Везунчик

Очаровательная улыбка, милое выражение лица, неторопливые движения — всё это вдруг куда-то резко упрыгало в неизвестном направлении с неопознанным объектом и неясной целью. Сразу после того, как я закрыл двери Большого Зала и развернулся к своей, пусть даже и временной, но девушке, то моментально узнал всё, что сия мадама обо мне думает, причём своё скромное и весьма нелестное мнение о моей более чем наглой персоне Пантера соизволила выразить встречей всей поверхности своей ладони с моим лицом с последующим убеганием в одним только Дамблдору и Волдеморту известном направление (и то исключительно только потому, что два данных субъекта всегда делают вид, что они всё знают, а если они вдруг что-то не знают... Ну, тут нужно вспомнить старую и крайне недобрую математику с её "рассмотрим два случая...": первый гласит, что вас переглючило и что, конечно же, самые великие светлые/тёмные маги не ошибаются, а второй гласит, что, если уж они действительно что не знают, то всегда можно весело блеснуть очками-половинками/съесть лимонную дольку/послать в кого-нибудь Круциатусом/очаровать всех светом прекрасных глаз, ясно орущих, что, как при переходе светофора, лучше сразу остановится и заткнуться). И, пока я размышлял над смыслом жизни и какую бы маленькую бяку сделать всевозможным дедулькам, Девушка, Бегущая по Коридору, явно замедлило скорость, нагло намекая, что у неё снова что-то зачесалось, причём этим чем-то является вторая ладошка. Я всё ещё прикидывал, какую мне надо было бы развить скорость и с каким ускорением я должен был бы начать двигаться, чтобы всё же вписаться в поворот, а не в стенку, когда Пантера, с видом, явно не предвещающим ничего хорошего ни одной и без того уже слегка помассированной мордашке, скрылась из вида.

— НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!!!!!!!!!!!!!!

Нет, я, наверное, всё же никогда не смогу понять женскую логику... Вот, вроде как, сама ход замедлила, позволила себя догнать, а как только я до неё дотронулся, она сразу начала визжать. Ну, и в чём тут тонкий смысл, а? Лично я не понимаю, причём абсолютно, в отличие от рекламы, где мужик всё же смог понять разницу между обычной растворимой лапшой и лапшой необычной, в которой явно что-то ещё растворили...

— Пантера, ты...

— Тебе сколько раз надо объяснять, чтобы до тебя дошли элементарные вещи?!!

Злобное шипение, колючий взгляд... Не дать, не взять — разгневанная кошка, собирающаяся выпустить коготочки... Кстати об...

— ОТПУСТИ!!!

— Чтобы ты ещё раз меня ударила?

— ДА!!!!!

— Вот уж воистину наглость человеческая не знает пределов...

— Да уж кто бы говорил!! Стоит оставить его без присмотра буквально на полчасика, и где?!! В библиотеке!!! А он уже... С какой-то... С этой...

— С кем?

— С этой... Повышенной лохматости!!

— Да? Но мы с Гермионой — просто друзья, я вот с ней, например, на бал не ходил, а потом к ней же не подсаживался за Гриффиндорский стол...

— ЧТО?!!! И после всего, что ты понатворил, ты ещё и ко мне какие-то претензии предъявляешь?!

— А какого хрена я, зайдя без задней мысли...

— Да неужто?! Ты ещё и думать, оказывается, умеешь!!! Что же ты раньше это скрывал, а?!

— ...в столовую, должен видеть свою девушку чуть ли не в объятиях...

— И не смей...

— Нет, это уже ни в какие ворота!! Ты можешь перестать орать, как...

Моя очередная попытка предотвратить повреждения моей же шкурки была практически обречена на провал — Пантера уже перечесала об меня все руки и теперь вдруг решила в срочном порядке заняться ногоприкладством, вследствие чего я, не ожидавший столь подлого отношения к своей VIP-персоне, полетел куда-то, предположительно — на тренировку по квиддичу, причём, прошу заметить, без метлы. Однако же своё падение я смог остановить в практически самый последний момент, когда успел-таки ухватиться за рыцарские доспехи, которые с грохотом полетели на пол.

— ТЫ ЧТО ВООБЩЕ ТВОРИШЬ, А?!

— Я?!!! Да как ты...

— А, ну да, точно, я и забыл, что во всём и всегда виноват исключительно и только Я, а ты у нас — сама святость, которая, конечно же, вовсе и не собиралась флиртовать на глазах у своего парня с непонятно каким...

— Между прочим, я с Симусом на бал должна была пойти, а из-за тебя, неблагодарной скотины, я...

— Конечно, извини, я просто забыл, что я буквально оттащил тебя от него и заставил проводить время со мной...

— Ты просто...

— Ну, и кто я, а? Мне так нравится с тобой разговаривать, всегда узнаю много всего нового и интересного... Так что, быть может, откроешь мне глаза на самого себя?

— МЕРЗАВЕЦ!!! НЕГОДЯЙ!!! ПОДОНОК!!!!

И очередная попытка нанести крайне наглому мерзавцу/негодяю/подонку (а, быть может, три в одном?) тяжкие и по возможности несовместимые с жизнью телесные повреждения потонула в моём крайнем нежелании пробовать на себе силу её удара.

— ОТПУСТИ МЕНЯ!!!!

С каждой секундой мне становилось всё труднее и труднее удерживать её хоть под каким-то контролем, потому что извивающаяся подобно готовящейся к броску кошке Пантера явно отказывалась успокаиваться.

— Пантера, да успокойся ты, в конце концов!..

— Не надо меня успокаивать!!! Просто отвали от меня, и всё будет прекрасно!

В коридоре послышался звук приближающихся шагов, я на секунду отвлёкся, и этим подло воспользовалась Пантера, которая метко наступила каблуком мне на ногу и быстро побежала прямо навстречу проснувшейся делегации.

Всё ещё крайне раздосадованный тем, что за ним таки уплелась целая толпа зевак, Ричард приближался к источнику шума. Он в очередной раз недовольно поморщился, вспоминая, что всякий раз, когда эта взрывная парочка снова прощала друг другу все, даже самые смертельные, обиды и начинала встречаться, то у него резко усиливалась мигрень. Вот и сейчас, уверенно идя по коридорам подземелья, он всей душой мечтал об убийстве, причём, желательно, в особо жестокой форме... Однако же он не успел даже и задуматься, что ему надо устроить этим двум нарушителям покоя и порядка, не успел повторить в тысячный раз любимую фразочку "Спокойствие, только спокойствие... Подумаешь, дело-то житейское", как рядом с ним на огромной скорости пронеслось НЕЧТО. Почему-то в голове у Ричарда мелькнула мысль, что кажется в детстве он мечтал стать гаишником, вследствие чего он уже прикидывал, какие штрафные меры надо принимать за превышение скорости в данном случае, когда рядом с ним, с отчаянным воплем "Чёрт, Пантера, подожди!" пролетел другой, уже опознанный объект Лаки, который в скором будущем будет абсолютно точно уверен, что нет в мире ничего лучше ходьбы пешком...

Пронесясь на огромной скорости прямо через толпу зевак, я сократил расстояние до Пантеры, которая, можно сказать, грудью расчистила мне дорогу. На очередном повороте я резко подался вперёд и схватил её за руку, после чего сразу же, дабы не нарываться на последствия, зажал её между собой и стенкой с твёрдым намерением не отпускать ни в коем случае.

— Если ты меня сейчас же не отпустишь, то...

Из всех мыслей по успокоению особо буйных в голову пришла только одна, вследствие чего мне и пришлось воспользоваться её услугами.

Чёрт бы побрал этих подростков с их гормонами... Так, почему крики стихли?! Есть только две версии — либо они, наконец-то, помирились, либо пора звать здешнюю медсестру на помощь...

Вначале Пантера упорно отказывалась отвечать на поцелуй и всё пыталась вырваться, но потом... Я всё ещё удерживал её в относительно неподвижном состоянии, что было весьма неудобно... В общем, руки свои она всё же освободила, тут же прочертив ими длинную дорожку от талии к плечам, переместила их мне на грудь и... С силой оттолкнула от себя.

— Мерзавец... — Практически нежно мурлыкнула она.

— Не спорю... — Ответил я, вальяжно облокотившись на стенку и наблюдая, как она медленно приближается ко мне.

— Сволочь...

— Не отрицаю факта...

— Бабник...

— А здесь отрицаю...

Она подошла ко мне вплотную, после чего тихо рыкнула на меня, выражая своё отношения к моему последнему ответу.

— Не веришь?..

— А есть основания, чтобы верить?..

— А есть основания, чтобы НЕ верить?..

Взору уже успевшему подуспокоиться Главному Тренеру и Непосредственному Начальнику Отряда Специального Назначения "Звери" предстала практически идиллическая картина, на которой была "изображена" несколько помятая, но очень страстно целующаяся парочка.

                                                                                                     * * *

Урок трансфигурации... Ну, и что может быть скучнее превращения одной ненужной вещи в другую — крайне ненужную? Хм, мне кажется, или ответом на данный чисто риторический вопрос можно считать слово "зелья"?..

Занятие близится к концу, если можно назвать концом то, что у нас по расписанию осталось ещё что-то около половины урока, но ведь надо же быть крайне оптимистически настроенным пессимистом... Кстати, насчёт пессимизма... Чёй-то у меня подозрительно нехорошее предчувствие, связанное с тем, что мне в срочном порядке надо сливаться с окружающим пространством и делать вид, что я — всего лишь предмет интерьера.

— Эм... Профессор МакГонагл?

— Да, мистер Поттер?

— А можно я сделаю объявление?..

— Конечно, мистер Поттер...

— Уважаемые находящиеся в данном помещении люди! Короче, меня здесь не стояло, не лежало и даже и не намечалось...

С этими словами я в срочном порядке послушался своего инстинкта самосохранения, орущего надрывным голосом, чтобы я хватал вещи и сползал под парту, что я, собственно говоря, и не преминул сделать. Секунд через десять мои опасения оправдались, причём — полностью. В класс буквально влетел запыхавшийся паренёк лет двенадцати и скороговоркой выговорил что-то, при повторном прослушивании оказавшееся "мистер МакГрегор сказал мистеру Поттеру срочно зайти к нему в кабинет". Волк, воспользовавшись всеобщим молчанием и вспомнив мои слезные мольбы, заявил, что "этот крайне нехороший человек где-то симуляет, так что мы ничем тебе помочь не можем".

Не прошло и двух минут, за которые я успел как следует перепрятаться, и в класс влетело что-то злобное и крайне агрессивно настроенное, при ближайшем рассмотрении оказавшееся почему-то к сожалению не Снейпом (его гнев я обычно переживал легко и, что важно, безболезненно), а Ричардом.

— Где этот "симуляющий"?!

— Мы не знаем...

— Ну, я ему потом устрою... У меня для вас дело, по профилю Лаки, но раз сейчас этот самоубийца где-то шляется, то вместо него пойдёт Медведь...

Медведь, здраво оценив ситуацию и живо вспомнив, какой именно род занятий считается у меня профильным, решил отмазаться любыми путями, причём начал с особо жестоких, запев дурным голосом (другого в наличии, видимо, не было).

— Я Тучка, Тучка, Тучка! Я вовсе не Медведь! О, как приятно Тучке по небу лететь!!!

— Медведь, это что за...

— Я Тучка, Тучка...

— Молчать!!!

Но ребята не прочувствовались моментом, хотя и заткнулись. Ну, да, я бы тоже предпочёл вкалывать неделю без перерыва, чем заниматься тем видом деятельности, который мне, естественно, без моего на то согласия, сделали профильным.

— Так, Лиз, пойдёшь ты, а этим...

— Эм... Как бы... Ричард?

— Да?

— Кажется, дождик собирается... Кажется, дождик собирается...

Орёл, зная, что после Лиз обязательно на обсуждение будет вынесена его кандидатура, в срочном порядке встрепенулся.

— Дождик, говоришь, собирается? Ну, тогда я из здания ни ногой!

— Орёл, ты что вообще творишь, а?

— Я? Да так, ничего... Просто... Нелётная погода...

— Ох, ну и козлятушки же вы, ребятушки... И остаться вам без зарплатушки... А теперь — Пантера, встала и...

— Я?.. Но почему всегда я?

— Отставить разговорчики в строю!!!

Всё, больная тема... Совесть проснётся и замучает, если вместо меня отправится моя девушка, поэтому... Эх, как бы поправдоподобнее выкрутится из данной крайне щекотливой ситуации?..

— Четыреста десять...

Лицо Ричарда приняло какое-то по-садистки хищное выражение, когда он взглянул на меня, усиленно делающего вид, что я только и делал, что лежал тут на полу да тихо и молча себе отжимался...

— Лаки, а что это ты тут делаешь, когда ДОЛЖЕН УЖЕ БЫТЬ ВНИЗУ В ПОЛНОЙ ГОТОВНОСТИ?!!!!

— Эм, ну, просто, понимаешь, мы же тут, на этих уроках, постоянно сидим, неподвижно и не дыша, внимая каждому слову учителя... Вот, а когда долго сидишь неподвижно, то затекают мышцы... Так что я решил их немного размять... А до этого я сидел тише воды и ниже травы, поэтому моё присутствие просто не было замечено. И ты же сам говорил, чтобы мы во время физических упражнений никогда не отвлекались на разговоры, ведь так?..

— А, так это у тебя, значит, мышцы затекают, сидишь ты долго и неподвижно, да? Ну, ничего, ничего... Это дело поправимое... Вот, вернёшься, выполнив задание, и будет у тебя возможность как следует размяться... — Таким добрым и, что важно, мягким тоном сказал тренер, что у меня заранее начинает всё болеть и возникает желание с профиля вернуться хотя бы о-очень серьёзно раненым. — Вставай-вставай, а мы пока подумаем, как к твоему возвращению изменить ваш рацион... А то что же это вы всё на диетах да на диетах, пора и честь знать...

— Эм... Мистер МакГрегор?

— Да, Бали?

— Овсянка, сэр?

— Нет, конечно же... — Но мы не стали вздыхать с облегчением, чувствуя в его словах какую-то недосказанность.

Ричард указал мне взглядом на дверь и вкрадчиво предложил со скоростью света сгонять в свою комнату, переодеться и заглянуть к нему в кабинет, где он мне, возможно, всё объяснит. Перед самым выходом он ещё раз обернулся назад и сказал сакраментальные слова, которые врезались в наше сознание на всю жизнь и захлестнули души праведным гневом и полным отчаянием.

— С сегодняшнего обеда вы будете изучать на себе полезные свойства перловой каши...