28
Время летело, работа с Геннадием продолжалась, прошли все выходные, какие можно, мы с Глебом разъехались по делам. Мы с Геннадием летали в Лондон, Барселону, Испанию. Где у меня было множество показов. Глеб сидел в своей студии и работал над альбомом. Мы редко созванивались, но разговоры были долгие, часа так на два.
Борис всё же отстал. Как я поняла по постам и новостям, его студия начала разоряться, а модели толпами бегут из его студии. Просто он был слишком зазнавшимся человеком. Судьба наказывает его, за то что высоко забрался.
Из недавних новостей, объявился Денис. Он спрашивал как мои дела, можем ли мы встретиться и поговорить. Но желания делать этого, у меня просто не было. Я ничего не хотела от него. Зато от него же, я узнала, что Сашу бросила компания геев, опозорив на одной вечеринке. Теперь они снова общаются. Денис простил Сашу. Но с отношениями они не торопятся.
Династия продолжает свою работу. Всё течёт плавно. Сейчас, после долгих перелётов, наконец-то мы с Геннадием прилетели домой. Россия, Питер. Нас встречает Глеб.
Первым делом даю блондину поздороваться с отцом, а потом уже и сама кидаюсь ему в объятия со смехом.
— Ну что, королева, как ваше ничего? — он поправляет мои волосы.
— Замечательно.
— Я смотрел каждый твой показ. — Глеб смотрит прямо мне в глаза, заставляя меня дрожать от удовольствия.
Затем мы поехали домой к Голубиным. Как я поняла, со слов Геннадия, он решил познакомиться с моей семьей. Зря он конечно это. Они отправили водителей за каждым родителем. И пока мы ехали к их дому, я дрожала в объятиях Голубина.
— Мама что-то устроит! Ты понимаешь, это не избежно.
— Ты будешь со мной, в любом случае я на стороне твоего отца. Он показался мне охуенным мужиком.
****
В доме Голубиных царило злобное молчание. Геннадий с женой уместился в середине стола. По бокам Глеб и его младший брат. Я его особо и не видела никогда. Смотришь на Глеба, и никак не задумываешься, что у него есть брат. Далее я и мой сводный брат, отец и мать с отчимом.
— Надеюсь вам понравилось наша еда. — улыбнулась Елена. Как была добра и прекрасна эта женщина.
— Всё замечательно. Хорошо, что вы так проявляете заботу о гостях. — улыбнулся мой отец в ответ. Он сразу нашёл общий язык и с Глебом, и с братом и с его отцом. Только вот мать моя, была не в своей тарелке. Злобно на всё смотрела, кидала едкие тихие комментарии. Всё то ей не успокоится.
Под конец этого чудесного вечера, мама Глеба попросила наших гостей остаться. Она приготовила им гостевые комнаты. Я была этому не особо рада, но молчала. Дом был полностью в распоряжении гостей. Глеб, Геннадий, отец и отчим уселись на кухне, они пили и обсуждали различные дела. Мать и Елена сидели на балконе, мой свободный братец и Герман, как я узнала имя брата Глеба, играли в приставку. Идиллия. Я ходила между ними и даже уже успокоилась, всё хорошо, никто никого не убьёт.
— Сучильда! — громкий голос Германа заставляет меня вздрогнуть. А Голубина среднего вылезает из столовой.
— Слышь, сучильда, ты у меня за такие слова по своей сучьей жопе то сейчас получишь.
— Мне девятнадцать, так что свали в туман. — брат машет.
Да, разговаривать с ними во время игры, бесполезно. Когда время совсем близилось к ночи, все разошлись спать по комнатам. Мы с Глебом лежали на его кровати и обнимались в молчании. И для меня это было безупречным окончанием этого дня. Если бы не крики на весь дом. Женский и мужской голос. Я отрываюсь Глеба и смотрю на него.
— Посиди тут, я проверю что там.
Блондин скрывается за дверью. Я же в неведении. Я слышу хлопки, а затем просто жуткие мужские крики. И сил сидеть уже нет, я выбегаю из комнаты и бегу вниз. Источником шума был мой отец и моя мать.
— Да лучше бы ты сдох! — в дикой истерике мать пытается кинуться на отца, но Глеб держит её.
— Что тут происходит? Вы время видели? — я подхожу к родителям.
— Твой папаша урод!
— Мама, мне плевать! Вы в гостях находитесь. Вас приняли как своих, вы тут решили устроить не пойми что, вы можете заказывать такси и уезжать прямо сейчас. — сил кричать на было, поэтому я спокойно разговаривала, не обращаясь внимания на агрессию.
По итогу все разошлись спать, поднялся весь дом, услышав скандал. Так стыдно мне ещё не было.