почувствовал, как его всего окутывает тепло диагностирующего заклинания Северуса. Его голос звучал весьма обеспокоенно, когда он сказал:
- Глубокое проникающее ранение спины. Повреждены два ребра. Чудом не задето сердце.
- Настойка бадьяна поможет? - глухо спросила Гермиона.
- Давайте.
Руки девушки дрожали, когда она передала зельевару флакон, а в следующий миг Гарри зашипел от новой волны боли - зелье попало прямо в рану.
- Потерпи, родной, - тихо проговорил Северус. - Я сейчас наложу на тебя Патрификус Тоталус. Так я смогу отнести тебя в больничное крыло, и поврежденные ребра не сместятся. Готов?
- Да.
Прежде чем произнести заклинание, Снейп велел Гермионе:
- Мисс Грейнджер, я понимаю ваше беспокойство о друге и патроне, но Криви нельзя оставлять без внимания. Сможете его связать и позвать директрису?
- Не беспокойтесь. Я все сделаю, - обещание прозвучало весьма кровожадно, и тут же снова проклюнулось волнение: - Главное сейчас - Гарри. Тут столько крови.
- Рана серьезная, - согласился Северус. - Но главное - не задето сердце. Значит, Гарри поправится. Похоже, тебе опять повезло.
- Это Фолкор спас меня.
- Хорошо. А теперь расслабься, сейчас твое тело застынет.
Поттер снова ощутил тепло магии, и наконец-то позволил сознанию отключиться. Время от времени он приходил в себя, и каждый раз ощущал присутствие Северуса. От одного этого состояние улучшалось, и можно было отвлечься от боли.
Когда Гарри очнулся в первый раз, любимый зельевар что-то объяснял мадам Помфри. Видимо, обсуждали лечение, так как после колдоведьма перевернула парня, магией сняв с него всю одежду. Рана снова полыхнула болью, похоже, сращивали края еще одной порцией зелий. Также Поппи каким-то заклинанием зафиксировала его ребра в правильном положении, после чего напоила пациента костеростом. Собственно, действие последнего и заставило Поттера прийти в себя во второй раз. Теперь в палате находились еще и Гермиона с Макгонагал. Директриса о чем-то ожесточенно спорила со Снейпом. Вроде бы речь шла о привлечении авроров. Но сознание Гарри все еще было как в дымке, поэтому он с трудом понимал происходящее, а о том, чтобы ответить, не могло быть и речи.
Через какое-то время все-таки получилось забыться тревожным сном, но и его надолго не хватило, так как когда Гарри открыл глаза, за окном все еще было темно.
- Как ты? - тихо спросил Северус, немедленно сев так, чтобы парень мог его видеть, не выворачивая шею - он ведь все еще лежал на животе, чтобы меньше тревожить рану.
- Муторно, - признался Поттер. - Голова как ватой набита и спина зудит, но уже не так больно, как раньше.
- Это из-за совмещения костероста с бадьяном. Скоро должно пройти. Позволишь тебя осмотреть?
- Конечно. Заснуть, наверное, больше не получится.
- Глупости, - отозвался Снейп, осторожно снимая одеяло с парня. - Сейчас зелье чуть лучше усвоится, и уснешь. Хм...
- Что-то не так?
- Нет. Просто заживление идет даже лучше, чем я ожидал. Рана полностью затянулась. Ребра, похоже, тоже срослись. Но фиксирующее заклинание лучше снять не раньше, чем через сутки. Мало ли.
- Значит, мне еще долго тут валяться?
- Тебя чуть не убили, если ты не заметил, - возмутился Северус, похоже, скрывая этим свое беспокойство. - Поэтому лучше соблюсти все меры предосторожности.
- Ладно, - примирительно пробормотал Гарри. - Просто... хочу домой, в нашу спальню.
- Потерпи, - Снейп вернул одеяло на место, но перед этим поцеловал смуглое плечо.
- Поцелуй меня еще.
Северус фыркнул, но не отказал, а нежно коснулся губ юноши, тот немедленно ответил, сожалея лишь, что сейчас весьма ограничен в движениях.
- Не дергайся, отдыхай, - велел Снейп.
- Хорошо, - ответил Гарри, прижавшись щекой к ладони мужчины. - Прости, что заставил тебя так поволноваться.
- Да уж. Но твоей вины в этом точно нет. Ты сделал главное - выжил. Снова.
- Угу. Все защитные амулеты настроены на магию, и оказались бессильны перед грубым физическим воздействием, - вздохнул Поттер.
- Мало кто ожидает, что ученик попытается убить другого ученика ножом. За всю историю Хогвартса такое случалось разве что в эпоху основателей. К сожалению, у Криви почти получилось.
- Что с ним теперь будет?
- Суд и Азкабан, скорее всего. Это не драка, а попытка убийства, - судя по тону Северуса, он лично не собирался спускать подобное с рук.
- Наверное, мне надо его ненавидеть, - полусонно пробормотал Гарри. - А мне его жаль. Деннис так тяжело переживал смерть брата.
- Только не ставь себе в вину еще и это, - нахмурился Снейп.
- Все равно как-то нехорошо получилось.
- Ты сделал все, что мог. Уж поверь мне. Это скорее наш недогляд, как преподавателей. Мы должны были заподозрить неладное. В первую очередь декан факультета. А не пытаться потом замести грешки под ковер.
- Поэтому ты и ругался с Макгонагалл?
- Один из поводов, да.
- Были еще?
- Так скажем, директрисе очень претила мысль вызывать Авроров. Она настаивала, что не нужно предавать дело огласке, а просто исключить Криви.
- Может, и правда... - засомневался Гарри.
- Нет. Я видел этот маниакальный огонь в его глазах. Деннис просто не в силах остановиться сам. Исключение из школы вовсе не помешает ему через какое-то время повторить попытку. Хочешь, чтобы она увенчалась успехом?
- Думаешь?
- Уверен. Подобные признаки мне хорошо знакомы. Возможно, у него повреждение психики или что-то вроде, но желание убить тебя затмило для него всё остальное. Так или иначе, но пока мы спорили, Блейз Забини, помогавший мисс Грейнджер охранять преступника, сам вызывал авроров. Ему не отказали. Они сейчас вообще работают гораздо активнее, чем до войны, дабы поднять свою значимость в глазах общественности. Завтра они явятся, чтобы зафиксировать твои показания, а также прочих участников события более подробно.
- Странно, что не сразу, - буркнул Гарри.
- Пытались, но мадам Помфри не позволила. Главным в тот момент было твое здоровье. Никогда нельзя вставать между ней и пациентом. К тому же, Криви тоже была необходима медицинская помощь. Для этого его направили в Мунго, в особое отделение для преступников.
- А что с Деннисом? Твое заклинание? Или Гермиона постаралась?
- Нет. Самые серьезные травмы нанес ему Фолкор. Ворон защищал тебя, как лев. Полагаю, Криви все-таки ослепнет на один глаз, да и второй, насколько я заметил, тоже сильно пострадал.
- Разве раны не получится залечить?
- Если бы это была обычная травма или хотя бы заклинание - возможно, был бы шанс. Но Фолкор - отражение твоей магической сути. Так что у колдомедиков вряд ли выйдет что-то большее, чем просто залечить раны.
- Жаль, - вздохнул Гарри, а сам подумал, что Фолкор вполне мог и убить обидчика. Для этого ему достаточно было просто влететь в противника и впиться прямо в его сердце. Пара секунд, и жизнь покинула бы бренное тело. Поттер просто знал, что его фамильяр способен на это, равно как и то, что от смерти Криви отделяло совсем немного.
- Пусть это послужит ему наказанием, - холодно возразил Северус.
- Но ведь Денниса, наверняка, посадят в Азкабан. Разве это не кара?
Судя по виду Снейпа, для него этого было явно недостаточно, вслух же он сказал:
- Не обязательно. Криви могут признать невменяемым, и тогда его камерой может стать палата в Мунго. Или, если повезет, Нурменгард.
- Повезет?
- Это место уже давно используется именно для изоляции волшебников не в себе. Как ни странно, но умалишенные очень плохо влияют на Дементоров, что, в свою очередь, может привести к непредвиденным последствиям.
- Как все запутано, - пробормотал Поттер.
- Да. Только не забивай себе голову еще и этим.
- Угу.
- Вижу, ты наконец-то расслабился. Сможешь заснуть?
- Не знаю, попробую, - ответил Гарри, и словно в опровержение своих слов сладко зевнул. - Побудешь со мной?
- Куда я денусь?
Северус поправил одеяло, чтобы оно меньше прилегало к ране, походя еще раз поцеловал смуглое плечо и занял место в кресле возле кровати, явно намереваясь охранять сон больного.
Честно говоря, с одной стороны, Гарри была чертовски приятна такая забота, но с другой он чувствовал уколы совести за то, что любимый человек выглядит сейчас очень усталым. А он еще держит Северуса возле себя, не давая выспаться. Но озвучить свои сомнения Поттер не успел - сон утащил его в свои объятья.
У самого Снейпа сна не было ни в одном глазу, так как внутри все еще бушевал адреналин. Стоило закрыть глаза, как тотчас загоралась картинка, где Поттер лежит на полу коридора и под ним растекается лужа крови. Когда зельевар увидел это в реальности, у него чуть сердце не остановилось. Кажется, именно в этот миг Северус ощутил всю глубину своих чувств к юноше. И даже мысль потерять всё это казалась невыносимой.
К счастью, Гарри снова продемонстрировал свою уникальную живучесть. Но упрямый мозг всё равно прокручивал тысячу «если». Если бы Поттер чуть позже заметил напавшего, если бы Фолкор не успел среагировать, или он сам пришел бы позже, или Гермиона... И так до бесконечности, стоило появиться хоть минуте свободного времени.
Так можно было сойти с ума, но близость Гарри медленно, но верно вселяла в сердце покой. Да, он ранен, но выжил. С наименьшими потерями, учитывая ситуацию. Невероятный юноша! С уникальной способностью выходить живым из самых жестоких передряг. Вот еще бы он не находил туда вход!
Но это испытание убедило Северуса в одном - он никогда не оставит Гарри. Если только сам Поттер пожелает расстаться. Только так. И плевать на мнение остальных. В конце концов, ему не привыкать выступать в одиночку против всех. Правда, внутренний голос немедленно подсказал, что в этой борьбе он не будет один.
Авроры явились утром. Гарри едва закончил завтрак, когда услышал голоса в коридоре. Пришлось приложить усилия, чтобы принять достойный вид. Ночь с костеростом не прошла даром - ребра срослись, рана почти полностью зажила, но все равно сильно тянуло все мышцы, и при малейшем неосторожном движении все еще ощущалась боль. Поэтому у парня было только два удобных положения: лежа на животе без подушки или сидя невероятно прямо.
После недолгого препирательства с Северусом, Гарри настоял встретить Авроров именно сидя. Правда, Снейп честно предупредил, что долго так парень не высидит.
- Пусть, - упрямо ответил Поттер. - Зато будет возможность выставить их всех. Но я все-таки лорд, и не буду встречать незнакомцев задом кверху.
- Ладно. Но я тебя предупредил. Надеюсь, ты скажешь мне, как только станешь уставать.
- Хорошо.
- Помочь тебе надеть пижамную куртку?
- Да, пожалуйста.
Это оказалось тем еще аттракционом. Гарри морщился и ругал собственное бессилие, когда спину в очередной раз пронзало болью. Не понимаешь, как много мышц в ней сосредоточено, пока она не пострадает.
Когда представители власти все-таки вошли, то никто не мог усомниться, что Поттер сильно пострадал. Бледный, под глазами залегли тени, руки подрагивают, и сидит так прямо, будто лом проглотил. Даже Фолкор не стал, как обычно, садиться на плечо хозяина, а выбрал место на спинке кровати. Но не в изголовье, как можно было бы предположить, а в ногах. Так ворон словно отделял присутствующих от Гарри, готовый в любой момент кинуться на защиту.
Конечно, большинство магов недооценивали силу фамильяра Поттера. Но ему это было только на руку. Дай хозяин команду, и он смог бы меньше чем за пять минут уничтожить всех пришедших.
Вошедших авроров в количестве трех (двое мужчин и одна женщина) Гарри не узнал, впрочем, он с ними раньше особо и не встречался. А вот с их сопровождающими... Если с Макгонагалл и мадам Помфри было всё понятно, то визита исполняющего обязанности министра Поттер уж никак не ожидал, и все-таки не позволил себе выдать удивления. Лишь слегка склонил голову, проговорив:
- Здравствуйте.
- Здравствуй, Гарри, - как-то уж слишком тепло улыбнулся Кингсли, что наводило мысли о фальши. - Мы узнали, что ты сильно пострадал. Ты - наш герой, и конечно я не мог оставить это дело просто так. Надеюсь, ты в состоянии ответить на несколько вопросов авроров?
Поттера так и подмывало спросить: «А что, есть другие варианты?», но вместо этого он сказал:
- Хорошо. Только прошу сразу перейти к сути дела. Мое состояние, боюсь, не располагает к долгим беседам.
- Да-да, конечно. Готовы начать?
- Да. Приступайте.
Мужчина кивнул, и перед ним тотчас развернулся пергамент и появилось прытко пишущее перо, видимо, разговор будет фиксироваться прямо здесь.
- Итак. С какой целью вы находились вчера в коридоре Хогвартса?
- Я шел в библиотеку за Гермионой.
- С кем-то?
- Нет, коридор был пуст.
- Птица была с вами? - уточнила аврорша.
- Да, конечно. Фолкор мои глаза. Он всегда со мной
- Вы узнали нападавшего?
- Да.
- Как именно, если вы утверждаете, что не видите?
- Узнать можно и другими способами. Я прекрасно считываю магические ауры, и мы с Криви учимся на одном факультете, конечно я его узнал.
- Вы ожидали нападения?
- Нет. Я даже не успел достать палочку.
- То есть вы ею не пользовались?
- Не успел.
- Что ж, в таком случае, ее можно не проверять. Накануне или в последние месяцы у вас были какие-либо ссоры с подозреваемым?
- Нет. Мы практически не общались ни до, ни после победы. В этом учебном году Деннис казался мне угрюмым, но, учитывая, что он потерял брата, состояние вполне объяснимо. Я не думал, что он обвиняет в потере меня.
- А сами вы ощущаете себя виноватым? - снова поинтересовалась аврорша, и Гарри понял, что та, видимо, менталист или что-то вроде, так как ощутил попытку считать себя. Вот только усилия женщины были тщетны - родовая защита не позволяла.
Больших усилий стоило не усмехнуться, но вместо этого Поттер сделал «морду кирпичом», а точнее придал лицу совершенно непроницаемое и полное достоинства выражение лорда и ответил:
- Думаете, раз я сирота, то мне некого оплакивать в этой войне?
Видя этот слепой, но ничуть не пустой взгляд, скорбное, но непроницаемое лицо, Северус готов был аплодировать юноше. Он являлся олицетворением немого укора, даже Кингсли смутился, а уж этого толстокожего карьериста сложно было пронять, что уж говорить об остальных.
Задавшая вопрос аврорша даже покраснела, пробормотав:
- Простите. У нас и в мыслях не было умалять ваши заслуги, мистер Поттер.
- Лорд Поттер, если уж прибегать к официальному обращению, - с эдакой снисходительной теплотой поправил Гарри.
- Да-да, конечно, лорд Поттер. Не считаете ли вы, что мистер Криви мог находиться под воздействием какого-либо заклятья или зелья во время нападения на вас?
- Я не могу давать какие-либо заключения, я же не специалист. Но мне так не показалось.
- Не кажется ли вам странной подобная страсть гриффиндорца к мести?
Вопрос, как ни странно, задал Шеклболт. Гарри чуть прищурился, едва заметно повернув голову в его сторону, и холодно отметил:
- Факультетская принадлежность тут ни при чем. Не мне вам напоминать, что самым вероломным и преданным слугой Волдеморта был именно гриффиндорец. Я о Питере Петтигрю, если кто забыл. И да, мне жаль Криви, я соболезную его потере и прощаю попытку меня убить. Но это вовсе не значит, что он не должен понести наказания за свой поступок. Мне бы не хотелось, чтобы он повторил свою попытку.
- Думаете, он решится на повторное преступление? - уточнил старший аврор.
- Скажем так, я вовсе не исключаю такой возможности.
- Вы настаиваете на судебном разбирательстве? - неожиданно спросила Макгонагалл, и ее тон выражал явное недовольство подобным исходом. Но ее перебила аврорша, возразив:
- Это не прогул урока, госпожа директор, и не кража. Мы разбираем тяжкое преступление - покушение на убийство.
- Да-да, верно, - подтвердил Кингсли. - Главное, что попытка не увенчалась успехом. Конечно, предстоит еще разобраться в степени вменяемости этого Криви. Очень печально, что все произошло здесь, в стенах Хогвартса.
У Гарри едва не сорвалось с языка: «А было бы лучше, если бы меня попытались зарезать где-нибудь в городе?», но он сдержался, к тому же снова влезла Минерва с безапелляционным замечанием:
- Школа здесь ни при чем.
- Если бы, - фыркнул на это Поттер. - Похоже, учителям и, в особенности, декану факультета и дела не было до состояния учеников. К тому же, я до сих пор не могу понять одну вещь.
- Какую, лорд Поттер? - почтительно поинтересовался старший аврор.
- Какого черта магглорожденные ученики вообще делали в школе в тот злосчастный год? Даже первокурсники. Понимаю, профессор Снейп не мог тогда что-либо сделать, не подвергая риску краха всего мероприятия. Но вы-то, профессор Макгонагалл, могли летом разослать письма, отменяющие приглашение в Хогвартс маггловским первогодкам, и предупреждающее - более старшим ученикам.
- Я? - исполняющая обязанности директора явно оказалась не готова к подобным вопросам.
- Именно вы, так как вам, как никому, была известна создавшаяся ситуация. Кровь учеников и на ваших руках тоже.
Минерва шокировано прижала ладонь ко рту и даже отшатнулась. Похоже, женщине даже в голову не приходило подумать о ситуации в этом ключе, что снова ставило под сомнение ее профпригодность. А теперь задумалась уже не только она, но и все присутствующие. Старший аврор даже проговорил:
- Хм, любопытно...
Тут же Кингсли попытался сгладить ситуацию:
- Гарри, в силу возраста, ты, возможно, еще не до конца видишь масштаб всех событий...
На что Поттер окатил исполняющего обязанности министра таким ледяным взглядом, которому позавидовали бы льды в Арктике, и не менее холодным тоном отрезал:
- Почему-то никто не думал о моем возрасте, засовывая меня в самое пекло, ожидая от меня жертв и защиты всего магического мира. Об этом факторе вспоминают исключительно тогда, когда я начинаю задавать вопросы. Видимо, других аргументов просто не находится.
Кингсли, похоже, решил отмолчаться, вот только собственные сотрудники подвели - аврорша обронила, как бы ни к кому не обращаясь:
- Интересная теория. Особенно от того, кто наблюдал ситуацию, так сказать, изнутри.
- И все-таки, не стоит допускать предвзятого суждения, - напомнил Шеклболт. - К тому же, как мне известно, совет попечителей уже вплотную занялся проблемами образования и содержания детей в Хогвартсе, не так ли, Гарри?
- Верно, - не стал отпираться Поттер. - И да, я в нем состою, если вы намекаете еще и на это. Только мне кажется, что наш разговор ушел далеко от темы. Боюсь, что сейчас я не в лучшем состоянии для долгих дискуссий. Господа авроры, у вас есть еще вопросы ко мне о произошедшем?
Те, к кому обращался Гарри, переглянулись, на всякий случай покосились на исполняющего обязанности министра, и потом старший аврор сказал:
- Пожалуй, нет. Вы можете поклясться, что при том инциденте не использовали волшебную палочку?
- Да, конечно.
- Тогда у нас больше нет вопросов. Только к профессору Снейпу.
- Какие именно? - тотчас насторожился Поттер, даже привстал, и, конечно же, спину пронзило болью.
- Не дергайтесь, мистер Поттер, - парень немедленно ощутил руку Северуса на своем плече.
- Уверяю вас, это совершенно стандартная процедура, применяемая ко всем участникам подобных... инцидентов, - тотчас закивал старший аврор. - Ряд вопросов и проверка волшебной палочки.
Гарри с сомнением перевел взгляд с аврора на любимого человека, на что зельевар как можно более ровным тоном ответил:
- Таков порядок.
- Что ж, не будем более беспокоить больного, - неожиданно засуетился Кингсли. - Выздоравливай, Гарри.
Больше всего Поттер не любил эти дежурные фразы, но всё же держал лицо до конца. В конце концов, он лорд, а не невежественный мальчишка, как некоторым хотелось бы. Оставалось только справиться со смутной тревогой, не покидающей сердце с того самого момента, как нож вонзился в его спину.
И всё-таки из палаты ушли не все. Мадам Помфри осталась на своем посту и немедленно занялась пациентом. Протянула ему кубок с зельем и велела:
- Нужно выпить все, мистер Поттер.
- Что это?
- Восстанавливающее. Смесь обезболивающего и успокоительного. Похоже, вам сейчас необходимо и то, и другое.
- Вы уже успели наложить диагностирующие чары?
- Я же всё-таки колдомедик, - улыбнулась Поппи. - И здоровье пациентов - моя первостепенная задача.
- Спасибо, - поблагодарил Гарри и залпом осушил содержимое кубка, даже не поморщившись.
- На здоровье. Если начнет клонить в сон - не сопротивляйтесь, так и должно быть. Вам сейчас нужно много спать, так как это значительно ускоряет заживление.
Последние слова Поттер уже не слышал - и правда уснул, словно провалился в царство Морфея. И даже не удивился, увидев там отца.