8
Егор не спал всю ночь. Несмотря на усталость, сон не шел. Полина лежала и мирно сопела рядом, а у него в голове проносилась вся прошедшая с ней вместе неделя. Вот черт! Сказал же, что не спит с фанатками. И сам облажался. С другой стороны, другого шанса бы не было. Уже завтра она уедет, и он так не хотел этого...
Давно он не чувствовал себя так спокойно и это спокойствие дарила ему именно она. С ней было легко и комфотно. А завтра она уедет. И в его квартире вновь станет пусто и невыносимо.
Перед глазами были картинки их секса. Ее закатывающиеся глаза, ее тело, которое содрогалась от каждого его прикосновения, ее стоны и крики. Вроде обычный секс, а вроде... было что-то такое, что цепляло. Да в этой девушке вообще цепляло все!
Егор дал себе слово, что попробует завтра уговорить ее остаться. Хотя бы попытается. А если не получится, забудет ее. Вряд ли, конечно, у него это получится. Но пытаться всегда стоит.
Почему она? Что в ней такого? Ведь обычная фанатка. Только почему-то именно эта фанатка вызывала какой-то внутренний трепет.
Она была права: это не любовь. Они знакомы неделю. Влюбленность - вполне может быть. Но на одной влюбленности не уедешь.
Егор в очередной раз посмотрел на нее. Сегодня она даже ничего не бормотала, спала себе вполне спокойно. Он провел рукой по ее лицо и улыбнулся. Сам не понял от чего.
"Боже, не уезжай от меня"
****
Я проснулась рано. Егора рядом не было, он чем-то занимался на кухне. Мое тело приятно ныло, и я вспомнила все, что было ночью. Поцелуи, прикосновения, секс... Боже, у меня опять кружится голова.
Я встала и прошмыгнула в ванную. Наскоро приняла душ, все также чувствуя жар во всем теле. А затем вышла к Егору.
- Доброе утро, - сказала я.
Он аккуратно повернулся ко мне и улыбнулся.
- Доброе. Как спалось?
- Отлично. А тебе?
- Мне тоже.
Но я, если честно, с трудом в это верила. Глаза у него были все такие же уставшие. И как будто даже грустные.
Он подошел ко мне и поцеловал. На миг я опешила, но на поцелуй все же ответила.
- Готова сегодня ехать?- спросил он.
- Пока ты меня целуешь, уверенности становится все меньше.
- Я придумал, как тебя отговорить.
- Мы это вчера уже обсуждали.
- Ну я могу хотя бы попытаться. Садись, перекусим.
После завтрака я начала собирать вещи. Егор все это время сидел на диване и задумчиво смотрел на меня. Вроде ничего не говорил, но почему мне казалось, что именно в этом молчании было скрыто так много слов?
Довольно быстро я упаковала все в дорожную сумку. Вроде приехала с одним рюкзаком, а еду обратно уже с двумя.
- У меня есть шанс отговорить тебя? - спросил он.
- Нет. И ты знаешь почему.
- С трудом, если честно. Ты можешь остаться еще на пару дней. Я готов оплачивать все расходы и затраты, если нужно.
- Как бы ни было, я не могу остаться. У меня там все. А тут...
- А тут "я". Неужели этого недостаточно?
- Достаточно. Но давай будем честными, если однажды нам это все надоест, что я буду делать? В первый раз у меня получилось взять себя в руки. А вот во второй я уже вряд ли смогу.
Он тяжело вздохнул, но все-таки промолчал.
Ближе к 7 вечера мы поехали на вокзал. Поезд отправлялся в 9, но сейчас в Москве были жуткие пробки, поэтому мы решили выехать пораньше.
Весь день Егор так или иначе уговаривал меня остаться. Предлагал какие-то альтернативы. Не знаю, почему я так упорно отказывалась. Москва не была моим городом, в случае чего я не вытяну здесь. А там... а там мой дом. Тогда почему так грустно и паршиво сейчас на душе? Мне хотелось плакать.
Уже на перроне, когда до отправления оставалось меньше 10-ти минут, Егор предпринял последнюю попытку уговорить меня.
- Мы все еще можем уехать отсюда. Купим чего-нибудь перекусить, поедем на какую-нибудь набережную и будем гулять всю ночь.
Я грустно улыбнулась.
- Ты знаешь, что я не могу.
Он взял мое лицо в руки и коснулся лба.
- Не уезжай. Останься. Мы со всем разберемся.
- Я уже один раз поехала. Послушала. И что в итоге вышло? В случае чего Москву я просто не вытяну.
- Я не как он. Даже если ничего и не получится и это все простая... влюбленность, я позабочусь о том, чтобы у тебя все было хорошо. Давай дадим друг другу какое-то время? Тот же месяц. Поживем вместе и если не получится, я оплачу тебе билет обратно. Или если не захочешь уезжать обратно, оплачу проживание. Вообще буду платить за все, пока ты не обустроишься.
- Дело не только в деньгах, понимаешь? Я боюсь опять доверится. Я люблю тебя уже 7 лет. И я бы и подумать не могла, что однажды ты будешь уговаривать меня остаться. Да это уму непостижимо! Но я хочу, чтобы ты понял, что так нам обоим будет лучше. Ты достоин лучшего. А не какой-то очередной фанатки.
- Не говори так. Какая разница, фанатка или нет, если с тобой я чувствую себя лучше, чем с кем-либо?
- Большая разница, Егор. Однажды ты меня поймешь.
- Не понимаю. Правда не понимаю.
Он был таким грустным, что мне самой хотелось расплакаться. Боже, это невыносимо!
- Это были лучшие дни, которые я только могла вообразить, - улыбнулась я, - спасибо тебе. За то, что помог, за то, что показал город. Вообще за все. Еще никогда в жизни я не была так счастлива.
- Тогда почему ты уезжаешь?
- Потому что все хорошее однажды заканчивается. Я хочу, чтобы ты был счастлив. И если не сейчас, то однажды ты найдешь свою вторую половинку. Прости меня, Егор.
- Перестань...
- Через пару дней ты меня забудешь. А я всегда буду помнить, как ты держал меня за руку и какими глазами смотрел.
- Боже, ты удивительная, - он поцеловал меня, а потом крепко обнял, - не забуду.
Объявили о том, что поезд скоро тронется. Егор в очередной раз крепко обнял меня, а потом с неохотой отпустил. Мне казалось, будто он хотел заплакать. Да чего уж там, я сама сдерживала слезы. Не хотела, что он их видел.
- Был рад знакомству, Полина. Дай знать как доберешься.
- И я была рада встрече, Егор. Береги себя. Ты достоин лучшего.
Он помедлил несколько секунд, прежде чем опять притянул к себе и поцеловал. С таким чувсвом, что стало трудно стоять на ногах. Ну я сейчас точно буду плакать!
- Я буду скучать, - сказал он, отпуская меня.
- Я тоже буду скучать.
Я пошла к своему вагону. Слезы вот вот должны были начаться, но я сдерживалась. Я знала, что он смотрит мне вслед, я буквально чувсвовала его взгляд. Перед тем, как зайти в вагон, я все же обернулась. Егор улыбнулся, но эта улыбка была такой грустной, что мне хотелось бросить все и побежать к нему навстречу. Но я пересилила себя. Он помохал мне рукой, я помахала в ответ. А затем зашла в вагон.
Когда я нашла свое купе, и скинула вещи на пол, я все же посмотрела в окно. Егор все еще стоял там, на перроне, опустив голову. И думал. Я не знала, о чем.
Спустя пару минут поезд тронулся. Егор проводил его глазами, и после, развернувшись, ушел. И лишь тогда я дала слабину и все-таки расплакалась. Благо, он выкупил мне все купе и никто не прерывал мою истерику.
Я верила, что сделала правильный выбор.
Это были лучшие времена в моей жизни. И я всегда буду помнить их.