Часть 4
- Вот ты зря морду свою кривишь, - деловито сказал Адидас старший. - Тебе жизнь момент подкинула отличный, а ты его проворонил. Будешь потом...
- Здарова, пацаны, - в каморку зашёл Вахит.
- Будешь потом как Зима, - закончил Вова.
- А чего Зима сразу? - парень положил пакет с пирожками на стол и закурил. - Я тут еду им принёс, понимаете, а они меня хают.
- Откуда, кстати? - откусывая хороший кусок пирожка, спросил Турбо.
- Помнишь, я подружку Севостьяновой, одноклассницы своей, провожал после ДК? Настя, которая. По пути поболтали. Сказала, что нравятся ей ABBA. Всё не может нигде кассету найти. Ну, я напрег скорлупу, чтоб поискали у себя и знакомых. Нашли, - Вахит затянулся. - Я копию на мафане сделал, листик с песнями переписал. Вот пошёл - отдал. А она меня чай позвала пить. Матери её дома не было, в магаз пошла. Только на табуретку хотел упасть, так Настя говорит: "На эту не садись, она шатается. На эту тоже". У неё батя и брат вахтовики, только в апреле вернутся. Короче, некому сделать табуреты, а она с матерью как-то привыкли...
- Так пирожки откуда? - перебил Валера. - Я тебя за них спрашивал, а не за табуретки.
- Ты не торопи, Турбо - Зима ещё раз затянулся и выдохнул дым сигареты. - Пришлось, короче, не выпив чая, сходить за инструментами домой. Вернулся к ним, открыла Настина матушка. В шоке была. Настюха нас познакомила, с мамой на кухню ушла, а я в зале табуретки им починил. Потом ещё пару дверок на шкафчиках поправил. Когда закончил, меня Настина матушка обедом накормила, чаем напоила, сказала приходить ещё. И с собой пирожки дала. Вот.
В каморке спортзала воцарилась гробовая тишина. Пацаны уставились на Зиму в полном недоумении. Никто не верил. Такого рода историю ожидали от Адидаса-старшего, обладавшего каким-то странным магнетизмом на женщин. Зиму из-за неприветливого лица как-то обходили стороной. И от него такой длинной истории никто не слышал. И никто не ожидал, что он так быстро сможет обаять не только одну, а сразу двух дам.
- Вот, - Адидас старший показал пальцем на Вахита и повернулся к Турбо. - Вот. Кассету достал, табуретки починил. Он ещё раз к ним придёт, полку поправит и дорогим зятем будет. Бери пример.
- Ой, да идите вы все, - Валера, набычившись, поднялся и решил выйти на улицу, но в проходе остановился. - Я просто объяснил, почему пацану важно с "чистыми" девчонками ходить. Не понимаю я чего вот она так. Вот ты, Зима, если узнаешь, что Настя эта уже "не девочка", то что делать будешь?
- Вот херню несёшь, Валер, - скривился Вова. - Девчонки же хорошие, нормальные, адекватные. Я, кстати, про них ничего не слышал. Лера эта из ГДР, там по-другому люди живут. Иначе думают. А ты бы свои взгляды на некоторые вещи пересмотрел. Не всё в этой жизни определяется понятиями. Времена меняются. И нам меняться нужно.
Турбо махнул рукой и ушёл. Пирожок во рту сразу утратил весь вкус. Внутри он только задавался вопросом, зачем начал этот разговор с Адидасом? После его возвращения с Афгана, было понятно, что взгляды на жизнь у него поменялись. Но на сколько сильны эти изменения не знал никто, возможно, сам Вова тоже. Валера же в Афганистане не был, он был здесь, на этих улицах все два года. За эти два года Турбо заматерел, лучше запомнил понятия улиц, сделал себе имя. Какое-то уважение среди других группировок у него тоже было. Поэтому ему не хотелось рисковать тем, что Валера заработал, разбивая кулаки и получая травмы, из-за какой-то самонадеянной девчонки.
На улице противно ярко светило солнце. Из-за этого снег казался слишком белыми и на него было больно смотреть. Морозило. Но скорлупе это не помешало залить каток и гонять в хоккей. Закуривая сигарету, Турбо подошёл к бортику. Наблюдая за тем, как пацаны гоняют шайбу, он пытался понять, с чего вдруг его так задели слова Леры? Видел он её два раза в жизни. Да, она была хороша собой. Валере такие девчонки нравились.
Судя по тому, как его обыграли в карты Лера была ещё и достаточно умной. Он действительно думал замутить с ней. После того, как Лера, не думая, оттолкнула от него какого-то пацана во время драки, Турбо увидел, что в ней есть характер. Ему это понравилось.
Но вот уже несколько дней он думал лишь о её реакции на его слова. Бывало на него смотрели с издёвкой, с пренебрежением, с ненавистью, со злобой и со страхом. Через некоторое время, как пришиться к универсамовским, Валера испытал все эти взгляды на себе. От отца, от пацанов из других группировок, от незнакомцев, от ментов. Однако, взгляд Леры показывал насколько больно ей было от его слов и как сильно он её разочаровал.
Стоп, приказал себе Валера, пора перестать думать о ней. В Казани ещё хватает девчонок, а Турбо знал, что он достаточно симпатичный. Но нужно было думать совсем не об этом. Через пару дней в Москву. Нужно было решить кого они с Вахитом возьмут с собой, куда пойдут и что будут брать.
- Вот я иногда не понимаю, зачем с тобой хожу, - рядом на бортик коробки облокотился Зима.
- Так не ходи со мной! Тоже мне проблема.
- Не заводись, Турбо. Я к тебе с идеей пришёл.
- На счёт Москвы? Если нет, то тогда не рассказывай ничего.
- Значит, ничего тогда рассказывать не буду.
Турбо раздражало всё. Слишком яркое солнце. Слишком спокойный Вахит. И что, не хотя, он думает о Лере.
***
Девушка старалась не вспоминать Турбо и его обидных слов. Она понимала, что обращены они были не к ней, но тем не менее было неприятно слушать это. Но Лере было не до этого.
Работа секретаря в спортивной школе заняла её мысли. Ольге Александровне уже было за пятьдесят, но задора и силы духа у этой маленькой женщины было с лихвой. Заполучив себе молодую помощницу, директриса спортшколы взяла девушку в оборот. Заполнение различных журналов, отправка писем, составление расписания, звонки, разговоры с родителями учеников и педагогами, и простой полив цветов в кабинете директора. Всегда занятая работой, Лера не вспоминала о Турбо, старалась, чтоб отцу не было стыдно.
Большую часть своих обязанностей она успевала выполнить до обеда, а потом проводила время в спортивном зале. Там Лера наблюдала за работой отца, могла переодеться в спортивную форму и позаниматься немного сама. Вадим Игоревич сетовал, что ему нужен помощник, который будет помогать поддерживать дисциплину у ребят, и которого можно оставить присмотреть за детворой.
В один из дней отец нашел себе помощника. Лера догадалась сразу, что это будет Олег. Он уже давно занимался у отца, иногда приходил заниматься среди недели, поэтому дети его знали и в какой-то степени уважали. Проводил он тренировки уже одетый в спортивный костюм.
- Ну что, Лера, не надумала еще со мной в кино сходить? - обаятельно улыбаясь, спросил Олег.
Девушка сидела в тренерской, заполняла журналы вместо отца. Она планировала после работы забежать домой, а потом её просила помочь Настя. Вчера вечером подруга позвонила ей и попросила сходить с ней за компанию на каток, где обычно собирались универсамовские. Лера согласилась, а ещё рассказала чем закончился последний разговор с Турбо. Олег стоял, облокотившись на дверной проем, чтоб было видно и тренерскую, и как тренируются дети.
- Я про это, честно, не думала, - проверяя записи ответила девушка. - Пока что слишком много работы.
- А скоро станет ещё больше, - как-то удручённо сказал Олег. - Иди посмотри кого принесла нелёгкая.
Лера подошла и высунулась из тренерской. Вместе с Ольгой Александровной в спортзал вошёл незнакомый молодой человек. Немного долговязый, худой, с копной пышных кудрей и в больших очках. Присмотревшись, заметила на куртке красную повязку на рукаве куртки.
- Глава ОКОД, забыл я его фамилию, - недовольно и тихо произнес Олег. - В каждой школе старается создать дружину. Теперь и до нас добрался.
- Ты с ним знаком?
- Пару раз пересекались. Звал в свой комсомольский отряд вступить.
- Чего не пошёл?
- Не особо мне нравятся все эти громкие лозунги про: "Ударим все вместе по организованной преступности!"
- Валерия, Олег, подойдите к нам, - позвала девушку Ольга Александровна. Пришлось идти. - Валерия, это Коневич Денис, руководитель районного ОКОД. Товарищ Коневич хочет организовать на базе нашего спортивного зала кружок физический подготовки.
- Да, - встрял в разговор руководитель ОКОД, - потому что маргинальный образ жизни развращает не только тело, но и дух. А спорт - это в первую очередь дисциплина, способствующая поддержанию порядка в обществе.
- Именно так, - прервала директор пламенную речь. - На следующей неделе товарищ Коневич принесет списки тех, кто будет заниматься. Валерия, надо будет составить расписание на будущую неделю с учётом этого.
- Я поняла, хорошо.
- Прекрасно. На сегодня я тебя отпускаю.
- Спасибо.
Попрощавшись с Ольгой Александровной, отцом и руководителем ОКОД, Лера зашла в тренерскую за сумкой и вещами. Олег просто ей кивнул, не прерывая тренировки с детьми.
***
Зима встретил Леру около катка. Вахит курил, лениво комментируя игру скорлупы в хоккей. Стоял крепкий мороз, а в небе светило яркое солнце.
- О, Лера, привет, - поднял в приветствие руку Вахит. - Настя с собой тебя позвала?
- Да, а ты откуда знаешь? - девушка щурилась от яркого солнца, отражающегося от белых сугробов.
- Так я её и позвал. Она жаловалась, что ей стричь некого. Я нашёл. Видать, ей стрёмно одной идти, раз тебя вытащила. Хотя я ей слово дал, что все нормально будет. Посидишь с нашими, захочешь, в карты поиграешь. У нас чай есть.
- И много вас там?
- Не особо. Турбо с Адидасом-старшим по делам уехали. Так что на базе пару суперов и скорлупа. Но я тебе слово даю, что нормально будет всё.
Зима заметил, что Лера как-то скривилась на его словам но ничего не ответила. Она казалась ему такой же напряжённой, как и Турбо. Две пружины, на которые зажали слишком сильно. Вздохнув, девушка стала рядом с Вахитом и стала высматривать подругу.
Настя появилась через полчаса. В полушубке, сапожках, пуховом платке. Черные волосы выбивались из-под белого платка, обрамляли круглое лицо. От мороза щеки у девушки были совсем красные. Вахит вспомнила о ёлочной игрушке в виде Снегурочки, которую бабушка запрещала ему трогать. Хрупкая, говорила бабушка. На плече у Насти висела большая сумка. Зима отбросил сигарету и двинулся на встречу. Девушка ему улыбнулась и радостно спихнула свою сумку и побежала обниматься с Лерой.
Вахит привел их обеих в подвал, провел по коридорам и пропустил вперёд себя. В подвальном спортзале все резко обратили свое внимание на вошедших. Сейчас напугают, подумал Зима.
- Вахит, - тихо спросила Настя, - а кого стричь нужно? Ваших что-ли? Ты чего раньше не сказал? Я бы только машинку для стрижки взяла, а не тащила всю сумку.
- Тебе надо было меня позвать, я бы сумку тащил. И не все мы под машинку стрижемся. Вот Рыжий любит чёлку оставлять.
Парень видел замешательство во взгляде девушки. Подумав о чем-то, она сняла платок с головы и сказала:
- Ладно. Где у вас лампочка более яркая? Ещё нужно зеркало побольше и табурет. Найдёте?
- Чё стоим? Организуйте место человеку, - скомандовал Зима. - Погнали в каморку, там вещи оставить сможете.
Пацаны быстро нашли и табурет, который не шатается, и какое-то грязное зеркало. Лампа быстро протер его. Протянули удлинитель, чтоб можно было включить машинку. Вахит посмотреть на Настю. С очень деловым видом она достала из сумки передник. Положила ножницы и расчёску в карман. Поправила свою причёску, взяла себе из каморки вторую табуретку и разложила на ней машинку и ещё ножницы и расчёску.
- Ну, кто первым будет? - задала вопрос Настя, расправляя халат.
Потолкавшись с остальными, первым пошел Сутулый, улыбнувшись девушке. Вахит наблюдал за её работой. За тем, как поменялся её взгляд. Настя внимательно следила за своими движениями. Спрашивала, что именно хотят пацаны и делала это. Она выглядела очень уверенной. Зима отошёл немного в сторону, чтобы дым от сигареты не шел в сторону девушки. Не хотелось отвлекать её от дела, которое видно, что ей нравится. Но взгляд он от неё не убрал.
Когда она закончила стричь четвертого по счету пацана, Вахит заметил, что Настя потирает поясницу. Устала, решил он.
- Самбо, погоди, - похлопал Зима парня по плечу. - Перерыв человеку нужно дать. Пусть чая попьёт. Пошли, сделаю.
- А метла у вас есть? Прибраться нужно, - откладывая инструменты спросила девушка.
- Так, Марат, Пальто, хватит тут сидеть, - Вахит зашёл в каморку. - Метлу взяли, подмели по-быстрому.
Парни ничего не сказали, но по их лицам было понятно, что они не довольны. Все это время Лера сидела с ними, показывала им карточные фокусы. На освободившееся на диване место рядом с подругой, упала Настя и вытянула ноги. Зима поставил чайник на небольшую газовую плитку и вышел из каморки. Сказал, что надо за скорлупой проследить.
В это же время в зал пришли Адидас-старший и Турбо. Бегло осмотрев зал и пожав пацанам руки, Вова спросил:
- У нас сегодня две очаровательные гости. Что за повод для встречи?
- Настя парикмахером шабашит. Я предложил пацанам постричься и позвал её, - ответил Зима.
- Понятно. А ты усы мне поправить можешь? Судьба моя жалуется. Отросли говорит сильно, - улыбнулся Вова, положив на столик пакет с конфетами. - Кстати, угощайтесь.
- Конечно, подправим. И спасибо, - ответила Настя, заваривая чай.
Зима заметил, что Лера и Турбо, увидев друг друга, старались больше взглядами не пересекаться. Стало как-то совсем не уютно, словно кто-то сквозняк запустил. Вахит понял, что заметил это не он один. Настя очень выразительно показала ему на Турбо, потом на Леру. Что она хотела ему этим сказать, Зима не понял. Закатив глаза и отставив чашку, девушка обратилась к Адидаса-старшему:
- Пойдёмте, скажете, как постричь вас. Вахит, пошли удлинитель посмотришь, а то машинка иногда отключается. Вдруг провод пережимает где-то.
Втроём они вышли из каморки, оставив Леру и Турбо одних. Конечно, удлинитель нигде не передавило и машинка работала хорошо. Вахит понял это чуть позже, когда Настя равняла ею причёску Адидаса. Зима только не понял, почему нельзя было просто попросить выйти и оставить этих двоих одних?