Часть 21
Я обернулась и увидела на крыше дома почерневшее обгорелое тело, а рядом с ним — Эрвина. Он лежал, с трудом дыша. Мои глаза расширились от ужаса, и я бросилась к брату.
Присев на корточки, я взяла его за руку, и слезы хлынули из моих глаз.
— Не умирай... Прошу тебя... Не умирай... Я не смогу без тебя... — слова, которые я шептала, разрывали мне душу. — Это я виновата... Не нужно было помогать им...
— Элизабет... — ко мне подошла Ханджи и нежно положила руку на плечо. — Вставай... Ему уже не помочь.
— Помочь! — крикнула я, поднимаясь на ноги. — Ему ещё можно помочь! Сыворотка! Дайте ему её! Она ему нужнее!
В порыве отчаяния я бросилась к Леви и попыталась отобрать сыворотку. Но он ловко увернулся от моих ударов. Быстро переложив сыворотку из одной руки в другую, он заключил меня в объятия.
— Всё, хватит... Не нужно слёз... — тихо говорил мой парень, нежно гладя меня по спине. Я закрыла глаза, полностью доверившись ему. В этот момент к нам подошёл Райнер, который, к слову, полностью восстановился.
— Может быть, я отправлюсь к Зику? — предложил он. Я повернулась к нему, все ещё находясь в объятиях своего любимого. Леви скептически посмотрел на него. — Я не пытаюсь сбежать! Я хочу помочь...
— Зачем тебе к Зику? — спросила я, вытирая слёзы рукой.
— У него должна быть сыворотка. — сказал Райнер.
— Нет, исключено! — воскликнула я.
— Почему? — спросили все хором.
— Райнер, кого мы ему скормим? Эрана? Тебя? Берта? Бертольда и так хотят отдать этому обгорелому, Эран — «надежда человечества», а тебя я ни за что не отдам... Ты мой друг, и ты спас мне жизнь... Я не могу так отплатить тебе...
— Элиз... Я могу, если тебе будет легче... Точнее, Эрвин тебе дорог... Ты будешь счастлива, а так я хотя бы умру героем, — слабо улыбнулся Райнер.
— Нет-нет... — запротестовала я. — Здесь есть ещё кто-то, кто может превращаться в титана? Нету. Может быть, Пик? Давай её тогда уж! Почему нет то?!
— Она тут причём!? — крикнул Райнер.
— А ты при чём!? — крикнула я в ответ. — Давай уже Зика ему скормим! А может быть, кого-то другого!? У тебя есть кто-то на примете?
— Нет.
— Леви, тебе решать. Эрвин это тебе поручил. — сказала я и отвернулась к своему парню. — Делай так, как считаешь нужным.
Он кивнул и приказал всем идти на стену.
***
Прошла неделя...
Армину отдали сыворотку, и теперь у нас есть Колоссальный. Эрвин, мой последний родной человек, покинул этот мир. Вероятно, марлийцы вернулись на родину. Сейчас я сижу в нашей с Леви комнате и читаю книгу. Он же занят заполнением отчётов за столом.
Кстати, Ханджи теперь главнокомандующая разведкорпусом. Вы спросите, почему не я? Я сама отказалась от этой должности и передала её Ханджи. Она, конечно, была возмущена, но я настояла на своём.
— Леви... — начала я.
— Да, дорогая? — ответил он, в его голосе прозвучала нежность.
— Давай уберёмся в комнате Эрвина? — предложила я.
— Эх, пошли, — согласился он, вставая из-за стола и переодеваясь в свободную одежду.
— Вам не стыдно? — спросила я с ухмылкой, когда он стоял без рубашки.
— Не-а, — ответил он с хитрой улыбкой и быстро надел футболку. — Я за водой.
И с этими словами он быстро вышел из комнаты, всё ещё улыбаясь.
– Издевается! – воскликнула я, глядя ему вслед. Затем я отправилась переодеваться в другую одежду.
Я выбрала черные штаны от формы, которые идеально облегали мои ноги. Также я решила снять лифчик, чтобы чувствовать себя более комфортно, и надела свободную футболку Леви, тоже черного цвета. Собрав волосы в хвост, я вышла из комнаты.
Когда я пришла в кабинет брата, то обнаружила там множество коробок с вещами моего брата. Леви же отдыхал на диване.
— Что сидим! За работу! — воскликнула я, швыряя тряпку в лицо парня.
Затем я принялась собирать оставшиеся вещи, а Леви тем временем занялся протиркой пыли с мебели. Когда я закончила собирать коробки, то начала переносить их в нашу комнату. Леви тоже оставил свою работу, забрал коробки и отправил меня обратно в кабинет, чтобы я продолжила протирать пыль.
Дойдя до стеллажа с книгами и фотографиями, я взяла в руки одну из них. На снимке были изображены я и Эрвин, когда мы уже были разведчиками. Это был мой первый месяц в отряде. (Конечно, тогда, возможно, и не было фотографий, но давайте представим, что они всё же были.) Я нежно провела пальцем по лицу Эрвина на снимке. Когда я вспомнила тот день, на моем лице появилась улыбка, и одинокая слеза скатилась по щеке. Я быстро вытерла ее рукой, поставила рамку с фотографией на место и продолжила вытирать пыль.
Вдруг я почувствовала чьи-то руки на своей талии и чей-то подбородок на плече.
— Ты плачешь? — нежно спросил Леви.
— Нет, с чего ты взял? — спросила я.
— Потому что я видел, — ответил он.
— Я скучаю по нему... — произнесла я, тихо всхлипнув. — Он был моим последним родственником.
Леви нежно развернул меня к себе и обнял.
— Когда он умер... я почувствовала, что из моей жизни ушло что-то ценное, какое-то тепло... Я не виню тебя... Я понимаю, почему ты выбрал именно Армина... И я очень тебя люблю.
— И я тебя люблю, милая.
---------------------------
831 слово. Эх... Немного стекла вам.
Всех с прошедшим праздником! Люблю вас!)