7
Три дня. Три дня его личного ада. Наверное, его никогда в жизни так сильно не избивали, как Люси. Перелом руки, трех ребер. Множественные ушибы. Синяки, царапины, раны. Если б он не был таким холодным, то, наверное, был бы в ужасе. Поэтому, хладнокровие и ясная голова бывают очень полезны.
Первый день. Сначала обработать раны. Потом мазь. Попутно, он обнаружил переломы. Какая же она хрупкая. Бинты. Люси теперь на мумию похожа.
«Магический гипс на руку. Ускоряет заживление, но вызывает сильный зуб. Ребра нужно стянуть покрепче…Так, повязку от синяков на глазах поменять…»
Остатки платья и белье он сжег. Нельзя просто оставить их. Плохое не должно храниться.
Второй день. Он продолжает давать ей снотворное с добавлением заживляющего зелья. И снова сон не предвидится. Нужно следить, чтоб во сне она не ударила себя гипсом, не сдвинула повязки и вообще, ей лучше не шевелиться.
«Нет, что она так беспокойно спит?!» — возмущенно думал он, в сотый раз, переворачивая её на спину и поправляя повязки и бинты. «На спине что ли сложно спать?!»
Наконец, на третий день, он перестал давать ей снотворное. Самые болезненные, по его мнению, раны зажили под действием заживляющего эликсира – лимеля, который он добавлял ей в снотворное. Логично рассудив, что много снотворного плохо, он стал дожидаться, когда она проснется.
«Нужно принять душ!»
Горячая вода, холодная вода – никакого значения. Он практически не чувствует разницы. Раньше, он…чувствовал. Стоя перед зеркалом, Нацу приложил руку к сердцу. Еле заметные удары. А потом, он активировал «метку». Вспыхнул свет, появились тонкие полоски, составившие причудливую сеть по телу. Они покрывали практически все его тело. Он знал, что когда они покроют все тело, процесс станет необратим. Его сердце остановится навсегда, оставив лишь пустую оболочку. И хотя Нацу знал, на что идет с самого начала, это его…расстроило.
Еще он знал, что чем больше он испытывает эмоций, тем медленней идет процесс. Чем сильней эмоция, чем ярче эмоция – тем медленней процесс.
Будь он проклята, гребаная маскировка! Он так старался вжиться в роль, что теперь….боялся, что не успеет выполнить то, ради чего все затевалось.
«У меня есть месяц. Не больше. Потом….Дорогие друзья! Все пропало!»
Нацу бросил всю одежду в стирку и в одном полотенце вернулся в комнату, чтобы взять сменную одежду. Шорты, майка. Никакого шарфа. Он коснулся шрама на шее. Когда-то давно, у него был шарф. Подарок отца…Нацу не был уверен, что когда-либо сможет вновь его одеть…
Люси пошевелилась. Странно, но он словно мог ощущать её. Он обернулся. И правда, она проснулась. Лежала и смотрела в потолок. Ничего не говорила, а он не настаивал.
–Хочу пить….
Тихо-тихо….Голос еще не вернулся. Нацу помог ей выпить стакан воды.
–Кушать…
О, да. После лимеля просыпался зверский аппетит. Но главное, не переусердствовать. Когда девушка поела, она, тяжело вздохнув,…расплакалась. Нацу, ожидавший чего-то подобного, все же растерялся. Что вообще делать в таких ситуациях? Потрепать по плечу? Сказать, что все будет хорошо? Обнять?
Но единственное, что он смог сделать, это положить руку на её плечо, как бы приободряя. Люси перестала плакать неожиданно.
–Что это? – спросила она, удивленно смотря на гипс.
–Гипс, — проворчал Нацу. «Вот странная, как будто не видно, что на руке».
–А почему мне так трудно дышать?
–Повязка, — так же сухо ответил парень. – Люси, ты, что с Луны свалилась?
–О чем ты, Нацу?
–Он же тебя бил. Удивительно, что у тебя больше ничего не сломано.
–Я удивилась. Когда Гезил ударил меня, ничего не было сломано, — задумчиво сказала Люси, смотря в потолок.
–Кто. Такой. Гезил?
–А, это Стальной Убийца Драконов из нашей Гильдии.
–И как получилось, что он тебя ударил? – сквозь зубы проговорил Нацу. Почему-то его так взбесило то, что какой-то другой Убийца Драконов причинил ей боль.
–Это длинная история. Не хочу вспоминать об этом сейчас.
Он сел к ней ближе. Взял за руку. Зачем-то повертел.
–Знаешь, когда рука в гипсе, ею не очень удобно двигать, — осторожно заметила девушка. Он не слушал её. Просто с силой сжал гипс. Люси ойкнула. А гипсовая повязка развалилась на 2 ровные части.
–Уже пора снимать? – удивленно спросила она.
–Ага. Ты столько лимеля выпила, что смысла держать гипс нет.
Он бросил гипс на пол. Люси не успела понять, что происходит, как он оказался над ней. Поднял майку до самой груди.
Она крепко зажмурилась и заплакала.
–П..пусти, извращенец! – громко крикнула она. А он….ОБОЖЕМОЙ! Его руки коснулись её тела. Люси попыталась треснуть его кулаком….Но…
–Прекрати. Я ничего не сделаю тебе. Просто хочу повязку снять.
Люси замерла. С широко раскрытыми глазами она посмотрела на него. Его горячие руки плавно скользящие по её телу и снимающие повязку. В какой-то миг, эти прикосновения приобрели совсем другой для неё смысл. Неожиданно для себя, она даже слегка выгнулась. Наконец, он снял бинт, но руки не убрал. Руки…У него такие большие ладони. Приятно. Тепло, расплывающееся по телу, от его прикосновения.
–Мммм, — непроизвольный стон. Он наклоняется к ней. Она смотрит ему прямо в глаза, но именно в тот момент, когда их губы были так близко….На месте Нацу она видит Кадма. Страх…Липкий…Страх. Она зажмурилась и отвернулась.
Неожиданно давление прекратилось. Дышать стало легче. Люси открыла глаза. Нацу сидел на краю кровати, спиной к ней.
–Прости. Ты испугалась.
–Дело не в тебе. Просто я вспомнила…
–Я понял. Не продолжай.
Он встал с кровати и вышел на кухню. Люси поправила футболку. «Вот глупая! Чего я испугалась?! Ведь он уже видел меня голой. Боже! Как я теперь замуж выйду!?»
Щеки…Она была уверена, что теперь покраснела, как никогда.
Нацу стоял на кухне. Он чувствовал себя виноватым перед Люси, за то, что напомнил ей о неприятном моменте.
«О чем я думал, когда делал это?!»
Но винить себя он не мог, ведь в её присутствии он не мог мыслить здраво. Приложив руку к груди и почувствовав слабое биение сердца, которое его успокоило, он вернулся в комнату.
Следующие несколько дней он ухаживал за ней, как за маленьким ребенком. Даже в ванную носил на руках. Он знал, что все её тело будет еще несколько дней болеть от побоев. Да и от лимеля. Напиток ускорял заживление тканей, но как побочный эффект вызывал еще и общую слабость.
Она сидела в кровати, потирая шею. Тело болело, спина, шея, плечи затекли. И вот в один из дней….
–Перевернись на живот, — у него такой приказной тон.
–Зачем? – пробурчала Люси.
–Спина болит, не так ли? – ехидно спросил он.
Люси, немного скривившись, легла на живот, положила голову на скрещенные руки. Он склонился над ней.
Ей начали нравиться его руки. Каждую мышцу тела…О, Господи. Это так приятно…Даже через футболку…Аей! Почему он все время одевает её в свою одежду?! Нет, ей, конечно, нравится его запах и все такое, но…
«О, боже! Стокгольмский синдром?! ААА! Люси, ты идиотка! Нельзя влюбляться в похит…А собственно кто он для меня? Человек, который спас тебе жизнь не будет просто похитителем для тебя….»
–Нацу, почему мне не сняться сны?
Кажется, этот вопрос застал его врасплох.
–Я думаю, что от…стресса. Честно, я не знаю Люси.
Он перестал массажировать ей спину и помог сесть. Сам сел рядом и уставился на стену.
–Это так странно все.
–Что все? – спросил равнодушно Нацу.
–Вся эта ситуация. Я ведь ни какой не заложник, правда?
Ни одна эмоция не показалась на его лице. Он так же равнодушно смотрел вперед.
–Я могу…доверять тебе, Люси? – тихо спросил он.
Этот вопрос застал девушку врасплох. Но думала она недолго.
–Конечно. Даю тебе слово Заклинателя Духов! – никогда прежде она не принимала поспешных решений. Он хотел ей довериться. А она хотела, что б он мог верить ей. После того, как он спас её, Люси была в неоплатном долгу.
Легкая ухмылка на губах.
–Я знал, — сказал он, поворачиваясь к ней. Она удивилась и покраснела, когда он взял её руку и приложил к своему сердцу. – На тебя можно рассчитывать.
Её рука на его сердце, но что-то не так. С минуту Люси думала, а потом…
–Твое сердце…не бьется? – один слабый удар под ладонью.– Бьется, но так медленно….Почему?
Вместо ответа, он положил свою руку поверх её. Люси почувствовала, как его магия начала смешиваться с её собственной магией. Как волшебнице-держателю, ей всегда было сложней высвободить свою магию.
Всплеск энергии. Ей глаза расширились от удивления. Полоски по телу Нацу….
–Что это? – он не отпускал её руку.
–Метка, показывающая, сколько мне осталось жить…как человеку.
–Не говори мне, что на тебе проклятие «холодного сердца».
Он отпустил её руку, полоски сразу исчезли. А потом….просто кивнул. Она ахнула….
–Твое тело практически полностью покрыто…Сколько тебе…осталось?
–Не больше месяца….
–Но зачем? – она не понимала, как кто-то в здравом уме мог…такое сделать.
–Я должен. Так...надо…
Потом Нацу зачем-то щелкнул пальцами.
–Как ты думаешь, что произошло 2 года назад?
–Что имеешь ввиду?
–…..причину, по которой я ушел…
–Я думала, что из-за смерти Лисанны…
Нацу печально фыркнул.
–Вот, что они сказали…
Он тряхнул головой, словно отгоняя мрачные мысли.
–Я ушел потому, что…дедуля меня попросил.