Любовь и порядок
***
— Илья, ты опять оставил свою чашку на столе! — воскликнула Арина, выходя из кухни с руками в боках.
Он стоял у окна в гостиной, завязывая шнурки. Мокрый от дождя город отражался в стекле, и он на секунду притворился, что не слышит.
— Илья...
— Я всё слышу, просто... — он повернулся с виноватой улыбкой, — я хотел её потом убрать.
— «Потом» — это уже третий день, — прищурилась она. — Ты же знаешь, я не из тех, кто будет бегать и собирать всё за тобой.
— Я знаю. Ты у меня гроза хаоса, повелительница порядка и непобедимая стражница чистоты, — он пошёл в кухню и, подняв злополучную чашку, поклонился. — Прошу простить мою небрежность, госпожа Арина.
— Серьёзно? — она уже не злилась, но наигранно фыркнула. — Ещё раз, и я тебе буду включать лекции о жизни в быту. Полные. С домашкой.
— Я только ради домашки, — подмигнул он и поцеловал её в щёку. — Прости. Правда.
Она вздохнула, потом вдруг прижалась к нему лбом.
— Просто... я сегодня проснулась, а ты опять первым встал, и я захожу на кухню — и там кружка. И сразу ощущение, что ты где-то рядом, но не со мной. И почему-то грустно стало.
Илья обнял её крепче.
— А я наоборот подумал: вот оставлю кружку — ты зайдёшь и вспомнишь обо мне.
— Романтик с синдромом несобранности.
— Да. И твой, кстати.
Они засмеялись, как всегда — легко и непринуждённо, как будто эти мелочи вовсе не повод для ссоры, а повод для ещё одного диалога, ещё одного сближения.
***
Дождь не стихал, а наоборот усилился. Тихий, но настойчивый, он барабанил по подоконнику, заставляя укутаться плотнее в плед. В гостиной горела мягкая лампа, на журнальном столике дымился чай с мятой и мёдом, и между Ариной и Ильёй была одна большая подушка на двоих.
— А помнишь... — сказала она, глядя в окно, — нашу первую встречу после отпуска?
Он усмехнулся, глядя в потолок:
— Когда ты слетела на вокзал как торнадо?
— Эй! Я просто была очень... взволнована.
— Ты была похожа на героиню сериала. «Вернулась. И жажду любви».
— Ну, вообще-то это ты мне предложил приехать первой.
— И ни разу не пожалел, — он поцеловал её в макушку. — Давай вспомним?
***
Октябрь. Их первая встреча после отпуска.
Небо было серым, как и полагается Питеру. Вокзал встретил её запахом кофе и дождя, и легким холодом, пронизывающим сквозь пальто. Арина вышла из вагона, крепко держась за ручку чемодана, и с внутренним волнением огляделась.
Илья стоял у выхода с табличкой:
«Арина. Главная героиня моей жизни»
Она вздохнула, зажала рот рукой от смеха и в пару шагов оказалась в его объятиях.
— Господи, я думала, ты шутишь, когда писал про табличку, — сказала она, глядя в его голубые глаза.
— А я же серьёзный парень. Иногда. Очень иногда.
Они смотрели друг на друга так, будто всё вокруг исчезло. Приехав с отпуска, они поддерживали контакт: переписки, звонки, голосовые по ночам. Но теперь — впервые — они снова были в одной точке. В одном кадре.
— Поехали? — предложил он.
— Куда?
— Сюрприз.
Они шли по Питеру под дождём, укрывшись под одним зонтом, смеялись, когда лужа чуть не залила кроссовки Арины, и спорили, кто из них забыл слова из турецкой песни, которую они когда-то вместе слушали.
Сюрпризом оказался маленький арт-лофт в Василеостровском районе, где в тот вечер показывали короткометражки турецких режиссёров. Арина была в восторге.
— Как ты нашёл это? — удивилась она.
— У меня есть связи. Тысячи турецких фан-групп и одна знакомая продавщица мандаринов в Анталии.
После кино они сидели в кафе на втором этаже, ели пахлаву, пили чай и смотрели в окно.
— Знаешь... — сказал Илья, — тогда, когда мы уезжали... я не был уверен, что всё получится.
— А сейчас?
— А сейчас я хочу делать так, чтобы у нас всё получилось. Иначе зачем это всё?
Арина кивнула, касаясь его пальцев своими.
— Я тоже.
***
— Мне тогда казалось, что я лечу, — тихо сказала Арина, прижавшись к его плечу. — Не в прямом смысле. А вот просто. Шла к тебе, и у меня всё внутри горело. Наверное, впервые в жизни я была такой настоящей.
— И я, — ответил он. — Потому что наконец понял, что такое когда «не хочется отпускать».
Она посмотрела на него:
— Знаешь, мы разные. Бывает, спорим. Бывает, ты меня бесишь.
— А ты — меня.
— Но всё равно, просыпаясь с тобой, я понимаю, что это дом. Даже если кружка не на месте.
Он улыбнулся.
— А ты — мой порядок в хаосе. Моя Арина из лета. Из того самого отпуска.
Они поцеловались — не как в кино, а как дома. Тепло. По-настоящему.
И снова за окном капли дождя легонько стучали по стеклу. В их общей квартире. В Питере. Где всё только начиналось.
———————————————
Все свои мысли на счет новых работ можете присылать в мой тгк! Всегда очень рада этому (и мне очень важно ваше мнение).
https://t.me/lanskayaf
