Глава 10.
(Частично от лица Хэ Сюаня)
Открыл глаза Цинсюань через некоторое время. Когда я увидел краем глаза движение с его стороны, и только тогда, я смог выдохнуть. Но только для того, что бы снова тревожно вздохнуть. Растрепанные длинные волосы были разбросаны по кровати: последние три часа он лежал на спине спокойно, но до этого мне приходилось его держать всеми силами, чтобы была возможность оказать хоть какую-то помощь. Тело била лихорадка, лицо краснело от жара и примочки уже не помогали. Казалось, что холодная вода, попадая на его лицо, готова была вскипеть или сразу испариться.
Когда Цинсюаня ранили... я был зол. Я не знаю, как еще назвать это чувство. Чувство моей злобы было соразмерно с чувством холодного голода, что вечно меня терзает. Поддавшись этому чувству, личина Мин И спала. Я направился к демону, чтобы избавится от него. Но сначала, мне хотелось причинить ему в сотни раз больше страданий, чем сейчас страдал Цинсюань. А затем я услышал хриплый голос с мокрым кашлем:
«- Хэ... кхэ-кх... Кхэ Сюн... не.. умира-кха-й толькхо...».
~Этот дурак... даже на пороге смерти заботится не о себе. Как только при этом причинить ему боль... При этом... Хэ Сюн..? Он назвал меня не Мин-сюн, а Хэ-сюн? Я, конечно, вернул себе личину, но он даже не знает как выглядит Хэ Сюань и уж тем более не мог бы разобрать это в таком состоянии. Так с каких пор он знал...~
Мысли Хэ Сюаня обрели тревожную ноту. Но в таком случае, Цинсюань мог пожаловаться на него небесам или начать сторониться, чего не сделал. Тогда, может, все не так серьезно? Он частично успокоился и продолжил вливать свои силы в попытках исцелить Цинсюаня.
С демоном я разобрался быстро. Со злости это было или он действительно оказался слабым, я не знаю. Когда я вернулся, пуль я у Цинсюаня вовсе не было. Но случилось чудо, иначе сказать не могу - через несколько минут его сердце вновь начало биться. Он пришел в сознание и начал кашлять кровью. Боль в сердце, которое не бьется, которую я не чувствовал уже много-много лет вдруг вновь появилась. Я поднял Цинсюаня на руки и он почти сразу потерял сознание.
Так, держа его на руках и прижимая к себе, страшась, что каждый его прерывистый медленный незаметный вдох окажется последним, я дошел до следующей деревни, снял номер в постоялом дворе и остался тут до нынешнего времени.
Его глаза открылись и рука направилась ко мне. Ладонь легла на мою щеку. Мой взгляд скользнул с его глаз на рану, которую затягивал повязкой. Все начало заживать, кровь больше июне идет. Я выдохнул.
- Хэ-сюн, вернулся живой и в полном порядке... Какой молодец...
Края губ Цинсюаня приподнялись - это все, на что хватило его сил. Я продолжал молча смотреть ему в лицо, после чего тело начало двигаться как само по себе.
- Несносный идиот - прошептали мои губы, когда я понял, что обнимаю его.
S: Ааа??? Прикиньте!! Главы второй день подряд!!)